Страница 47 из 129
Отец едет.
Сомов уже рядом.
Степан рассказал часть прошлого.
И где-то между всем этим стояло то, что почти случилось в конюшне и никуда не исчезло.
Бабушка первой нарушила молчание:
— Значит, завтра ночью.
Степан поднялся.
— Я останусь поблизости.
Василиса посмотрела на него.
— Поблизости — это где?
— На ферме. И буду проверять дорогу.
Она встала тоже.
— Нет.
Он замер.
Бабушка осторожно посмотрела на внучку.
Василиса сделала вдох.
— Если нам всем грозит опасность, хватит бегать между домами и делать вид, что это удобно. Оставайтесь здесь.
Степан смотрел на неё так, будто не сразу понял.
— В доме?
— На кухне. На лавке. В сарае. Где хотите. Но не надо изображать одинокого героя под дождём.
Мария Петровна кашлянула.
— В сарае не надо. У меня там Архип ночует, он не потерпит конкуренции.
Степан медленно перевёл взгляд с бабушки на Василису.
— Ты уверена?
Василиса пожала плечами, пытаясь выглядеть спокойнее, чем была.
— Я просто не хочу, чтобы вас опять пришлось вызывать в самый драматичный момент. Это утомляет.
Он понял, что за колкостью скрывается другое.
Конечно, понял.
— Хорошо, — сказал он. — Останусь.
У Василисы внутри что-то мягко дрогнуло.
Не радость.
Не облегчение.
Что-то опаснее.
Бабушка поставила на стол банку варенья.
— Тогда ешьте. Если завтра конец света, встречать его голодными глупо.
Василиса посмотрела на неё.
Потом на Степана.
И вдруг рассмеялась.
Тихо.
Устало.
Но по-настоящему.
Степан тоже улыбнулся.
А за окном, в мокром палисаднике, Архип гоготнул так, будто лично одобрил решение семейного совета.
Только Василиса уже знала: ночь будет долгой.
И завтра правда наконец приедет в Студёное.
Вместе с её отцом.