Страница 8 из 48
Глава 4
Мама и Дженнифер ушли отдохнуть в свои комнаты, а я сидела с Сарой в гостиной и ждала. Девочка была полностью поглощена рождественской ёлкой, рассматривая каждую игрушку на ней, что было кстати, потому что это не давало ей меня беспокоить. Алек и Тэд вернулись домой, когда коронер увез тело Тома в морг.
— Это было нечто, — сказал Тэд, входя в дом. — Я никогда раньше не видел трупа.
— К этому привыкаешь, — ответил Алек. Увидев меня, он улыбнулся кривой улыбкой. — Твой друг Джон кажется вполне разумным парнем. А вот Элмер не такой уж и дружелюбный.
— Да, ну, ты не первый, кто так говорит, — ответила я. «Почему бы нам не прогуляться? На улице приятно, и мне не помешает подышать свежим воздухом».
«Конечно», — ответил он.
Я встала с дивана, быстро поцеловала его и взяла его за руку. Послеполуденное солнце садилось, и в воздухе чувствовался лёгкий холодок, но не было слишком холодно. Я скучала по тому, чтобы зимой выходить на улицу, надев только пальто. В Мэне мне приходилось укутываться в толстое пальто, перчатки, ушанки и шарф.
Алек закрыл за нами входные ворота, и мы прошли мимо дома Тома. Теперь он казался мне печально пустым, и я вздохнула. Я видела, как из его переднего окна выглядывала незажженная рождественская елка.
Когда мы дошли до угла его участка, к дому Тома подъехал коричневый «Кадиллак» 1983 года выпуска, все еще в идеальном состоянии. Мы с Алексом переглянулись, затем развернулись и медленно пошли к машине.
Из машины вышла женщина с короткими вьющимися седыми волосами, и я узнала миссис Бил, библиотекаря округа. В детстве я проводила много летних дней в библиотеке, читая столько книг, сколько могла, чтобы выиграть заветный золотой пластиковый кубок в конкурсе чтения. В доподростковом возрасте я выиграла шесть таких кубков. Дважды меня обошла Сэди Бил. Да, вы угадали. Дочь библиотекаря. Я до сих пор уверена, что она обманывала и лишь бегло пролистывала главы. Её мать, наверное, дала ей краткое изложение книги «Ты там, Бог? Это я, Маргарет», когда она обошла меня в шестом классе.
Похоже, она не заметила, как мы шли к ней, и направилась прямиком к входным воротам Тома.
— Миссис Бил? — позвала я.
Она остановилась, повернулась ко мне и бросила на меня неопределённый взгляд. Затем на её лице отразилось узнавание. «Элли Гамильтон!» — сказала она, назвав меня по девичьей фамилии. «Боже мой, как ты?»
«О, у меня всё хорошо», — ответила я, подошла к ней и обняла её. «Слишком много времени прошло».
«Вы приехали на Рождество?» — спросила она, глядя поверх своих очков в проволочной оправе с золотой окантовкой, точно так же, как она всегда делала, когда разговаривала со мной в библиотеке.
«Да, я приехала с семьёй навестить маму. А это мой друг, Алек», — сказала я, представляя их друг другу.
Алек пожал ей руку, а миссис Бил пристально разглядывала его. «Он кажется очень милым», — сказала она, обращаясь ко мне.
«Миссис Бил, Тома нет дома. Он вас ждал?» — спросила я. Я не знала, как сказать ей, что он умер, и просто сказать, что его нет дома, показалось мне более тактичным.
«Да, конечно, по четвергам вечером мы играем в «Уно». Я сама почти не готовлю, но он делает мне ужин, и мы составляем друг другу компанию». Её лицо просветлело, когда она рассказывала нам об этом.
Мы с Алексом переглянулись. Мне действительно не хотелось быть тем, кто должен будет ей это сказать. К моему счастью, Алекс взял на себя эту задачу.
«Мне очень жаль, что приходится вам это сообщать, миссис Бил», — ласково начал Алекс. «Но Том скончался сегодня днём. Это было совершенно неожиданно».
«Что?» — спросила миссис Бил, моргнув. «Что вы имеете в виду? Я только сегодня утром с ним разговаривала».
«Мне очень жаль, миссис Бил. Это стало шоком для всех нас», — сказала я, протянула руку и слегка сжала её плечо.
Она встала и несколько мгновений смотрела на нас с недоверием. Я хотела сказать что-то ещё, но в голове у меня наступила пустота. Затем её лицо омрачилось.
«Вы уверены?» — тихо спросила она.
Я кивнула. «Да, уверены. Мне так жаль».
«От чего он умер?» — спросила она, и в её глазах навернулись слёзы. «Это так неожиданно. Я этого не понимаю. Он был здоров. Почти каждое утро ходил в спортзал».
Я взглянула на Алека.
«Пока что мы знаем только то, что он скончался. Примите мои искренние соболезнования. А вы не знаете, были ли у Тома родственники в городе?» — спросил Алек. В его голосе слышался наработанный опытом тон, и я на мгновение заглянула в его жизнь — жизнь человека, которому приходилось сообщать такую новость уже слишком много раз.
«О, да. У него была дочь. Она живет на другом конце города, на Сильвия-стрит. Но боюсь, они были в ссоре. Его дочери не нравилось, что Том… ну, Том», — сказала она и замолчала.
«Продолжайте», — мягко подбодрил Алек.
«Том иногда встречался с другими женщинами. Я никогда не спрашивала у него подробностей, но слышала, что его жена несколько лет пробыла в доме престарелых, и он встречался с другими женщинами, пока она там находилась. А Лесли, её зовут Лесли Уоррен, не могла смириться с тем, что её отец встречался с другими, пока её мать была ещё жива. Не могу сказать, что я её виню», — с грустью сказала она.
«Понимаю, что это могло сильно осложнить отношения в семье», — сказал я, кивая.
«О, но мы с Томом не встречались», — сказала она, глядя на меня и качая головой. «Я имею в виду, что я начала приходить к нему играть в „Уно“ только тогда, когда Джейн уже довольно давно ушла из жизни. И мы никогда по-настоящему не встречались. Я никогда не одобряла то, что Том встречался с другими женщинами, пока его жена была еще жива. Если, конечно, так и было».
«О, конечно», — сказала я. «Я понимаю». Только я не понимала. Почему она приходила каждую неделю, чтобы проводить с ним время, и не знала о нём чего-то столь важного? Он изменял или нет?
«Я… ну, я просто в шоке. Это шокирующая новость», — сказала она, глядя в пол. «Так неожиданно».
«Действительно. «Мне так жаль», — сказала я.
«Ну, пожалуй, я пойду. Это всё так шокирует», — рассеянно повторила она. Она выглядела такой растерянной, что мне хотелось сказать что-то ещё, но я не знала, что именно. Я надеялась, что у неё есть кто-то, с кем она может поделиться своим горем.
«Мне жаль», — повторила я и провела её к боковой двери её машины, открыв её для неё. Я закрыл дверь и отступил назад, и мы с Алеком смотрели, как машина уезжает.
Алек бросил на меня косой взгляд, затем взял меня за руку, и мы продолжили идти.