Страница 104 из 163
Девушка понимала, что её рабочие переживают за свой заработок. За время, потраченное в пути, они ничего не заработают. Оплата пойдёт только за добытую руду. Но она не меньше их заинтересована получить как можно больше железа за короткий срок!
Как же хорошо было работать с отцом! Как ей повезло в Живице с помощниками! Теперь кажется, что совсем неплохо работалось с воинами в Западной. Всё познаётся в сравнении! Нынешние работники полностью зависят от неё, но ощущается их недоверие.
Возможно, они думают, что она не справится с взятыми на себя обязательствами или они не рады, что она не боевой маг? Вера не знала, и выспрашивать не хотела. Главное, что все подчиняются, и всё же в гарнизоне воины никогда не сомневаются в лэрах! Наверное, она избаловалась таким отношением, и каждый новый вопрос воспринимает как недоверие к себе.
На стоянке пришлось задержаться на два дня. Оборотни бегали от заката до рассвета, возвращаясь по пройдённому пути и забегая вперёд по горе, выискивая нужное лэре место, но безуспешно. А Веру всё чаще посещали мысли, что ей делать, если у неё случится бунт.
Удалой ворчал, что их работники зажрались. Едят, спят, языками чешут, и снова едят, отсюда дурь из них лезет. Слушая своих защитников, она понимала, что они по-своему правы, ведь она тоже устала от неопределённости, но никак не от безделья. Часами она собирала наиболее ценные травы и развешивала их сушиться в тени. Ронг повсюду следовал за ней, помогая находить нужное. Пегий поначалу не отставал от лэры с оборотнем, но вскоре стал наблюдать за ними лишь издалека.
Наконец, пришлось признать, что поблизости нет ни одного подходящего места для организации работы. Ворча и брюзжа под нос, все собрались ехать дальше. На пятый день пути Ронг как-то обронил, что уже два дня за ними перестали следить оборотни Шторна.
Вера деловито кивнула, а сама про себя подумала, что военачальник из неё никакой! Сражаться в паре она более-менее может, а вот выбирать место для стоянки - не умеет, быть бдительной - забывает, подумать об угрожающем Шторне она способна была только следующие пару дней, а потом как-то отпустила тревога по его поводу, захватили другие переживания.
Проехав достаточно далеко, все снова остановились на пару дней, чтобы волки Ронга исследовали гору.
Весна набирала силу с каждым днём. По утрам ещё было прохладно, но когда Вариетас стоял в зените, то все раздевались до рубашек. Растительность менялась на глазах. Какие-то деревья готовились выпускать на свет листочки, какие-то поражали ярким и красочным цветением на голых ветках. Травы уже давно закрыли всю землю и радовали взгляд разумных насыщенной зеленью.
Вера в этот раз приказала обустраиваться по-военному. Всё равно никто из людей не ходит охотиться, все сидят без дела, значит пусть займутся строительством. Первым делом облагородили родник. Сначала немного углубили его, чтобы воду можно было черпать ведром, выложили дорожку к нему, чтобы не топтаться по мокрой земле, потом вырыли туалетную яму и поставили домики. Выровняли площадку, чтобы удобно было разворачивать телеги, взялись за сооружение летней кухни и столовой.
Мужчины ворчали, что, мол, зачем столько хлопот из-за пары дней, но Удалой с Пегим только посмеивались и подгоняли всех, а Вера помогала своим даром, где это требовалось. Кто знает, как потом ситуация обернётся? Может, потом эта стоянка станет хорошим ориентиром для людей в походе за рудой на следующий год.
А бегать по кустам, перепрыгивая через чужие отходы, ей надоело, да и перед оборотнями было стыдно. Им-то каково приближаться к стоянке, когда вокруг всё загажено. Некоторым и от телеги лень отойти, обойдут, спрячутся за неё и делают свои дела! И это при том, что с каждым днём становится жарче и вонь от таких телег тянется шлейфом.
