Страница 28 из 423
— Ни! Ща я пошукаю — може получится проехати.
— Проехать? Тут?
— Я, кода военный водием быв, таки места проезжав, шо это и рядом ни валялося! Вы, поки, отдохните, поохотитеся — я швыдко.
Калибр и Ур переглянулись. С одной стороны, форсирование глубокой, словно ножом резанной промоины без специальных инженерных средств выглядело задачей безнадежной. С другой, упорством Михай обладал фантастическим и бодаться с ним не подкрепившись, желания не было никакого. Так что Ур сделал круг, чтобы убедиться, что они гарантированно одни, добыл дичи и отдал Доктору, который уже показал класс в потрошении, а сам начал делать костер.
— Док… Вот вы, как образованный человек понимающий в устройстве родственных вам приматов, скажите, хотя бы примерно, сколько ему потребуется времени, чтобы смириться с тем фактом, что, имея только одну руку и весьма узкий набор инструментов, машину на другую сторону ему не переволочь?
— Вы есть нас сильно недооценивайт.
— В смысле? Вы тоже думаете, что это реально?
— Ну, я уже придумайт пара способ. Чисто теоретийческий, конечно.
— Вот вам делать нехер…
— Это есть защитный реакций. В такой условий, мы есть направляйт интелектуальный силы на решений насущный вопрос, чтобы нихт думайт о неприятный вещи. И интересный инженерный задача в данный момент есть гут. Гроссе гут.
— А! Вы в этом смысле…
— Да. Поэтому на ваш место я бы давайт ему попытайтся. Это возвращайт его в привычный среда.
— Он не похоже, что сильно переживает.
— Вы есть обманывайтся демонстрационный оптимизм и беззаботнойсть. Он точно так же действовайт, когда теряйт рука. Вы же не думайт, что он нихт переживайт в тот момент?
— Ясно… Ладно — пусть развлекается. Я оставлю с вами Калибра, а сам проверю, где дорога заканчивается. Может и не стоит ковыряться.
— Гут… — Доктор протянул готовые куски мяса, — Мне глубокий прожарка, битте.
Ур быстро приготовил мясо, часть съел, часть взял с собой, чтобы сэкономить сухой паек и, перебравшись на другую сторону промоины, принялся разведывать местность. Не то, что бы в этом была сильная необходимость — по его расчетам они были уже в тридцати километрах от любого возможного жилья, но Доктор был полностью прав и занятие чем-то привычным разгоняло дурные мысли. И таковые имелись. Он был самым старшим по званию среди всех и, теперь, должен был принять командование и решать, что делать дальше. А Ур понятия не имел.
У киттов офицерские звания делились на три уровня: «оперативники» руководили выполнением задач непосредственно в рядах подразделений, «тактики» — в полевых штабах, «стратеги» же занимались вопросами глобальными. Ура комиссия признала негодным даже для первой офицерской ступени. Он был отличным, опытным, инициативным солдатом, но высоким требованиям, предъявляемым к тому, кто должен командовать другими, не соответствовал и, получив и отслужив максимально возможное в этом случае звание «Инструктора», уволился из армии.
Когда, на «Интернационале» ему предложили офицерскую должность он понимал, что это, по большей части, штука чисто декоративная. Какие нахер «офицеры» на вольных кораблях? Но вцепился в неё намертво, так как даже такая декорация была ему дороже горы золота, ибо хоть кто-то признал и оценил его способности. Сейчас же Ур с ужасом понимал всю правоту завернувшей его комиссии. Он не знает и не понимает, что делать. Не — то, что надо сию минуту, это, пожалуйста. Ликвидировать, найти, вывести, разбить лагерь. Дальше что? Ему необходим командир. Тот, кто отдаст не подлежащий обсуждению приказ и ты пойдешь думать, как его выполнить, потому что не выполнить варианта нет. А главное — возьмет на себя ответственность за последствия.
Затормозив на бегу Ур, от избытка эмоций, закружился волчком, словно пытаясь поймать собственный хвост, плотоядно урча. Столь желанные офицерские нашивки давили как бетонные плиты, несмотря на всю свою декоративность. Прекратив вращение, он снова припустил разгоняясь все быстрее в надежде, что этот неистовый бег поможет выкинуть лишние мысли из головы.
…
Михай, красный и потный, воткнул в землю мачете и устало сел возле костра. Доктор сочувственно посмотрел на него.
— Вы есть придумывайт что-то?
— Та е трохи мыслишек… Багира шибко не хватает — вдвоем бы мы мигом все наладили…
— Я могу попробовайт оказывайт посильный физичейский помощь.
— Вы?
— Почему нихт? Мой физийческий данный уступает таковой у ваш друг и коллега, но это все равно проще, нежели в одиночка.
— А оно вам надо?
— Ну, я нихт видейть другой интересный занятий, а это, помимо ручной труд есть еще и инженерный задача.
— Ну тады може и попробуем. Сейчас я тилько пожую трохи, бо сил вже нету.
Михай протянул руку к куску мяса, как вдруг, внезапно, костер будто взорвался пеплом и искрами. Все с проклятьями отпрянули закрывая глаза, а когда проморгались, то увидели Сыча, который, спикировав прямо на еду, прижал часть мяса лапой, а вторую, обжигаясь, пытался заглотнуть целиком, недовольно пища.
— От холера! — Михай получил пару увесистых тычков клювом, но сумел отобрать себе немного еды, — Яж так и думав, шо цию падлюку хер изловять! Пришев, дармоед, на готовое!
— Мы есть забывайт про него в суматоха, — Доктор брезгливо отряхнулся, — Хорошо, что он есть сумейт о себе позабойтится.
— Да вот нехай бы сам и заботився! Шо наше-то жреть⁉
— Он есть пристрастился к готовый пища. С его точка зрений, это гроссе выгоднее чем охойтится самому.
— А нам шо делать? Коштувати его? Самим мало! Калибр — отгони дармоеда, будь ласка!
— Он меня не слушается… — развел руками Калибр, — Только Ура слушается.
— Тьфу ты пропасть! Поели, называется!
— Я, сейчас, еще чего-нибудь поищу. Тут дичи полно.
— Як вам буде угодно, пан… А мы повшли моста ладити…