Эсса

Нико даже фыркнул от пришедшей в голову мысли. Для него девушка была совершенством.

Всё в ней было таким, как будто его мечту достали из головы и поставили перед ним. Но её внешность завораживала только в первые дни, а потом он понял, что не красота Эссы затронула душу, а что-то другое. Было в ней что-то своё, родное, и потерять это родство было страшно. Так что, конечно, его радует, что его возлюбленная красива, но он бы при любой внешности обратил на неё внимание.

Эсса — его женщина.

С каждым днём он всё больше убеждался, что ему никто другой не нужен, что он безднов везунчик, которому посчастливилось встретить судьбу в начале своего жизненного пути, а не когда-нибудь потом.

Рядом с Нико на ветку присела маленькая птичка с длинным разноцветным хвостом. Она наблюдала за ним с большим любопытством, словно пытаясь понять, чем этот бескрылый так озабочен.

— Эх, пташечка, — шутливо обратился он к ней, — что же ты такая доверчивая? Глазки у тебя умненькие, а сама так неразумно близко подлетела к людям, — укоризненно заметил он. — Ты лети давай, свей гнёздышко, выводи деток, а к незнакомым разумным никогда не приближайся, а то посадят тебя в клетку, чтобы любоваться.

Нико взмахнул рукой, чтобы отогнать пичужку, а она взвилась в воздух, на миг застыла на месте, а после села ему на голову.

— Ой, глупышка! — мужчина дёрнулся было снять озорницу, но побоялся случайно что-нибудь сломать такой малышке. — Ты уж только не нагадь мне, а то надо мной все смеяться будут, — проворчал он, оставляя птичку утраиваться поудобнее.

— Сдаёшь голову в аренду под гнездо? — не удержался Момо.

— Не завидуй, тогда я и твою голову помогу пристроить к делу, только вряд ли кто-то кроме вороны на неё позарится.

Момо хмыкнул, но глаз с пичужки не спускал.

— Лес говорит, что раньше у него таких птичек не водилось, так что ты поосторожнее, а то выклюет тебе мозг!

Нико сердито посмотрел на Стража и ласково прошептал пичужке:

— Не слушай его, он слишком примитивен для нас с тобой.

Птичка потопталась коготками по его макушке и, окончательно устроившись, затихла.

— Господин Эарии, как вы смотрите на то, чтобы поискать что-нибудь вкусное, пока наша прорицательница спит? — спросил он.

— Я с удовольствием, — обрадовался Видящий путь.

Здоровяк и Эарии с удивлением смотрели на не испугавшуюся их приближения красивую птичку.

— Чудна́я! — отчего-то прошептал юный ящер. — Она очень внимательно следит за всеми нами, но я не чувствую угрозы. Наоборот, мне хочется, чтобы она выбрала меня, а не вас. Простите. Я это сказал для того, чтобы вы ценили её выбор.

— Спасибо за откровенность. Я уже начал догадываться, что пташечка непростая, и не сомневаюсь, что её вид и поведение привлечёт других.

Небольшая компания бродила недолго, так как им на редкость повезло с добычей. Они набрали знакомых съедобных корешков у небольшой канавки, хотя не ожидали этого; собрали сладкой медовой местной смолы, которая достаточно застыла, что её удобно было нести, и масса при этом не превратилась в несъедобный камень; наткнулись на новый вид орешков и нашли поляну с гигантскими крепенькими грибами. Загруженные доверху, они взялись за эксперименты с готовкой. Орехи оказались очень жирными — из них даже удалось вручную выдавить масло, вот на нем и пожарили упругие пластины грибов с питательными корешками. Пахло всё головокружительно вкусно. Эсса сквозь сон почувствовала запах и, немного поворочавшись, поднялась.

— Что это? Не пойму, вроде орехами пахнет, но и грибами и чем-то ещё! — потянулась она к котелку на огне.

— Вставай — и всё узнаешь! — прикрывая от неё котёл, весело воскликнул Нико.

