Страница 70 из 72
Директор как обычно стоял на возвышении, наблюдая за утренней суматохой. Я скользнула по нему взглядом и двинулась к своей аудитории. Внезапно раздался вскрик. Я обернулась и увидела падающую прямо в руки директора Шеллу. Мэтру Дахану ничего не оставалось как подхватить студентку и поставить её на ноги. Она же вцепилась в него и стояла на одной ноге. Потом сделала шаг, вроде как захромала, и повисла у него на руке, что-то объясняя ему. Директор подозвал мимо пробегающего студента и отошёл от них. Браслет Шеллы загорелся красным штрафным светом, а студент предложил руку и повёл её, наверное, в целительскую. Получается, мне можно спотыкаться под носом у директора, а другим нет? Несправедливость какая! Я даже позавидовала сама себе.
Я увлеклась происходящей драмой и не сразу обнаружила, что мэтр Дахан внимательно смотрит на меня. Он нагнул голову и улыбнулся мне. Получается, пока я наблюдала за Шеллой, он наблюдал за мной. Я отвернулась и ушла на занятия.
Опять эти индивидуальные занятия по боевой подготовке! Они сильно выматывали меня, потому что я старалась как можно реже прикасаться к мэтру Дахану и сосредоточилась на том, чтобы он не дотягивался до меня. Больше недели мне удавалось не давать возможности ему дотронуться. Или он не очень и пытался. Но в этот раз он начал с другого.
— С этого занятия мы начнём рассматривать приёмы, которые используют в ближнем бою. И начнём, пожалуй, с захватов.
Он подошёл ко мне сзади и провёл ладонью вдоль моей руки от плеча к локтю. По телу разлился жар. Когда он крепко стиснул руку и вывернул её назад, я вскрикнула. Он резко прижался к моим ягодицам, а второй рукой заставил меня податься назад.
— Вот так мужчина может обездвижить женщину.
Я почувствовал его возбуждение и от этого ярко вспыхнул непонятный огонёк, который сковывал моё сознание и заставлял подчиняться чужой воле.
— И сделать с ней всё, что угодно! – Отпустив вывернутую руку, Дахан резко прижался к моей спине, стискивая мою грудь. У меня сбилось дыхание, я задрожала, а Дахан впился поцелуем мне в шею.
— Как же ты прекрасна, моя Наина! – перед взором всплыло лицо Дамиана, произносящее «Моя! Моя!» и ярко вспыхнула и задрожала нить его судьбы. Его будущее всё ярче вписывалось в текст времени. Это вывело меня из ступора. Я резко дёрнулась, а директор, видимо, не ожидал такого поворота и выпустил меня из объятий. Я почувствовала резкую боль в боку, у меня всё поплыло, и я потеряла сознание.
Очнулась я в целительском корпусе от запаха укус-травы. Госпожа Настаси уже подносила к моим губам какой-то целительный напиток. У меня так кружилась голова, что я не смогла проанализировать его состав.
— Что с ней? – услышала я голос директора.
— Во-первых, я нашла у неё след от сильного удара, – я прислушалась к себе: и правда, весь бок сильно ныл, – это вы так сильно её ударили?
— Нет! Я даже не успел как следует начать занятие! Вы же знаете, во сколько я её принёс, – громко сказал мэтр Дахан. В его голосе послышалось волнение. Интересно, чего он больше испугался: что навредил мне, или последствий доклада Шадомею?
— И у неё сильное переутомление, – продолжила госпожа Настаси, – ей нужен отдых.
— На сегодня у тебя освобождение от занятий. Как только сможешь ходить, я отведу тебя в твои покои. – Мэтр Дахан поклонился целительнице и вышел.
— Хочешь, я тебе дам освобождение от физической нагрузки? – спросила меня Настаси, заботливо нанося обезболивающую мазь с цветком снежного морозника.
«На месяц?» – вывела я и умоляюще посмотрела на неё.
— Хорошо! – рассмеялась она и отправила распоряжение преподам.
Проспав остаток дня и ночь, я все равно не могла утром вынырнуть из какой-то непонятной тягостной дрёмы. Мне помогла Альда, которая растормошила меня, напоила горячим отваром и кое-как поставила на ноги.
Мы добрались до аудитории, и я уселась в самом конце, куда никто обычно не садился. Из задумчивой полудрёмы меня выдернула болтовня девчонок:
— А вы знали, что наш директор – один из сильнейших магов в нашем мире? – услышала я голос Шеллы. – По силе и мощи он третий после верховного мага и первого инквизитора.
— А что он тогда здесь делает? – саркастически спросила одна из девушек.
— Говорят, его сняли с боевой части армии и прислали сюда, потому что он единственный, кто может справиться с силой Наины. Ну кроме верховного и первого.
— И он такой привлекательный мужчина! – раздался мечтательный голос Шеллы.
— Поэтому ты решила упасть ему в руки? – съязвила одна из студенток.
— Думала, он тебя на руках понесёт как вчера – Наину? – вклинился в их разговор один из парней, явно намекая на вчерашнюю выходку Шеллы.
— Да он просто испугался, что ему достанется из-за её выходок, – встала на защиту директора Шелла.
— Ага! –заржал кто-то из студентов, – что верховный маг его в пыль развеет.
— Или король обратно на войну сошлёт. Подальше от красивых студенток! – добавил ещё кто-то.
— Подальше от Наины, – послышался чей-то голос, – видно же, что он с неё глаз не сводит!
— Ну она же единственная, – вставила язвительно Шелла, – единственная тёмная фейри.
Она кинула украдкой взгляд на меня и добавила громче:
— Её только поэтому и приказано беречь. Папа сказал, что она нужна всего лишь для того, чтобы участвовать в балансировке магии. А если она не сумеет, то особо она и не нужна. Сошлют куда-нибудь с глаз подальше. Ну или как её опекун решит. Выдаст замуж за кого-нибудь и с глаз долой.
Она удовлетворённо улыбнулась. А мне было всё равно. Какое-то марево меня не отпускало. Мне было сложно держать глаза открытыми, очень хотелось их закрыть и ничего не чувствовать. Меня периодически беспокоила боль в боку, но двигаться она не мешала. Ещё Антоний не давал мне покоя – то пытался всучить цветы, то в щёку чмокнуть, то прижать в каком-нибудь углу. Спасибо ребятам, которые старались не оставлять меня одну и не подпускать Антония ко мне близко.
Альда не отпустила меня обедать и притащила в столовую почти силой. Всей дружной компанией они заставляли меня есть, и частично им это удалось. Мне вроде полегчало, кровь быстрее побежала по телу, марево отступило.