Страница 39 из 75
Уже через пять минут мы оказались на безлюдном побережье Сапфирового моря.
— Приехали, — произнёс я, надел шляпу и вышел.
Карла последовала за мной.
— Что мы здесь делаем? — спросила она, скептически осматривая пустой берег.
Телохранители остались в машине. Вышел только Хавьер, достал из багажника покупки и пошёл к нам.
— Здесь мы будем ужинать, — коротко пояснил я.
— Ужинать? — животик Карлы заурчал. Девушка покраснела, натянув шляпу на глаза. — Ты купил еды? Пикник! Это интереснее, чем ресторан, согласна!
— Не совсем так, — остановил я её рассуждения. — Мы добудем себе еды.
Карла непонимающе хлопала глазами секунд десять, прежде чем поняла, что я не шучу.
Хавьер тем временем расставил небольшие раскладные стулья, столик, достал удочки и споро собрал их. Сделав своё дело, телохранитель ушёл.
Я проинспектировал запасы. Несколько связок пива, фрукты, наживка, крем, купальники, одноразовая посуда и многое другое из списка.
— Я снова сгорю! — запаниковала корпоратка.
На это в её сторону полетел солнцезащитный крем. Девушка попыталась его поймать, но не преуспела. Её сапожки на высоких каблуках ушли в песок, она потеряла равновесие и упала. Сумка — в одну сторону, Карла — в другую, а тюбик с кремом нырнул в белый песок в полушаге от неё.
Я не стал откровенно смеяться, лишь улыбнулся и подошёл, протягивая руку.
— Лучше сними их, — указал я на обувь. — Там есть пара купальников. Можешь переодеться в машине, а ходить будем босиком.
Ответом мне стало гневное сопение. Тем не менее Карла сцапала пластиковые пакеты с купальниками из кучи, а затем ушла к машине.
Я тем временем скинул рубашку и проверил пирс. Дерево выглядело крепким, под ногами едва скрипело. Состояние не идеальное, но жизни вроде ничего не угрожало.
Вода бликовала и переливалась, словно жидкий драгоценный камень, чистая и прозрачная. Под пирсом плавала рыба, ниже виднелись коралловые рифы.
Карла появилась через десять минут.
В купальнике девушка выглядела потрясающе. Я даже залюбовался, отчего она довольно подняла носик. Белая, словно фарфор, кожа, пепельный оттенок волос — почти платиновый, переливающийся на солнце.
По груди я лишь мазнул взглядом, дабы не нарушать своё душевное равновесие.
В этот раз тюбик полетел уже в мою сторону.
— В качестве наказания тебе придётся мазать меня кремом! — строго сказала она.
— Дева Спасительница, какая ты всё-таки жестокая, Карла дэ Леон, — иронично ответил я.
Она выдавила крем на ладонь и быстро нанесла его на руки и плечи. Затем требовательно протянула руку, немного капнула мне на ладонь и подставила спину.
Я аккуратно размазал крем и втёр его, пока девушка стояла спиной, держа волосы в руках. Мстительная натура. Ещё и слегка прогнула спинку.
Мазал не спеша, от плеч к лопаткам, по спине, сдерживаясь, чтобы не опуститься ниже. Дыхание девушки участилось. Она обмахнулась одной ладонью, другой продолжая держать густые волосы.
— Жарко! — хрипло произнесла она.
— Всё, — подвёл итог я. — Подожди, пока впитается.
Я собрал удочки и отправился на пирс. Карла пошла следом, не забыв надеть шляпу. Солнцезащитные очки у неё были — на юге это обязательный атрибут.
Одну удочку я вручил ей. Снасть с обычным поплавком.
— Наживи. Я помогу забросить, — скомандовал я.
— Это? Б-у-э-э-э… — скривилась Карла. — Фи-и-и, они шевелятся!
Она насаживала на крючок нечто похожее на пиявку. Я не уточнил у Хавьера, что на что ловится, решил попробовать сам.
В прошлом рыбалка меня отвлекала. Это медитативное и азартное времяпрепровождение. Пока одевался, спросил у Матео, что из даров моря здесь водится, так что был подкован… в теории.
На столе у нас часто присутствовали морские продукты. Эстелла любила покупать самое свежее на рынке и часто по утрам приходила уже с корзиной. Мария обожала устриц, ежей, креветок… Море здесь было больше похоже на океан. Матео сказал, что мы сможем собрать приличный урожай морских ежей, моллюсков, а если повезёт, добыть крабов.
Бухта напоминала небольшую подкову. Слева — скала, образующая арку. Места очень живописные. Морская гладь едва-едва колыхалась, ленивые небольшие волны лизали белый песок, поэтому алый росчерк поплавка будет видно хорошо. Было удивительно, что людей здесь почти нет. Это место, словно сошло с обложки журнала, обещающего незабываемый отдых у моря. Одновременно оно было диким и слегка запущенным.
Карла с омерзением насаживала наживку, а когда справилась, я ужаснулся. Так над этим горе-червём в жизни никто не издевался. Думаю, при должном желании можно запатентовать такой способ как орудие пыток.
Даже если учесть, что пытаемый просто будет смотреть на подобный ужас, он расскажет все что знал и не знал из жалости к живому организму.
— Отлично, — оптимистично подытожил я. — Теперь бросаем.
Я показал, как надо закидывать, а затем подошёл сзади, чтобы помочь.
Одну руку — на талию, второй слегка направил удочку, положив ладонь поверх руки Карлы. Её тонкие длинные пальцы были холодными, уверенно держали удочку, тело напряжено, как струна.
С четвёртой попытки у нас получилось. Думаю, она смущалась, поэтому и не вышло с первого раза. Вся неловкостью заключалась в том, что при каждом броске она наклонялась, толкая меня, а мне приходилось удерживать её за талию, прижимая, чтобы девушка не дай бог не упала.
— Следи за поплавком. Если вдруг утонет или начнёт дёргаться — тяни, крути катушку вот так…
Проинструктировав, я пошёл за стульями, принёс их и поставил позади нас. Карла грустно смотрела на обглоданную приманку. Пока я ходил, она, видимо, увидела поклёвку и достала крючок. Сейчас корпоратка смотрела на остатки наживки с видом обворованной домовладелицы.
— Поняла свою ошибку?
— Рыбы те ещё сволочи! — хмуро сказала она.
— Теперь замени наживку, — предложил я.
— Снова? — Карла умоляюще посмотрела на меня.
— Не-а, — покачал головой я. — Сама. Всё сама.
— Раньше я не представляла, насколько сложно быть рыбаком, — стенала Карла, пока занималась делом.
Я тихо засмеялся. Выглядела девушка уморительно: сосредоточенная, бросающая кровожадные взгляды сначала на червя-моллюска, затем на рыб, что безмятежно плавали под её носом.
Когда у неё получилось, мы повторили заброс.
Через несколько минут у нас снова случилась поклёвка.
— Подсекай!
— Подсекаю… Стоп… Что?
— Тяни, говорю!
— ТЯНУ!