Потомок царицы 1

Набравшись смелости, я посмотрела на хозяйские постройки. Слабый фонарь освещал территорию, и без особого труда я нашла конюшню, сарай и небольшой курятник. Он был ближе всего, и мне нестерпимо захотелось украсть для начала курицу. Закрыв глаза, я сосредоточилась. Создала мысленный образ несушки и позвала её.

— Вафа, открой дверь, — шепнула я, указывая рукой на курятник.

Моя вороватая подруга тут же полетела туда и очень ловко сдвинула засов. Дверца отворилась, и тут же в проеме появилась курица. Она целенаправленно пошла ко мне. Вафа тут же закрыла дверь и вспорхнула на крышу курятника. Ай да подруга! Я радостно переступила с ноги на ногу возле забора. Затем наклонилась, нашла щель между досок и выломала ветхий край. От моих действий, как и ожидалось, залаяли собаки. «Тише! Не будите хозяев! Пожалуйста!» — послала я мысленную мольбу.

Лай тут же прекратился, но в конюшне началась какая-то возня, и я чётко услышала ослиный крик. Ослица защищала своего ребёнка. Кто-то из коней там был недоволен таким соседством. Разглядев в полумраке засов на двери конюшни, я поняла, что Вафа не справится, но я уже нацелилась забрать осликов себе. Если есть потомство, значит, есть и молоко. Человеческих детей можно им поить. Я это точно знаю. А уж оборотень не должен отказаться. Постоянное нахождение на рынке не прошло даром. Что-нибудь от кого-нибудь да услышишь. Повертев головой, нашла, как перелезть через забор. Немного мучений, и вот я во дворе чужого дома. Постоянно оглядываясь по сторонам, я подошла к конюшне. Страх накатывал волнами, и ноги периодически переставали слушаться. Коленки подгибались, но я нашла в себе силы прижаться ухом к доскам и спросила есть ли внутри люди. От кого-то из животных последовал отрицательный ответ, и тогда я медленно открыла засов.

В открытую дверь вместе со мной проник тусклый уличный свет, и я с трудом разглядела двух красавцев-жеребцов. Они заинтересованно смотрели на меня, а я, прищурившись, водила глазами по тёмному пространству, ища ослицу. Виновница моего появления нашлась в самом дальнем углу вместе с ослёнком.

— Пойдете со мной? — спросила я, открывая пошире дверь.

Уговаривать не пришлось. Та была только рада покинуть это место, и мы тут же вышли на улицу. Вот здесь на меня и напало озарение: «Как я двух ослов через забор перекину? От страха, видимо, совсем мозги отшибло!» Пришлось идти внаглую мимо собак к главным воротам. Чудом никто из людей не проснулся, и мы тихо покинули двор. Обойдя забор, я нашла свою курицу и, подхватив её на руки, повела ослов в лес. Только когда мы оказались достаточно далеко, я позволила себе расслабиться и нервно рассмеялась, вытирая предательские слёзы. Воровка! Я опять краду чужое! Как же я ненавижу себя за это! Настанет когда-нибудь время, когда мне не нужно будет этим заниматься? Вафа покружила по округе и, не церемонясь, села на ослицу. Я с завистью поглядывала на нее, но не осмелилась оседлать новую знакомую.

— А чем я буду вас кормить? Бедовая моя голова! — воскликнула я, вспомнив, что сама живу впроголодь.

«Яблоко», — ответила она мне.

— Где я тебе его возьму? Сено бы найти на зиму. А жить вы где будете? О! Что же я натворила? — чуть ли не кричала я, осознавая, какую глупость совершила.

После этой вылазки я каждый день ждала, когда за осликами придут люди, но прошёл почти месяц, а наша «царская семья» до сих пор с нами. Царицей ослица стала по причине высоких запросов. То ей конюшню подавай, то морковь, то репу с яблоками на обед. Её сына, соответственно, я стала называть Царевичем. Ребятёнок быстро нашёл общий язык с Алеком. Они ежедневно резвились возле дома, стараясь не попадаться мне на глаза, потому что я не разрешала оборотню точить зубы об ослиные копыта. Мой беленький озорник за всё это время ни разу не превращался в человека, он рос обычным щенком и грыз всё подряд.

Как только выпал первый снег, я стала жалеть о том, что притащила сюда Царицу. Держать её на улице я больше не могла, да и молоком никто, кроме Царевича, не питался. Стала продумывать план, как вернуть её хозяину, и вдруг Алек решил вспомнить о своей человеческой ипостаси. Несчастный малыш целую неделю изводил нас плачем. Я пыталась накормить его с трудом добытым молоком и человеческой пищей, но всё было зря. Приходилось тратить свою магию, и это дало мне окончательный толчок к тому, что «царскую семейку» нужно возвращать.

Надев свои дырявые башмаки, натянула дедовский тулуп и повела украденное обратно в деревню. Хозяину расскажу о случайной находке, а если встречу знакомых, то вряд ли они меня узнают. Подходя ближе к деревне, нервная дрожь превращалась в настоящий колотун, и с каждым шагом становилось труднее идти. Снег уже не таял и лежал тонким слоем на полях. Царица возвращаться не хотела, но и мерзнуть тоже не желала. Характер у нее был упрямый, но куда ей было деваться против моей магии? Приближаясь к дому, возле ворот я увидела мужчину. Он налаживал покосившийся забор. Потоптавшись немного на месте, я подтолкнула Царицу с Царевичем к нему и стала ждать реакции хозяина. Минута.. две.. и вот мужчина обернулся. Мельком глянул на них и продолжил работать. Тогда я предположила, что это не хозяин. Как же быть? Придётся и мне подойти. Оглянулась на Вафу, сидевшую на дереве, и несмело шагнула.

— Я ослов в лесу нашла.. отведите их хозяину.. пожалуйста, — осипшим голосом попыталась крикнуть издалека.

— Какому хозяину? — спросил он, продолжая стучать молотком.

— Ну, кто тут живёт.. ослы из этого дома сбежали.

— Не было у меня ослов, — ответил мужик и наконец-то перестал забивать гвоздь.

— Но они точно отсюда, — неуверенно сказала я и стала озираться.

— Умер прежний хозяин, а жена всё продала и к матери уехала в свою деревню.

— Жалко осликов, приютите, — пропадающим голосом взмолилась я.

— Мне чужого не надо. Забирай себе или продай.

— Продайте сами, пожалуйста, только хорошего хозяина найдите.

— Тебе что, деньги не нужны?

— Деньги? А сколько за них можно выручить?

— Так на базаре узнай. И вообще, отец этим должен заниматься, — задумчиво произнёс он, окинув меня цепким взглядом.

Я не стала больше ничего говорить. Мысленно позвала Царицу обратно и собиралась уже уходить, как вдруг мужик бросил молоток и пошел в мою сторону. Я встала как вкопанная. Ноги словно приросли, и я даже почувствовала, как в холодный пот бросило, а затем стало жарко, хоть тулуп снимай.

— Кого надурить хочешь? — грубо спросил он.