Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 410 из 423

— Заебись, на… У меня одна была, да и та видеть меня не хотела, на… А Келпи свою не помнит, на…

— Это очень прискорбно. Я вам крайне сочувствую и не подумайте, что я этим хвастался. Простите.

— Забей, на. Че ты там говорил, на?

— Когда они работали я, обычно, забирался куда-то с книжкой, пока гость не уходил и старался вести себя тихо.

— И че, на? Тебя никто не находил, на?

— Ну почему же? Иногда находили.

— И че было тогда, на?

— Ничего. Я просто извинялся и шел в другое место.

— Ты поэтому постоянно так делаешь, на? Ну, постоянно прощения просишь за всю хуйню, даже если не делал, на?

— Я извиняюсь, потому что извиняться — это не сложно, но вежливо. А вежливость оставляет приятное впечатление. Все мамы тоже так делали. У нас это было принято.

— В Порто мы крышевали шлюх, на, — Тайга ностальгически скривилась, — там бы все охуели, если бы кто-то из них извинился, на… Хотя это Порто, на. Там нахуй послать вместо «здравствуй», на.

Привстав, Келпи залепила Тайге смачную оплеуху. Затем, подумав, врезала еще раз и, поднеся руки к лицу, чтобы та видела их в полумраке, что-то просигналила.

— Да я че, на… Это просто слово такое, на! АЙ! — Келпи цапнула её зубами за сосок и принялась тянуть. — Все, на! Поняла, на! Больше так не буду, на!

Потерев пострадавшую грудь Тайга повернулась к Йоши.

— Она хочет, чтобы я тоже извинилась, на… За то, что назвала твоих мам шлюхами, на…

— Я не обиделся, правда, — Йоши удивленно покосился на Келпи. — Я знаю, что их занятие не очень уважаемо. Но пока я оттуда не ушел, я не знал, что где-то бывает по другому. Это был мой дом, и я принимал его обычаи.

— А че ты оттуда ушел, на? Если это был твой дом, на?

— Вырос. Оставаться было уже не очень прилично. И не очень вежливо. Господин Сапожник был знаком с хозяйкой и предложил мне работу у себя в клубе. Там у меня была крыша над головой, и я мог видеть своих мам, когда они приходили к нему развлекать гостей. Очень удобно.

— Ты плачешь что ли, на?

— Извините. Просто воспоминания затронули чувствительные темы.

— Скучаешь по ним, на?

— Разумеется. А вы не скучаете по детству?

— Не, на… У нас детство было хуевым, на. Я постоянно шифровалась, на, потому что считала себя пацаном без хуя, на. Келпи тоже горя хапнула, на. Мать умерла, на, отец с горя запил, на. А я своего отца не знала, на. У меня вместо него мать пила, на.

— Это очень печально…

— И не говори, на. Вот когда я выросла и начала всем пизды давать — вот тогда жизнь началась, на.

— Это хорошо, что вы так к этому относитесь. В смысле, что несмотря на все, что с вами было, вы все равно не опускаете руки… — Йоши грустно вздохнул. — Просто когда я слушаю про вашу жизнь, мне кажется, что у вас в ней не было ни одного светлого момента.

— Да не, на… Иногда довольно заебись бывает, на. Вот сейчас, например, на… Лежим, нихуя не делаем, пиздим, на…

— Ну наверное… Но все равно, это временно. Извините, что напоминаю, но неизвестно, что с вашей командой, и что мы будем делать, когда прибудем на место.

— Да забей, на… Че сейчас голову сушить, на? Ты лучше скажи, почему тебе такие как я нравятся? Это тоже из-за того, где ты рос, на?

— Прошу прощения, но я вряд ли могу с уверенностью назвать причину. Возможно, из-за этого. Все-таки это не могло не оставить отпечатка. А может потому, что подростком я уже работал в клубе господина Сапожника, где постоянно наблюдал больших, физически сильных женщин, которые стали моими первыми объектами интереса.

— Так бывает, на? — Тайга задумалась. — Хотя хули мне-то удивляться, на… Погоди, на… Келпи че-то спросить пытается, на. Че, на? Ты, на? Его, на? Сейчас, на… Она спрашивает, она тебя че, совсем не возбуждает, на?

— Я извиняюсь, если мой ответ её обидит или даже оскорбит, но я её больше боюсь. Вас я тоже боюсь, однако, могу мечтать о всяком, когда закрываю глаза.

— А о ней не можешь, на?

— Понимаю, что мы вроде как объяснились, но после того, как я увидел её стоящей возле меня с ножом, мне будет сложно не только возбудиться, но и просто заснуть. Еще раз простите.

— Бывает, на… — Тайга с усмешкой ткнула лежавшую на ней Келпи. — Че, на? Твоя очередь извиняться, на… Видала, че наделала, на?

Келпи, вместо ответа, стукнула её по лбу. Затем, перевернувшись набок, некоторое время смотрела на Йоши странным взглядом. После чего демонстративно повернулась задом и, накрывшись рукой Тайги словно одеялом, дала понять, что собирается спать.

…

Ван не появлялся несколько дней. В первый день Соня восприняла это со злорадным удовольствием, решив, что тот настолько её боится. На второй уже начала беспокоиться. И когда он не явился и на третий, принялась переживать всерьез.

— Да шо ты делать будешь! И вот где нам теперь искать этого поца, скажите пожалуйста?

— Зачем? — удивился Чарли, всегда старавшийся не терять оптимизм. — Ты же сама жаловалась, что от него никакой пользы — только зря продукты переводит.

— И шо? Я шо, хотела, шоб он пропал?

— Ну вообще-то ты говорила: «Да пропади он пропадом». Так что, чисто технически…

— Я ж понарошку! В этом доме шо, никто шуток не понимает, шоли?

— Не беспокойся! Я уверен, что у него все хорошо!

— А это вообще плохо!

— Почему?

— Потому шо значит, шо он взял у него, — Соня кивнула в сторону пристройки, где должен был спать художник, — ну ты понял… Шо он столько денег взял, шо может теперь три дня жить где-то там. И платить эти деньги им, а не мне! Ах вот чего он, гад, так съебался быстро! Ну погоди! Вернется, я ему устрою! У меня он, значит, бесплатно столовался, хотя деньгов полные карманы, а чужим, значит, нате-пожалуйста!

От таких мыслей беспокойство сменилось приступом гнева и, поскольку Вана рядом не оказалось, Соня немного попинала спящего в ногах Чарли. Тот воспринял это с философским спокойствием человека, которого топтали и посильнее.

— Знаешь, по моему ты слишком о нем переживаешь. Я думаю, что у Вана все в порядке.

— Когда все в порядке, то не пропадают на несколько дней неизвестно куда!

— Ну, только если дорога не долгая.

— Шо? — Соня села, уставившись в темноте на Чарли, — Какая еще «дорога»?

— Я просто предположил, что Ван отправился куда-то, куда надо долго ехать. Поэтому ему нет смысла каждый раз возвращаться сюда, чтобы переночевать.

— Зачем он туда отправился?