Страница 40 из 75
Карла растерялась, но быстро собралась и вытащила первую рыбу.
Отливающая серебром небольшая рыбёшка барахталась на пирсе, отбивая хвостом морзянку. Наверное, просила своё рыбье божество спасти её от человеков. Карла смотрела на неё с нечитаемым выражением лица.
— Теперь надо достать крючок.
Карла зависла.
Я взял рыбу, надавил на жабры, она открыла рот буквой «О». Рядом стояла с таким же выражением сама Карла.
Я снова засмеялся. Когда начал доставать крючок, Карла едва не высвободила желудок. Повезло, что он и так был пустой.
— Э-э-э-э! — воскликнула девушка, когда я кинул рыбёшку назад в воду.
— Что? — удивился я.
— Я голодна, а ты выбросил мой улов в море! Мы ужинать будем? Или смотреть⁈ — гневно спросила корпоратка.
— Она же маленькая. Совсем нет мяса, на один зубок, — объяснил я.
— Маленькая… — со вздохом согласилась Карла. Её желудок снова заурчал. Корпоратка бросила плотоядный взгляд на воду. — Ну, давай поймаем ещё что-нибудь.
Мы закинули удочку, я усадил Карлу в кресло, а сам принялся за спиннинг.
Швырнул далеко, подразнил, начал крутить катушку.
Удар пришёлся у самого берега. Рыба схватила цветастую блесну и принялась отбирать у меня удочку. Я сделал шаг назад и начал постепенно выматывать хищницу.
Тут возникла небольшая проблема. Сачка не было. От края пирса до воды — добрых полтора метра, и план был нарушен. Так можно остаться без улова! Выругавшись, я пошёл вдоль пирса, вытягивая рыбу к берегу.
Карла бросила удочку и пошла следом, азартно подбадривая меня.
— У-у-у-у… Какая большая! Тяни! О да!
В итоге рыбу я вытянул. Вот только большой вопрос, кто кого больше измотал. Особь чем-то напоминала барракуду, размером сантиметров сорок и весом под полтора килограмма.
— Выглядит аппетитно, — глаза Карлы блеснули.
— Мы ещё не закончили, — усмехнулся я. — Кстати, это не твоя там удочка медленно погружается в воду?
— А? — заторможенно отреагировала Карла. — А! А-а-а-а-а!
Она подпрыгнула на месте и побежала по пирсу. Удочка уже уходила под воду, а Карла всё больше напоминала кошку. Она металась вдоль пирса, словно сердитая тигрица. Ветер доносил до меня ругательства, которые приличной девушке было нельзя даже знать.
Через секунду Карла сделала то, что я бы назвал глупостью. Но глупостью самоотверженной.
Она прыгнула в воду следом за удочкой.
Я бросил рыбу подальше от берега и побежал по пирсу, готовый прыгать следом.
Когда я подбежал к тому месту, где ещё расходились круги по воде, Карла вынырнула и победно подняла руку с зажатой удочкой.
— Плыви к берегу, дурёха! — вздохнул я.
Она что-то сказала, но не удержалась на плаву с одной рукой и наглоталась воды. Её речь стала булькающей.
— Русалка, блин… — проворчал я и пошёл рядом по пирсу, наблюдая, как девушка борется со стихией.
Стоит заметить, характер у неё есть.
Выбравшись на берег, усталая, она вытащила удочку. На другом конце сидела толстая воровка того же вида, что и прежняя, только слегка крупнее. Полторы мужские ладони, не больше.
Пока Карла отжимала волосы, я снял чертовку с крючка.
— Э, нет! — забеспокоилась девушка. — Только не в море. Эту я точно съем!