Ронг посмотрел, что девушка занята обустройством и оставил присматривать за ней две двойки своих ребят. Они кидали на него угрюмые взгляды, но кто бы посмел возражать. Им хотелось побегать, поохотиться, а не ходить следом за лэрой, когда она занята делами.
«Слушайте, запоминайте, учитесь», - всегда напутствовал их альфа.
Если лэра Ранс что-то рассказывала им, то это было интересно, но топтаться за ней следом, скукота!
«Дурни, олухи, - рычал Ронг, - наблюдайте, думайте, почему она так делает, а не иначе! Она умная самочка, ко всему прислушивайтесь, спрашивайте, что непонятно, в жизни всё пригодится».
Его волки всё понимали, но ведь весна, лучи Вариетаса не только сок по деревьям погнали, но и волчью кровь взбудоражили, тело просит движения, скорости. В душе рождается жажда к приключениям, любви, а они всё сидят или бродят за лэрой.
Беготня по горе в поисках пещеры или хода не считается, тоже скука! Если бы не охота, то совсем заплесневели бы в этом походе.
Это потом уже, спустя месяцы, когда молодые волки вернутся в семью, вдруг окажется, что они столько всего повидали, столько узнали, что рассказов не на одну долгую зиму хватит и всё будет связано с лэрой, а не с охотой. Многим будет жаль, что теряли время и при каждой свободной минуте носились по травке, а не крутились возле магички.
А сейчас им приходилось тащиться за ней, нюхать резкие запахи рабочих и слушать объяснения, что просто так свалить деревце и сразу начать строить из него – неправильно. Надо дать ему подсохнуть…
Вера сама не знала, зачем возится с молодыми волками, зачем поясняет свои действия магией и как то же самое можно сделать без неё. Может, это женское начало и тяга к заботе о ком-то? А может, ей польстило подслушанное брюзжание ребят?
«…лэра сказала то, лэра сказала сё… лэра плохое не посоветует… слушайте лэру…»
Случайно подслушала. Ну, то есть не совсем случайно, думала услышать другое, начертила на земле руну и урвала кусочек неожиданных перешёптываний про себя. Она-то обеспокоилась, увидев какими кровожадными взглядами молодёжь провожала своего альфу, поэтому и занялась столь непристойным шпионским делом.
Поняв, о чём зудит изо дня в день Ронг своим ребятам, Вера разомлела от удовольствия. С ней он суров, грозен, немногословен. Чаще сам что-то спросит, в основном о собираемых цветочках или почках, и всё больше слушает.
Никогда она ещё столько всего не рассказывала, как в этом походе. Вера даже не подозревала, какими разносторонними знаниями она обладает! Иногда она замолкала.
«Простите, - говорила она, - вообще-то я не болтушка, а тут вы спрашиваете, а мне и самой интересно всё вспомнить». А он останавливался, внимательно смотрел на неё и ронял короткое: «Мне нравится вас слушать». И она дальше продолжала соловьём разливаться.
Вере нравилось, как он посматривал по сторонам в зарослях, ловя малейший шорох, что он выбирал для неё более удобную дорогу при поиске цветов. Она испытывала нежность к нему, когда он собирал для неё почки на деревьях, сажая её на пенёк.
Иногда ей хотелось бы, чтобы он задержал её руку в своей, чтобы не отпускал сразу, когда ему приходилось ловить её при пересечении канав. Ей хотелось получить от него какие-то знаки симпатии, увидеть, что он увлечён ею. Но Ронг ни разу не поставил её в неудобное положение, как будто знал, что в действительности она не допустит никакого флирта. Здесь, на природе, когда они так часто остаются вдвоём, легко поддаться соблазну и обратить симпатию, странное притяжение друг к другу в секс под ближайшим кустом.
Но есть вещи, которые нельзя себе позволять, находясь в мужском коллективе. Неважно, в походе или в гарнизоне. Всегда найдутся чьи-то зоркие глаза и злой длинный язык. Стоит отдать предпочтение кому-то, с кем потом не собираешься связывать себя брачным союзом, как вскоре, через неделю или полгода, появится следующий, потом ещё и ещё.