Страница 59 из 85
— Кто такой Алек? — спросил у меня обладатель этой широкой груди.
— Мой брат, — прошептала я в ответ. — Что вы тут делаете? Нет, это же ваша кровать.. Что я тут делаю? — спросила я и медленно начала отползать от мужчины.
— Закрой рот и спи, — ответил грубиян и бесцеремонно развернул меня на другой бок, а затем, поправив одеяло, придвинулся ко мне так, что я спиной прочувствовала все его изгибы, а потом вообще по-хозяйски положил свою ручищу мне на бедро.
— Не трогайте меня, — прошептала я, сжимаясь от страха.
Он тут же убрал свою руку и отодвинулся, а я так до утра больше и не уснула. Лежала и откровенно боялась пошевелиться. Это не Рыжий, который по сравнению с ректором оказался просто замечательным похитителем. Не прикасался ко мне, комнату отдельную предоставил и даже одежду по размеру подарить хотел. А этот без спроса в ванную заглядывал, обижал, всю почти облапал и видел моё тело в мокрой майке и трусиках. Стыдоба-то какая! Промучившись остаток ночи, я отлежала себе весь бок от неудобной позы. На рассвете только стали слипаться глаза, как вдруг ректор проснулся.
— Я знаю, ты не спишь, — тихо сказал он, приподнимая голову. — Выбирай: сейчас встаём, и за завтраком мы с тобой будем нормально знакомиться, или я ухожу, а ты остаёшься в моей кровати. Но за обедом мы всё же пообщаемся.
— Встаём, — прошептала я, всё так же боясь повернуться к нему. — Зачем откладывать неизбежное?
Ректор, хмыкнув, поднялся с кровати и зашёл в ванную. До меня донёсся звук льющейся воды, тогда я повернулась на спину и потянулась. Болела каждая мышца на моём тщедушном теле, начиная от пальцев на ногах и заканчивая шеей. Посмотрев на свою ладошку, потерла пальцем розовый узор. Интересно, что, если я снова позову ректора? Он так же, как вчера, появится рядом со мной? Вот он там явно душ принимает. Выдернуть его что ли сюда и посмотреть, что будет? О нет, о чём я думаю? Это я со стыда умру, если он голый тут появится. Осторожно сев в кровати, я собрала свою кудрявую копну и замотала её в шишку на затылке. Нашла под одеялом пояс от халата и, запахнувшись, стала медленно ползти к краю кровати. Странно, вроде бы почти не спала, а пояс развязался и этот огромный халат перекрутился весь. Наступив босыми ногами на пол, колени мои подогнулись. Пришлось обратно сесть и помассировать их. Звуки воды прекратились, и вскоре я услышала, как дверь открылась.
— Мне нужно одеться. Можешь, конечно, остаться, но ты, наверное, сама хочешь освежиться. Почему за колени держишься? Болят?
Я кивнула в ответ и немного повернула голову. Мужчина подошел к своему шкафу, и, взявшись за дверцу, посмотрел на меня. На мускулистом теле блестели капельки воды, и одна из них покатилась с шеи на его грудь. Черные курчавые влажные волосы и темно-коричневые соски почему-то смутили меня. Смотреть ниже, на его ноги и бедра, замотанные в белое полотенце, я совсем не стала. Резко отвернулась и, запахнув халатом свои колени, медленно встала. Сделав пару шагов, снова глянула на ректора. Он продолжал стоять на месте и смотреть на меня. Скрывшись в ванной, я выдохнула и, облокотившись на раковину, посмотрела на своё отражение. Тёмные круги под глазами и опухшее лицо. Нос вообще был картошкой. И это все последствия моей вчерашней «прогулки». Лекарь действительно силён. Включив воду, я принялась умываться прохладной водой. Сколько нужно дать времени мужчине, чтобы он оделся? Справив нужду, я посидела ещё некоторое время на краю ванны и тут вспомнила про своё бельё. Повертела головой, но нигде его не увидела. Под раковиной стояла корзина, и я тут же наклонилась к ней. Сверху лежали штаны ректора и виднелся край чёрных трусов. Одернув руку, я постеснялась их трогать. Наверное, он кинул мои вещи на дно этой корзины. Задвинув её обратно, я горько вздохнула. Да что ж это такое⁉ Почему в этом городе все, кому не лень, забирают у меня мои вещи? Сначала Рыжий, потом злая женщина в лекарском крыле, а теперь и ректор.
— Ты там решила до вечера сидеть? — раздался его голос за дверью.
Мне пришлось тут же покинуть своё убежище. Мужчина был одет в чёрный костюм, какой я видела на нём в тот день, когда он появился на пороге кабинета магистра, родственника Фурата и Маруа.
— Туула принесёт тебе одежду. Хранитель прибудет вечером, так что можешь отдыхать здесь, пока я буду занят. Идём, — проговорил он, протягивая мне руку.
Этот жест меня удивил. И вообще его голос был совсем другим, не таким грубым, как в прошлое наше общение. Руку его, конечно же, я проигнорировала, и, отвернув голову, пошла к двери, ведущей в комнату с круглым столом. Шагнув за порог, я не ожидала увидеть там кого-либо, но там оказались две девушки в белых фартуках, и они накрывали на стол.
— Доброе утро, господин Балодис, — сказали они одновременно и удивлённо уставились на меня.
— Доброе утро, принесите ещё один прибор, пожалуйста, — невозмутимо сказал он и отодвинул для меня стул.
Девушки глянули друг на друга, и одна из них, поставив на стол чашку, которую держала в руках, слегка склонилась и быстрым шагом вышла из комнаты. Вторая продолжала расставлять посуду.
— Что-то Агъян задерживается, обычно первый приходит. В последнее время он повадился составлять мне компанию за завтраком, — как бы между делом сказал ректор и сел рядом со мной. — Будьте добры, по пути загляните к госпоже Анил, пусть она зайдет ко мне минут через пятнадцать, — обратился он к девушке, и та, кивнув, поставила поближе к нему тарелку с омлетом.
Закончив сервировку, она откатила в сторону столик со стеклянными полочками и, слегка поклонившись, оставила нас наедине. Есть хотелось неимоверно. Желудок словно сжимался и причинял сильный дискомфорт. Осмотрев все тарелки, я потянулась первым делом к булочкам. Вчера я не успела их попробовать. Пожалуй, сегодня с них надо начать, но ректор демонстративно отодвинул тарелку подальше и поставил передо мной пшеничную кашу. «Ладно, как скажете!» — подумала я и взяла ложку. Ректор тоже взял свои столовые приборы и активно начал ими пользоваться, разрезая омлет на кусочки. Тишина была такой, что я услышала какой-то скрежет и, вспомнив о птице, повернула голову в тот угол, где висела большая ветка. Птица прошагала по этой ветке и принялась отдирать кору на её конце.
— Доброе утро, красивая птица, я никогда не видела таких, как ты, — сказала я, слегка улыбнувшись.
Попугай встрепенулся и тут же прилетел к нам. Сел на спинку соседнего стула и громко сказал:
— Кррррасотка, потанцуем?