Боярышня Дуняша 2

Мало того, что дочкины придумки обернулись хорошим подспорьем для семьи, так ещё вчерашние продажи принесли ощутимый доход. И если крестьяне не захотят больше выращивать лён, зерно и прочее, то ничего страшного. Оказывается, можно по-другому вести хозяйство и оставаться в прибыли.

От огородов никто не откажется, да и для скотины вырастят необходимое, а для продажи выгоднее что-то мастерить или готовить. Вон сыр в прошлом году хорошо себя зарекомендовал.. или Дуняшкины сладости. Их ведь даже до продажи не донесли, всё съели! Вот только с яблоками дочка всех измучила, но не выкидывать же их было. Немного на уксус пошло, на пастилу и квас, а остальное? Все равно сушили бы, но Дуня добавила хлопот по обработке и получилось всё красиво. Так и просится в руки берестяная коробочка, а светлые яблочные дольки в рот. Не зазорно княгиню угостить.

От этой мысли Милослава улыбнулась и поспешила по делам. Как же соскучилась она по суетливой Москве, по торговым рядам и покупкам! Уж теперь приоденется и детей своих оденет как следует, и дворню!

Дуня, прежде чем бежать к маме, собравшейся тратить деньги, проведала Мотю. Матрена, вместе со своей подружкой и прилепившейся к ним Даринкой устроились у окошка и вязали. Получалось у них неплохо, а главное, быстро. Всё же вязание не столь кропотливо, как кружево.

— Ладно выходит, — похвалила Дуня.

— Особенно из белёной нити, — согласилась Матрёна. — Я сегодня уже закончу обвязывать рушник и так хочется поскорее выставить на продажу! Дунь, а вдруг не купят?

— Купят, — уверено ответила боярышня. — Мы перед продажей немного подкрахмалим рушники и прогладим, так что глаз будет не отвесть! Вы только больше никому не показывайте, как вяжете.

Дуня строго посмотрела на рукодельниц.

— Боярышня, да что ж мы разве не понимаем, — воскликнула её челядинка.

Дуняша хмыкнула: для Даринки появился шанс осесть в мастерской боярыни и не возвращаться к тяжелой работе по обеспечению быта для всех проживающих. То же самое касалось молчаливой девочки, что держалась Моти. Раньше ей доверяли только полы мыть, а теперь она подружка боярышни и работает подле неё. Феноменальная карьера! А Матрёна не возражала, наоборот, помогала ей учиться новому, понимая, что одной всех не прокормить, а полы мыть найдётся кому.

Мотя во всём подражала Дусе, признавая за ней первенство. И как хорошо, что она окликнула её тогда во дворе и всё рассказала! А то ведь растерялась. Надеялась, что тятька выздоровеет, потом верила, что мать со всем управится, а после с надеждой смотрела на бабку, на Павлушку, отца Варфоломея..

Ей казалось, что они лучше знают, что надо делать, а на деле вышло, что надо самой хозяйничать. И ведь её учили, и возьмись она сразу же главенствовать, то никто не сбежал бы со двора и не было того разорения, что сейчас. Ну и пусть, что мала! Вон Дуся, тоже не велика птица, а к ней прислушиваются.

Не надеялась бы Мотя на взрослых, то вовремя съездила бы с отцовым боевым холопом в имение, поговорила с людьми и хотя бы знала, что там да как. Устроить всё, как сделали Доронины, она не сумела бы, но должен же там кто-то остаться после нападения татей? А если остались, то можно было взять плату с ним работой или лесными дарами. А теперь Совины вот-вот станут должниками и придётся держать ответ перед княжьими людьми, а они лютые с должниками.

Дуняша тоже подумала о том, что вскоре княжьи люди придут во двор соседей за налогом. Уже за то, что им пришлось идти самим, они будут грубы и без разговоров вынесут из дома потребное на покрытие долга, а когда станет ясно, что до них всё продано, а в имении Совиных тоже не плачено, то могут показательно разорить семью.

Дуня не знала, выставят ли дом на продажу или не имеют права, с этим надо к деду идти. С княгиней не удалось переговорить о Совиных. Не было подходящего момента, а времени остаётся всё меньше и меньше. Вот если бы отец Моти пришёл в себя! Пусть он ещё долго не сможет сесть на коня, но у него есть Павлушка. Холопа можно послать в княжий поход вместо себя и получить хотя бы временное заступничество.

Дуня посмотрела на вязальщиц и закусила губу: Даринка старается и её помощь Моте несомненна, но соседке предстоит кормить всех своих людей. Василиса уже ворчит, ноет, что ей не нужно столько помощников по дому даже за еду. А Моте надо успеть заработать на покупку собственной пряжи и полотна, прежде чем Василиса погонит соседскую дворню вон. Но не их вина, что они всю свою жизнь выполняли чёрную работу и другого не умеют. Хорошо, что у Моти хоть одна своя помощница появилась.

— Гришенька! — Дуняша начала объяснять Гришке, что ей как можно скорее нужно выстругать игрушечную кроватку.

Дав указание холопу, она вернулась к подружке и попросив её отложить работу, вместе с ней сшила крохотное одеяльце, подушечки, а самое главное, они связали подзор для игрушечной кроватки. Получилось роскошно! Наличие кровати в доме уже было признаком достатка, а тут такая красота прилагалась!

Девчонки увлеклись шитьём, и Милослава ушла делать покупки без Дуни. Зато, когда Григорий поставил перед боярышнями кроватку, то они быстро застелили её, и Дуня показала, для чего нужна была кружевная полоска.

— Это подзор, чтобы нечисть под кроватью не пряталась, — торжественно объявила она.

Вся женская половина сбежалась смотреть на маленькую прелесть. И вскоре Гришке пришлось мастерить короб, в котором девочки собирались поставить кроватку и оформить красный угол с рушником-божницей. А пока он выполнял задание, рукодельницы смастерили куколку и нарядили её в рубашку с красивой обвязкой.

— Поверх бы сарафан надеть, — заметила ключница. — Негоже девке в домашнем сидеть, когда другие на неё смотрят!

Все согласно закивали и сообща сшили сарафанчик, да так, чтобы вязаное кружево виднелось.

— Как хорошо у нас получилось! — обрадовались мамины мастерицы. — Боярышня, а нас ты научишь делать такую обвязку?

Дуня невразумительно помычала в ответ и указала, что без этого у них полно всякой разной работы.

Игрушечная кроватка с куколкой должны были послужить рекламой, когда у Моти будет что продавать. А пока той оставалось сидеть и вязать.