Страница 26 из 121
Глава 8. Сражение с тварью
— Что это? — подскочил мальчик.
«Тварь из Мёртвого мира» — про себя ответила ему Оля, а вслух бодро произнесла:
— Так, сударь, давайте-ка я вас подсажу на дерево, — и нервно огляделась по сторонам.
— Я замёрзну, — возразил ей мальчик.
— Да что б вас всех! — выругалась она, автоматически подбрасывая веток в костёр. На мгновение ей подумалось, что пламя может отпугнуть тварь, но могло и наоборот привлечь, разозлить.
В два больших шага она подошла к ребёнку и, присев на корточки, обратилась к нему:
— Сударь, наши приключения продолжаются. Враг начал охоту и нам необходимо присоединиться к воинам. Вы готовы совершать подвиги?
— Я? — удивился мальчик. — Я помогу чем смогу, — серьёзно ответил он.
— Тогда идите за мной, но шубу не скидывайте с себя. Понимаю, что это будет сложно, но постарайтесь не потерять её.
— Но я не смогу помогать вам, если буду нести эту шубу! Она же огромная!
— Вы поможете, если донесёте шубу до воинов, — терпеливо объяснила Ольга, выискивая взглядом тварь. Ей казалось, что существо уже близко. — У нашего врага длинные иглы, и сложенная в несколько раз шуба сможет задержать их.
Ребёнок моментально представил себе чудовище, которое давится шубой и крепко вцепился в неё.
— Я не уроню её, — твердо пообещал он, сгребая полы шубы в гармошку и прижимая к себе.
— Тогда за мной! — скомандовала Ольга и ринулась к вагонам.
Её глаза уже привыкли к свету Луны, и она отворачивала голову от небольших костерков, которые только-только начали разгораться благодаря деятельным пассажирам. Снег был расчищен и перемещаться было легко вплоть до леса, где раздавался звук топоров.
Благодаря Головину всем напомнили, что на таком морозе нельзя оставаться неподвижными и пассажиры отнеслись к этому серьёзно. Первый шок уже прошёл и большинство людей всё понимали без разъяснений.
К сожалению, было много тех, кто не мог двигаться. Сломанные руки, ноги, носы, травмы головы и спины — всё это могло стать приговором в данных условиях, но Головин нашёл доктора среди пассажиров и взялся за организацию временного госпиталя. По его приказу в вагон первого класса положили тех, кто оставался без сознания. Сиделками к ним отправил двух женщин с грудными детьми. Проводник не посмел возражать чиновнику такого уровня, но было видно, что он будет жаловаться.
Остальным так не повезло: Головин не рискнул теснить пассажиров второго класса из уцелевшего вагона. Да и уцелел он только с виду: система отопления была нарушена, и вагон остывал, грозя превратиться в ловушку для тех, кто в нём остался.
Организационную деятельность прервал пронзительный звук. Многие решили, что это команда машинистов проводит какие-то работы, и только группа Головина схватилась за оружие.
— Ваше превосходительство, что-то случилось? — спросил Звягинцев, увидев, как напрягся чиновник и каким-то образом связанная с ним тройка унтеров.
— Случилось. Держите оружие наготове.
Капитан вытащил из ножен саперный тесак и поискал глазами врагов, но вокруг царила деловая суета. И только в одном месте группа пассажиров стояла неподвижно. Какой-то человек осенил себя знаком Перуна и начал что-то говорить рядом находящимся. Это был Порфирий.
— А вот это худо, братки! — с тревогой произнёс он, собравшимся возле него взрослым мужикам.
— Чего худо? Порфирий, ты не молчи! На волчий вой даже близко не похоже, так чего ты струхнул?
— Э, видно, вам не приходилось бить тварей, — покачал он головой и рявкнул невестке: — Настька, а ну прячь детей под скарб!
— Как это? — не поняла она.
— Закидай их своими узлами, а вы, мальки, сидите тихо, не высовывайтесь!
— Но зачем? — уперлась Настя, не желая трогать только что уложенные вещи.
— Делай, как я говорю!
— Порфирьич, — не отставали от него мужики, — что за тварь? Откуда здесь-то?
— Большая и колючая, как ёж.
— Насколько большая?
— С наш паровоз.
— Брешешь!
— А с чего, по-твоему, мы с рельс сошли?
— Так я думал, что поломка.
— Погоди, браток, — остановил препирательства его товарищ. — Порфирьич, а где эта тварь? Коли она большая, то мы увидели бы её.
— Прикатится и увидишь, — сквозь зубы процедил Васильчиков.
— А чем её бить? Ружей-то у нас нет!
Порфирий увидел спешащую к Головину Ольгу Дмитриевну и бросился туда же.
— Всеволод Аристархович! — крикнула она на подходе.
— Барынька, вы бы отошли в сторонку, — посоветовал ей мужчина, тащивший в наскоро сделанных волокушах стонущую женщину.
— Ольга Дмитриевна! — отозвался советник и поспешил навстречу.
— Ваше оружие, — подбежав, она сунула ему в руки министерскую палочку, которой мог пользоваться только он.
Эта штука чем-то напоминала складной многофункциональный походный нож, в который напихали всяких полезных штук, но большинство из них вызывало снисходительную улыбку. Вот и в министерской палочке было заложено много полезных функций на любые случаи, в том числе для защиты. К сожалению, мощных выстрелов было предусмотрено всего три. Одного хватило бы завалить ту тварь, что засела в этом лесу, но попасть в неё было сложно. Сам заряд летел неторопливо, а тварь как раз наоборот, была быстрой.
— Олюшка, уведите мальчика и побудьте с ним, — попросил её Головин.
— Конечно.
Образцова не стала напоминать, что они не в Мёртвом мире, где можно было спрятаться и надеяться, что Искин подстрахует. В лес не убежишь, а здесь тварь уничтожит всех, если её не остановить. А остановить её можно только артиллерией или тем зарядом, что есть в иномирном оружии.
Огромная, страшная, непонятная, она сворачивалась в гигантский клубок и катилась на своего врага, давя массой. Если враг давал достойный отпор, то тварь издалека забрасывала его полуметровыми иглами, а потом налетала на него.
Однако, по мнению Искина, тварь игнорировала неподвижные цели, но проверять это никто из группы Головина не стал. Получая заранее информацию о том, где находится эта тварь, группа пользовалась летолетом и вовремя покидала опасное место.
К сожалению, сейчас людей не заставишь стоять неподвижно. Достаточно одного паникера — и тварь ринется на толпу.
— Ваше превосходительство, может отступить и пересидеть? — тихо спросил Полозов.
Головин бросил быстрый взгляд на унтера и тот принялся оправдываться:
— Люди как увидят тварь, так паника начнётся, и не дадут вам выстрелить. А это для всех приговор.
— Полозов, ты можешь отступить к Ольге Дмитриевне, — ровно произнёс Головин, проталкиваясь вперёд.