Страница 6 из 75
Я остановился на пороге.
— Оставьте нас.
Повар в белом переднике хотел что-то возразить, но, взглянул на мою окровавленную руку и передумал. Бланка опустила голову и встала у меня за спиной. Ещё не хватало, чтобы её увидели в таком виде. Люди быстро засуетились и один за другим покинули кухню. Последней вышла полная кухарка.
Когда за ней закрылась дверь, я достал из холодильного шкафа пакет со льдом, сдёрнул с вешалки чистое полотенце и высыпал в него немного.
— На, приложи, — протянул я конструкцию Бланке. — И рассказывай, что у вас случилось.
Бланка взяла лёд обеими руками. Пальцы у неё мелко дрожали.
— Такое нужно узнавать перед тем, как бить представителя семьи дэ Перес, — невесело усмехнулась она, прижимая кулёк к щеке.
— Мне плевать, какая у него фамилия. Так нельзя поступать. Это неправильно. Ты моя сестра. Мне всё равно, что ты сделала.
И я даже не кривил душой.
Да, я почти не знал Бланку дэ Фуэго. Мы не росли вместе, не делили детские тайны, не дрались из-за игрушек и не прикрывали друг друга перед родителями. Но сейчас передо мной стояла женщина с красным следом чужой ладони на лице.
И этого оказалось достаточно.
— Уго мой муж… — она поправилась. — Будущий…
Я иронично посмотрел на неё, и Бланка стушевалась.
— Мы повздорили, пустяк.
— Если ты это называешь пустяком, будь по-твоему, — равнодушно пожал плечами я.
Лезть под шкуру не собирался. Я и так уже сделал достаточно. Нажил себе лишнего врага в доме, где и без того едва понимал правила игры. Адреналин потихоньку отступал, оставляя после себя тупую боль в кисти.
Но в одном я был уверен точно — повторись подобное, поступил бы так же.
— Спасибо, — тихо произнесла Бланка.
Я развёл руками.
Всегда рад поколотить очередного задиру.
Бланка слабо улыбнулась, но улыбка быстро погасла. Невысокая брюнетка, миниатюрная, с правильными чертами лица и завораживающими омутами тёмных глаз, усиленно о чём-то думала. Она будто взвешивала каждое слово, каждый возможный шаг, каждое последствие моего удара.
Потом её лицо постепенно разгладилось. Она приходила в себя. Тряхнув головой, спустя полминуты Бланка словно надела маску. На губах появилась фальшивая, выученная улыбка.
Так, видимо, в этом доме и выживали.
— Пообещай мне, что не расскажешь отцу.
— Уверена?
— Да. Это семейное. Не хочу, чтобы он знал. Уго не такой, он просто…
Она не нашла, что сказать.
И это «просто» повисло между нами куда тяжелее любых объяснений.
— В общем, спасибо. Правда. Я пойду.
Бланка поставила лёд на стол, поправила волосы так, чтобы они частично закрывали покрасневшую щёку, и вышла, прикрыв за собой дверь.
Я остался один.
Смыл кровь с руки, взял оставленный кулёк со льдом и приложил к занывшей кисти. Боль была неприятной, но терпимой. Костяшки распухали. На коже уже проступала краснота.
— И что с этой семейкой не так? — риторически спросил я у пустоты.
Пустота ожидаемо не ответила.
Зато дверь кухни снова открылась.
Вошла Элеонора.
— Вот ты где! — она улыбнулась, подошла ближе и, заметив лёд в моей руке, тут же забеспокоилась. — Что случилось?
— Гольф, — соврал я. — Потянул мышцу.
Элеонора нахмурилась и посмотрела на мою руку так, забеспокоилась.
— Я прикажу лекарю осмотреть тебя. Доктор Антонио просто кудесник!
— Спасибо, — искренне поблагодарил её я.
После сегодняшнего мне и правда не помешал бы кто-нибудь, способный лечить не только ушибы, но и последствия знакомства с этой семьёй.
— Я искала тебя, чтобы сказать, что приехала Катрин. Она скоро спустится. Просила тебя заглянуть в спальню, чтобы согласовать выбор костюма. Ужин через час! Не опаздывай… Хотя, судя по тому, что все повара куда-то исчезли, ужин и сам опоздает…
Она в недоумении посмотрела вокруг. На пустые столы, брошенную доску, недорезанную зелень и одинокий нож, оставленный возле блюда.
— Хорошо, я зайду к ней.
Элеонора кивнула и упорхнула искать поваров, на ходу уже что-то бормоча себе под нос.
Надеюсь, они не проболтаются об увиденном.
Впереди предстоял ужин, а пока следовало найти Катрин.
Ещё один день — и я свободен. Вернусь к своей понятной и тёплой Корсе, займусь Видой, нормальными делами и людьми.
Снова поднявшись к себе, я вошёл в спальню.
Катрин там не было. Только раскрытый шкаф, несколько костюмов, разложенных на кровати.
Я сел в кресло у окна и приложил лёд к руке. Кисть ныла всё сильнее. В голове снова и снова всплывала красная щека Бланки, лицо Уго, его приказной тон и то, как быстро сестра попросила никому не рассказывать.
Девушка появилась из ванной спустя двадцать минут.
Свет заходящего над Фаворой солнца пробивался через окно и ложился на комнату мягкими золотыми полосами. Он отражался в бисеринках влаги на её теле, скользил по плечам, ключицам и мокрым прядям волос, делая Катрин почти нереальной на фоне всего того семейного безумия, в которое я успел вляпаться за последние полчаса.