Страница 55 из 146
Мальчик сильнее насупился. Поворошив содержимое своего кармана, он вынул небольшой резец и вложил его в руку мастера. А следом отвесил подзатыльник мальчишке из первого ряда, который громче всех смеялся над ним.
Когда солнце скосило тени к востоку, а от лучей его невольно хотелось прикрыться рукой, дочь стекольщика, разложив на лавочке цветные стёкла, рассказывала ребятам и девочкам, как скреплять их между собой, чтобы получились красивые витражи.
Урок растянулся часа на два, не меньше. И никто из детей не желал отпускать мастеров. Те не злились. Видно было, что этим людям было интересно проводить время с ребятами, делиться с ними своими секретами.
У Джеки Тэтчер к концу занятия уже имелась композиция из стёклышек, напоминавшая бабочку. Девочка сделала её сама и трепетно оберегала от посягательств товарищей.
— Мы забираем их с собой, дамы! — хохотал кузнец, трепля по макушкам особенно любознательных мальчишек. — Толковые парни. Такие нам пригодятся.
Он устроил для старших ребят соревнование на самый сильный замах молотом. Но так как мало кто сумел его просто сдвинуть с места, вскоре правила пришлось упростить.
Сами собой дети и взрослые в какой-то момент поделились на группы по интересам. А когда я не без усилия качнула здоровенный молот и получила свою порцию насмешек от детей, Ники нервно похлопала меня по плечу и указала на тропинку, ведущую к школьному крыльцу. Оттуда в нашу сторону, словно предвестник бури, приближалась женщина в чёрном платье. Я сразу узнала директрису. Эта затворница, не покидавшая мрачного кабинета, смотрелась чуждо и даже нелепо в парке, где в ту минуту кипела жизнь.
— Что происходит? — спросила она, не пытаясь скрыть пренебрежение. — Кто все эти люди и зачем они здесь?
Взрослые и дети умолкли. Гости стали недоумённо коситься на меня, тогда как в лицах ребят читалась мука. Им совсем не хотелось прерывать встречу.
Оставив молот, я выступила вперёд.
— Ваше негодование излишне, мисс Верди, — сказала, выдержав её тяжёлый взгляд. — Уроки давно закончились, и мы с ребятами договорились провести внеклассное занятие. А эти почтенные господа любезно согласились нам помочь.
Верди молчала. Глядя на меня в упор, она вскипала изнутри. Я чувствовала это и никак не могла взять в толк, почему вместо того, чтобы радоваться инициативам своих преподавателей, директриса пышет ненавистью и готова убить меня.
Качнувшись, она приблизилась почти вплотную.
— Вы взяли на себя слишком много, мисс Петерсон, — сказала она. — Не знаю, зачем, но вы роете могилу собственной карьере. Приглашая сюда всех этих людей, вы обязаны были согласовать вопрос со мной.
— А вы бы позволили? — спросила я, вздёрнув бровь.
Директриса не ответила. Прищурив усыпанные морщинами веки, она обернулась и проговорила так громко, чтобы слышали все:
— Урок окончен. Посторонних прошу освободить двор. А вас, мисс Петерсон, я желаю видеть у себя в кабинете. Немедленно.
Она развернулась и пошла обратно в школу, увлекая за собой Эни. На секунду девушка задержала на мне взгляд, и в нём я отчётливо прочитала сострадание. Эни было совестно за начальницу, она не поддерживала её, но и сделать ничего не могла.
Мне было совестно не меньше. Вернувшись к гостям и притихшим детям, я сказала с нескрываемой скорбью:
— Мне очень жаль, господа, что так вышло.
Кузнец ответил:
— Пустое, мисс. Мы и впрямь задержались. Но уверяю вас, я чудесно провёл время. Приятно осознавать, что новое поколение не лишено стремления созидать.
— Верно, мисс, — подхватил слова товарища ювелир. — И спасибо вам за приглашение.
Мужчины стали собираться, тогда как дети не спешили расходиться. Они помогали складывать вещи, приглашали приехать ещё и сами обещали нагрянуть в гости, разузнав, кто где живёт. Их энтузиазм вселял надежду, что не зря я всё это затеяла. Но следовало спешить, и возложив дальнейшие проводы гостей на хрупкие плечи Ники, я зашагала к школе.
Ждала чего угодно от этой женщины. Самых гадких оскорблений, немедленного изгнания меня из ветхих стен школы. Но ожидания не оправдались. А директриса вопреки всему сумела меня удивить.