Страница 8 из 423
Вытащив островитянина, Гюнтер отвязал веревку и повелительным взмахом дал знать, что тот свободен. Островитянин, надсадно кашляя и отплевываясь от воды, побежал в сторону леса, но не добежал. Толпа гневно кричащих мужчин и женщин окружила его, повалила на землю и принялась в буквальном смысле рвать на части. Спокойно сматывающий веревку Гюнтер хмыкнул и повернулся к Блек-Джеку который, застыв, взирал на расправу.
— Думаешь, лучше стало? По мне так, утопить его было бы гуманнее. Но что я, белый человек, понимаю в здешних делах, да черномазый?
— Что он сделал?
— Украл детей. Местные наняли меня, чтобы я нашел их прежде, чем его дружки договорятся с работорговцами. Но для этого нужен катер. Хорошо Бьерн оказался недалеко.
— Понимаю… — Блек-Джек медленно кивнул, — Мы с парнями пойдем с вами.
— Вы с парнями пойдете нахуй. Там может начаться стрельба и мне не нужно, чтобы в этот момент под ногами болтались какие-то черномазые.
— Тебе нужно вернуть детей, дружок. Вы не похожи на тех, с кем парни вроде этого бедолаги имеют дело. Увидев вас они могут запаниковать. Вот тогда точно начнется стрельба. И кто знает, кто в ней погибнет? Подумай, дружок, за мертвых детей тебе не заплатят.
— А увидев тебя?
— Я могу прикинуться покупателем. Я неплохо знаю про эти дела и знаю кое-какие имена. В любом случае, дружок, я выгляжу не так опасно, как толпа северян.
— Ты же понимаешь, что я тебе не заплачу?
— А я и не говорил про деньги, дружок.
— Если черномазый хочет подставится под пули за бесплатно, кто я такой, чтобы ему мешать?
Пожав плечами, Гюнтер пошел в сторону пальм, где отдыхала остальная его команда. Бьернсон пошел за ним. Блек-Джек некоторое время сверлил им спины тяжелым взглядом, потом развернулся и решительно направился к своему катеру. Через минуту весь его экипаж, путаясь в ногах спросонья и сталкиваясь лбами, метался словно тараканы по кухне наводя порядок, драя палубу и выкидывая из потаенных уголков остатки полусгнивших «сокровищ» предыдущего хозяина. Сам Блек-Джек стоял над всем этим, облокотившись на ограждение мостика и, мрачно сопя, взирал в даль. Судя по всему то, как Гюнтер обосновал свои расистские выпады, задело его за живое.
Увидев Бьернсона, парни Гюнтера отсалютовали ему бутылками. Они знакомились на Котеане, но подняв руку, чтобы поприветствовать их Бьернсон понял, что после попойки эта информация вылетела у него из головы. Посмотрев, как он застыл с поднятой рукой словно собираясь дать клятву и растерянным взглядом, Гюнтер понимающе кивнул.
— Олаф и Витольд. Плохая память на имена?
— Да тут просто столько нового за последнее время. В башке все не укладывается. Постоянно что-то вываливается.
— Привыкнешь… Витольд — дай парню выпить.
— Значит ты нас повезешь на это дельце? — северянин, которого представили как Витольда протянул Бьернсону бутылку, — Там несложно — войти и выйти. Ну и, по пути, пяток долбоебов размазать.
— Ну да… — взяв выпивку, Бьернсон согласно кивнул, — Звучит просто. Только, как я понял, там еще дети?
— Значит входить будем быстро, чтобы никто не успел ничего понять.
— О детях вызвался позаботится вон тот черномазый, — Гюнтер кивнул в сторону «Икана».
— И ты согласился?
— Он сам предложил и сказал, что поработает бесплатно.
— «Черномазый», «работать» и «бесплатно». Ты сам себя слышал?
— Мы не похожи на покупателей. Скорее — на большие неприятности. «Клиенты» могут запаниковать. Если черномазый их отвлечет, все сильно упростится. Это похоже на толковый план. А если план толковый, мне плевать, кто его предлагает. Я, ты, черномазый или говорящая собака.
— Как скажешь… Тем более у них свой катер. Можно будет зайти с разных сторон. Ты сказал парню, куда плыть?
— Он слышал того ублюдка. Ты же слышал?
— Ага… — кивнул Бьернсон потягивая жиденький местный ром прямо из горла, — На Шпиль и три пальца левее.
— Хорошо. Вопросы какие-нибудь есть?
— Ну… Только один. Вы как в островах за головами охотитесь без катера?
— А у нас был катер, — хохотнул Олаф хитро косясь на командира, — Хороший такой… Да, Гюнтер?
— И что с ним случилось?
— С катером? С ним все в порядке. Просто Гюнтер посрался с Эйнхен и та выставила нас вон. Теперь вот приходится искать попутные суда.
— Я. С ней. Не. Посрался… — давя через зубы каждое слово отчеканил Гюнтер.
— Серьезно? Вы просто два часа орали друг на друга, а потом мы оказались на берегу с вещами. Вот я и решил…
— Прекрати! Я не хочу об этом говорить!
— Ладно… Просто отвечал на вопрос.
— Лучше проверь оружие. Сейчас я возьму еще припасов и выдвигаемся. До туда не далеко — но лучше быть готовыми к неожиданностям.
— Принял. Тогда мы ждем тебя на борту… — встав, Олаф хлопнул Бьернсона по плечу, — Ну что, надеюсь Ньерд придержит свою месть пока мы на твоей палубе.
— Пошел он в сраку…
— Идешь по стопам предков? Похвально. Но ссыкотно…
Заржав, Олаф с Витольдом закинули на себя свое снаряжение и пошли к «Ежу». Навстречу им, нетвердой походкой, топал Семеныч. Узнав, что Бьернсон планирует сюда еще вернуться, он решил сойти на берег и осмотреть местные «достопримечательности». Ввиду того, что от безделья Семеныч всю дорогу пил, а в пьяном виде лез ко всем с разговорами, никто против не был.
…
Плыть до места пришлось часа два. Гюнтер все это время, сидя на баке с мрачным видом, чистил свою винтовку. Олаф и Витольд оказались более общительны. Витольд немедленно сошелся с Бравой. Они оба были вроде как механиками, причем оба были назначены на эту высокую должность потому, что остальные разбирались в вопросе еще хуже. Олаф же бродил по палубе высовываясь то с левого борта, то с правого, то прислушиваясь к стуку двигателя, то заглядывал в рубку, глядя как Бьернсон ворочает штурвалом.
— Не ссы — не потонем… — успокоил его Бьернсон, которого эти шарахания одновременно раздражали и забавляли, — Я же сказал — Ньерд признал поражение.
— Ты уверен? Проклятье бога — это не насморк подхватить.
— Уверен… Удача снова со мной! Я нашел свой катер, я нашел Кубу… Верный знак!
— Так-то да…
— Лучше залезь наверх и смотри по сторонам. Нам бы на инспекторов не нарваться.
— Не нарвемся… — отмахнувшись, Олаф уселся на комингс рубки и закурил, — Месяц назад кто-то отметелил «Джебадаю» по взрослому. Остальные до сих пор не рискуют выходить в море.