Страница 33 из 40
Мы проводим на Корфу целый день. Здесь, действительно, есть на что посмотреть, а
пляжи просто загляденье.
Возвращаемся, когда уже совсем поздно...
На тендере пусто. Вода чёрная, только огни порта отражаются.
Мы садимся на скамью, глядя на тёмную воду моря, которая ночью кажется чёрной.
— Сегодня я впервые за много лет так остро ревновал, — говорит Марк. — Я ревновал...
ТЕБЯ!
— К старому греку?
— Ко всем. Кто смотрит на тебя и танцует лучше меня.
— Но танцевал со мной ты, и мне это понравилось. День был волшебный. Спасибо тебе за
него.
***
Лайнер встречает тишиной — все на берегу или в каютах. Идём по пустой палубе, мимо
шезлонгов и бассейна с подсветкой.
Иду и вспоминаю: вот здесь он демонстративно намазывался кремом от загара. А у того
бара я пряталась в шляпу, надеясь, что он меня не узнает!
У двери моей каюты он останавливается.
— Спокойной ночи, Вера.
— Спокойной ночи, Марк.
Он целует меня, прижав к двери, и отстраняется с явным сожалением, очень красноречиво
поправив шорты.
— Кажется, я знаю твой секрет, Марк.
— Какой же?
— Ты обожаешь дурацкий, весёлый принт.
Он ухмыляется.
— Если ты хоть одной живой душе раскроешь мой секрет, я буду вынужден тебя...
наказать, — понижает голос до хриплого шёпота.
Делает шаг назад, но продолжает смотреть на меня в упор.
Я открываю дверь, захожу.
Но не закрываю.
Я оставляю дверь открытой и отступаю назад.
Знаю, что Жанна сегодня не появится.
Смотрю на босса.
Боже, наверное, я сошла с ума... Если он сейчас не решится, то, клянусь, я забуду обо
всём! И об этой глупости — в первую очередь!
Марк делает быстрый и стремительный шаг.
Миг — и он уже в каюте. Дверь захлопывается.
Через миг он уже прижимает меня к стене и горячо целует.
— Вера, — шепчет. — Ты свела меня с ума. Я не уйду, пока не получу тебя.
— Ма-а-арк...
— Целиком. Всю!
Аааах...
— Ммм...
Боже, как он целуется, как горячо трогает меня...
— Можно?
Не отвечаю. Делаю шаг сама. Упираюсь в его грудь — твёрдую, горячую даже через
рубашку и начинаю расстёгивать пуговицы, одну за другой.
Босс шумно втягивает запах волос.
— Пахнешь солью, — говорит. — И чем-то сладким. Ты пахнешь собой. Кажется, я обожаю,
как ты пахнешь.
Его руки ложатся на мою талию, пальцы сжимают ткань платья. Я опускаю ладони ему на
шею. У босса кожа горячая, немного влажная. Пульс бьётся под пальцами.
Целует ещё раз, глубже. Я смеюсь в его губы — от облегчения, наверное. Или от того,
что он сжимает меня так, будто боюсь, что исчезну.
— Что смешного? — шепчет.
— Ничего. Я просто... От счастья, наверное...
— Ты счастлива сейчас?
— Безумно.
— Позволь сделать тебя ещё более счастливой сейчас?
— Да...
Босс углубляет поцелуй, он проводит ладонью по моей спине, вдоль позвоночника до
поясницы.
Темнота прячет всё лишнее. В ней нет никакой неловкости, есть только жажда и желание.
Я ощущаю тепло его тела, тяжесть ладоней и запах, который разжигает страсть.
Он подхватывает меня на руки и опускает на кровать.
Новый поцелуй, в котором мы сливаемся, становится глубже и жарче предыдущего, а потом
наши тела и дыхания становятся единым целым. Движения всё смелее и откровеннее,
кажется, что каюта раскачивается вместе с нами на одних волнах — на волнах страсти,
которые смывают всё остальное...