Все сидели у костра, сглатывая слюни, и следили за тем, как на огне что-то шкворчит. Еле дождались, когда Момо скомандовал, что всё готово.

На вкус вышло непонятно, где овощи, а где грибы, и что ещё там было положено, но все ели с удовольствием и торопились получить добавки.

— Хороший сегодня вышел день, — сыто развалившись и притягивая к себе Накару, выдохнул адмирал.

— Нам надо идти дальше, — опустив глаза, произнесла посланница стихий.

— Что? День подходит к концу, так куда мы пойдём?

— Ночью всё хорошо видно, — упёрлась женщина, — нам надо идти. На свободе три стихии из четырёх — и это разбалансировало наш мир.

— Вообще-то ваш мир долгое время жил без стихий — и ничего!

— Наша земля оскудела без живой энергии стихий и медленно умирала. Сейчас всё очень шатко, и для равновесия нужна последняя стихия.

— А драконы? Разве не они гарантия гармонии?

— Энергия драконов станет пятой, объединяющей стихией. Сейчас им объединять нечего. Они помогли избежать катастрофы при освобождении стихий, контролируя силу огня, воды и воздуха, но нужно двигаться дальше.

— Накара! Нам что, и поспать нельзя?

— Нет, любимый, надо торопиться. Каждый час на счету, а нам ещё далеко идти. Стихия попросила лес дать нам транспорт..

Не успела женщина договорить, как послышался странный шелест и шуршание, а потом к месту стоянки выползли огромные гусеницы. Увидев их, не только Эсса шарахнулась назад!

— Подожди, — вскрикнула Накара, когда Анго закинул её себе на плечо, чувствуя, что женщина не собирается отбегать вслед за ним. — Это шухи! Мы на них поедем! Анго, да отпусти же ты меня!

Адмирал нехотя поставил Накару на землю.

— Мы поедем на них? Ты серьёзно?

— У нас все богатеи ездят на них. Нам повезло, что в лесу нашлись шухи. Обычно их держат возле поселений, где выращивают специальную траву. Это подарок стихии! — восторженно объясняла Накара. — Они уже взрослые и максимум через месяц замотаются в кокон! Нам надо будет потом решить, продадим мы их на нить или дождёмся появления бабочки?

— Бабочки? Накара, ты о чём вообще?

Женщина подскочила к наиболее крупной гусенице, которая оказалась вестнице по плечо и, поглаживая, торопилась познакомить с ней своего мужчину, чтобы он так же полюбил шуха, как она.

— Если получим бабочку, останется сплести корзинку — и у нас будет воздушный транспорт! Это так здорово! Анго, ты говорил, что соскучился по полётам? С шуховой бабочкой ты сможешь летать! Я научу тебя управлять ею, только поправляться больше нельзя. Твой вес сейчас максимальный для бабочки.

Сначала фыркнула Эсса, потом Момо, а дальше уже смеялись все, постукивая адмирала по плечу.

— Я так и вижу, господин Того: сотни бабочек — и вы во главе их, как командующий воздушным флотом. Враги не переживут такого!

— А сколько проблем с формой? Поди, подбери крылья в цвет! А соответствующую уставу длину усиков!

— А если сильный ветер? Куда эту армию сдует? — хихикнул Эарии.

— Какие вы.. — возмутилась Накара, — шухи — не обычные бабочки! Они обладают собственной энергией!

— Волшебные, значит, — с улыбкой протянул адмирал.

Так перешучиваясь, команда присматривалась к флегматично поворачивающим головы гусеницам и привыкала к их виду. Накара первая спохватилась и начала объяснять, как следует расположить груз, как защитить спину шуха и управлять им.

— Всё просто. Главное, почаще пересаживаться, — она показала на разные части тела гусеницы, — иначе вы сотрёте нежную кожу. Это испортит вам одежду и отстрочит срок окукливания.

— Милая, ты ничего не сказала о том, как поведёт себя этот шух, если повредить ему кожу.

— Они малочувствительны и скорее всего гусеница этого даже не заметит.