Страница 55 из 58
— Тогда зачем свидание? – окончательно запутался Стефан.
— Свидание.. – Грустная улыбка снова тронула розовые губы. – Ему просто нужна была Оливия.
— Оливия? – От неожиданности мужчина выпустил ее руки и отступил на шаг, всматриваясь в лицо. – При чем тут эта..
В последний момент он прикусил язык, проглатывая готовое сорваться с губ бранное слово.
— Эта или не эта, но всем почему-то нужна только она, – проговорила девушка. Она хотела сказать это с насмешкой, а получилось горько. – Герцогу, тебе..
— Мне?!
— Вот только не надо удивляться. Я видела вас вместе только что, забыл? Да и обстоятельства нашего знакомства..
— Да что ты видела?! – возмутился Стефан, которого при воспоминании о прикосновениях госпожи Матсус снова передернуло. – Мне надо было, чтобы она показала свое истинное лицо полковнику. Поэтому старательно терпел эту женщину рядом! Я хотел избавить тебя от ее происков и ненависти раз и навсегда!
Шарлотта сглотнула. Нет, она понимала, что томное свидание было постановкой от начала до конца. Особенно после того, как дядя извлек из листвы звукозаписывающий кристалл. Но в то, что Стефан при этом испытывал отвращение, девушка до последнего отказывалась верить.
— Шарлотта! – Стефан вновь коснулся губами ее рук. – Объясни, что хотел от тебя герцог? Не тронул? Не обидел?
— Герцог? – сморгнула девушка. Она не желала опять думать о герцоге, особенно сейчас, когда горячие поцелуи оставляют обжигающие следы на ее запястьях.
— Да! – взорвался Стефан. – Этот проклятый герцог! Болван Джиллиан Лечовски!
— Стефан, – неодобрительно поморщилась Шарлотта. – Я расскажу. Только, пожалуйста, без поспешных решений. Герцог Лечовски влюблен в Оливию. И, женившись на мне, надеялся получить к ней доступ, только и всего. – Она пожала плечами. – Сначала попытался говорить о чувствах, а потом прямо предложил сделку, место ширмы, которая прикрывает его грязные вожделения от газетчиков, в обмен на титул и положение в свете.
— О, Шарлотта.. – Эдгертон прикусил губу. – Это отвратительно! Он действительно слепой болван. Как можно было променять такую, как ты, на это..
Мужчина кивнул в ту сторону, куда ушли бывшие супруги Матсус.
— Мне это безразлично, – покачала головой девушка. – Герцог Лечовски волен любить кого угодно. Он не мог меня на кого-то променять уже хотя бы потому, что я ему не принадлежу. Вся эта любовь была лишь наивным самообманом. Я поняла это даже раньше, чем он показал свое истинное лицо.
— Тогда почему ты плачешь? – Стефан осторожно большим пальцем стер слезинку, неожиданно скатившуюся по щеке против воли хозяйки.
— Может быть, потому, что меня печалит не выбор герцога Лечовски, а безразличие кого-то другого? – прошептала девушка и попыталась отвернуться.
Но Эдгертон не позволил. Осененный догадкой, но не смея в нее поверить, он заглянул девушке в глаза:
— Тебя печалит.. мое безразличие?
Шарлотта не ответила, лишь мучительно покраснела, и этого хватило.
— Но мой выбор – это ты, Шарлотта, – мягко сказал Стефан.
— Я? – Яркие зеленые глаза, искристые от непролившихся слез, взглянули недоверчиво. – Уверен? Или вновь просто красивые слова?
— Только ты.
— А как же..
— Только не говори опять про Оливию!
— Кроме Оливии есть и другие.. Много..
— Никого нет. Мне никто не нужен, кроме тебя, Шарлотта.
— И когда ты говорил о женщине, которая может заменить весь мир, то..
— То я говорил о тебе.
— Но ты.. Ты ничего не сказал, даже не намекнул.. Почему?
— А что я должен был сказать? Ты же любила герцога, хотела за него замуж.
— А ты любил Оливию, – несмело улыбнулась девушка.
— Ничего подобного! – демонстративно передернулся Стефан и уже куда мягче продолжил: – Я вообще никого не любил. Все эти приключения ничего не значили для меня. Только рядом с тобой я понял, что такое любовь. Ощутил это странное чувство, когда счастье любимой куда дороже своего собственного. А раз твое счастье в герцоге, то так тому и быть. Я готов был потерять тебя, лишь бы ты была счастлива, понимаешь?
— Но меня не надо терять, чтобы я была счастлива. Совсем наоборот, – отозвалась Шарлотта.
— А я больше не позволю тебе потеряться, – усмехнулся Стефан. – Каким надо быть болваном, чтобы потерять лучшую девушку в мире?
За последние полчаса он успел побывать в бездне отчаяния и воспарить к небесам, и все, чего желал сейчас – поверить в реальность происходящего.
Стефан мягко привлек девушку к себе, целуя в висок.
— Ты отдала мне свой первый поцелуй, – проговорил он, на мгновенье отстранившись. – Второй я возьму сам. И все последующие тоже. Никогда тебя не отпущу!
Шарлотта вспомнила свой отвратительный второй поцелуй, но благоразумно решила промолчать: «Такая гадость не может быть поцелуем. Значит, считать его не стоит».
А мгновенье спустя все отвлеченные размышления вымыло из ее головки мощным потоком блаженства – ее губы встретились с губами Стефана, и целый мир вместе со всеми его неприятностями перестал существовать.
— Так-так.. – Густой бас полковника Матсуса раздался как гром среди ясного неба. – И что тут происходит?
Шарлотта испуганно попыталась отскочить, но крепкая рука Эдгертона на талии заставила ее остаться на месте.
— Молодой человек! – Дядюшка, подарив залившейся краской племяннице неодобрительный взгляд, посмотрел на Стефана. – Я вам, конечно, очень благодарен, но это не значит, что вы можете позволять себе такие вольности.
— Я с самыми честными намерениями! – вскинулся тот. Но Шарлотта заметила, как на его щеках тоже расцвел румянец. Почему-то это ее приободрило, и она слегка расслабилась.
Дядюшка, тоже отметив порозовевшие щеки Эдгертона, хмыкнул и, подкрутив ус, заговорил уже мягче:
— Честные намерения – это хорошо. Но все равно не стоит так себя вести до свадьбы. Тем более я что-то не припомню, чтобы вы официально просили у меня руки Шарлотты.
— Прошу сейчас. – Стефан расправил плечи, глядя пожилому вояке прямо в глаза. – Или, если хотите, приеду с официальным визитом завтра. – Тут он неожиданно вздрогнул и с тенью неуверенности обернулся к Шарлотте. – Ты же выйдешь за меня?
— А ты уверен, что тебе нужна именно я? Когда-то ты считал, что мне нечего тебе предложить, – едва заметно улыбнувшись, спросила та.