Страница 61 из 105
Проводив до моих комнат, он зашёл следом и, прямо у порога развернув меня к себе, бережно обнял и припал к моим губам. От неожиданности я вцепилась в его плечи и попыталась отстраниться, плотно сжав губы, но куда уж мне с моими-то силёнками против такого мужчины. Самал издал рычащий звук, поднял меня на руки и понёс в спальню. Положил на кровать и принялся расстегивать мои сандалии. Говорить что-либо и тем более сопротивляться я не собиралась, поэтому расслабилась и закрыла глаза. Закончив возиться с моей обувью, он приподнял меня, снял с головы обруч вместе с тонкой материей, которая после всех приключений каким-то образом продолжала держаться на моей голове, расстегнул молнию на платье и потянул его с меня.
— Я сама, — поймала я его руки, — Давай поговорим? — попыталась я отвлечь его.
— Ты сейчас уснёшь, причём надолго, а меня ждут дела, которые я запустил. Ты о чём подумала? Я просто тебя раздеваю, чтобы уложить спать.
— Ну, после внезапного поцелуя я уже ничему не удивляюсь, — смутилась я.
— Так ты не против? Как проснёшься, только не забудь об этом, — усмехнулся он и подошёл к шкафу, чтобы взять мою ночную рубашку. Как тряпичную куклу, он переодел меня, накрыл одеялом и лёг рядом поверх него.
— Теперь поговорим, — тихо сказал он, поцеловав меня в висок.
Глаза мои в уютной обстановке и вправду стали слипаться. На Хранителя ушёл весь мой резерв, а пополнять я могу его только сном. Пребывая в полусонном состоянии, я старалась не потерять нить разговора, обговаривая с Самалом дальнейшие планы, и стойко держалась до последнего. Мы успели обсудить мои догадки насчет Алека, и ректор пообещал заняться его поисками. Затем он напомнил мне о том, что произошло сегодня, и сказал, чтобы я не переживала, потому что там есть кому разбираться с возникшими проблемами, а мы к этому никоим боком не касаемся. Поцеловав меня в лоб, он оставил отдыхать, а сам ушёл заниматься своими ректорскими делами.
Как и ожидалось, я проспала целые сутки. Вечером мы навестили Агъяна, и, слава всем Святым, чувствовал он себя хорошо. Ещё лучше ему стало, когда вдруг в его гостиной появилась Джуния с большой сумкой.
— О! Все в сборе! Замечательно! Любименький, теперь я вся твоя и навеки-вечные! Надо же, какой ты стал симпатичный, а брюнетом ты мне больше нравишься, — смеясь, сказала она и расстегнула сумку. — Я принесла ягватских сладостей, так что сейчас будем пить чай, — добавила она, вытаскивая коробочки с яркими шариками, и удивилась моему кислому лицу, которое увидело эти угощения.
У меня теперь не очень хорошие ассоциации со всем ягватским. Сидя за столом, мы с ректором поведали им про наши приключения, и я заметила, как Джуния посматривает на Агъяна. Переживает. Ещё бы! Самал говорил мне, что она в курсе произошедшего, поэтому я поспешила допить свой чай и намекнула ему, что нам пора.