Страница 15 из 85
Я вообще не люблю наглых девиц с завышенной самооценкой, а ту, что была бы мне по душе, пока не встретил. Каждая моя девушка начинала меня раздражать уже через пару недель близких отношений..
А как так вышло, что я проснулся один? Почему поисковик с Омидом меня не разбудили? Вот только доберёмся до дома, и я хорошенько встряхну этого паршивца. Как у такого одаренного отца мог родиться такой непутевый сын? Выйдя из комнаты, я столкнулся со стройной девушкой. Та от неожиданности охнула и, задрав голову, округлила глаза. Щеки мгновенно покраснели, и дыхание участилось.
— Доброе утро, староста уже проснулся? — спросил я, делая шаг в сторону.
— Доброе утро, господин маг. Отец с гостями на кухне, — ответила она с придыханием.
— Проводите, пожалуйста, — попросил я, не желая бродить по дому и искать, где у них тут находится кухня.
Девушка, как завороженная, кивнула и, перекинув черные как смоль волосы через плечо, повела меня по коридору, покачивая бёдрами.
Вот ещё одна причина, почему я не люблю свой дар. Женщины неосознанно, словно мотыльки, летят на свет, который излучают мои глаза. В обычном состоянии они у меня светло-карие, но когда огонь во мне нестабилен по разным причинам, глаза мерцают, и людям кажется, что этот свет живой, чем и привлекает.
Омид в окружении мага, старосты и его жены сидел за столом и наворачивал блины, макая их в сметану. На лице была беззаботная, блаженная улыбка, а мне хотелось рвать и метать.
— Тэун! Думал, ты до обеда спать будешь! — чуть ли не промурлыкал он, ещё не зная, что его ожидает.
— Доброе утро, спасибо за завтрак, но мы торопимся, — хмуро ответил я, обращаясь к старосте.
Руки чесались поднять Омида за шкирку и выволочь на улицу. Он испортил мне все выходные! Вместо того чтобы мило общаться с тётушкой, сидя у камина, я занимаюсь непонятно чем.
— Господин Хаас, прошу, не обижайте мою жену, она ради вас столько всего наготовила, — невозмутимо сказал староста, намазывая масло на хлеб.
— Да, Тэун, поешь, — сказал Омид, вмиг став серьёзным.
Чувствует, зараза, моё настроение. Отцовский дар ему не достался. Архимаг, узнав об этом, ушёл в запой на две недели, потому что Омид оказался эмпатом. С этим даром всё очень сложно, и обучение проходит исключительно индивидуально. Один из плюсов такой магии — это способность обнаруживать других магов. В нашем царстве с каждым годом всё меньше рождается одарённых детей. После переворота, когда Гамиру Первую убил её же внучатый племянник и сел на престол, все маги лишились трети своей силы. Причину так и не нашли, но некоторые были уверены — это наказание за содеянное. Есть версия, что Гамира была не просто царица, а дочь самой Матери-прародительницы. Ну не могла женщина, пусть и маг с двумя дарами, выглядеть так молодо в свои сто пятьдесят с чем-то лет. У нас даже самый сильный архимаг, доживший до такого возраста, всё равно выглядит стариком..
Позавтракав почти в молчании, мы попрощались с семьёй старосты и вышли на улицу. За утро выпало много снега, и пришлось расчищать двор, чтобы открыть ворота. Пока староста ходил за лопатой, я, недолго думая, растопил снег огнём, чем заставил спрятаться в вольере оглушительно лающую собаку. Омид вышел из дома, когда было уже всё готово, и поисковик завёл свой снегоход. Городской житель, не привыкший к таким морозам, как-то весь сжался, поднял воротник и, спрятав свой нос, поспешил сесть поближе к магу. Открыв ворота, я дал знак, чтобы выезжали, но, бурчащий себе что-то под нос, Омид вдруг встрепенулся и спросил у старосты:
— Уважаемый, а вы случайно не знаете, как зовут девушку, что живёт в лесу с братом?
— О чём вы? У нас в лесу никто не живёт. Есть два охотничьих домика, в которых останавливаются иногда охотники, а так, чтобы кто-то жил постоянно, нет.
— Ну как так? Вчера меня сюда привёл её брат Алек. Я был немного не в себе и забыл узнать её имя.
— Алек? Знакомое имя. А как он выглядит? — спросил староста, убирая лопату в сторону.
— Парень высокий.. голубые глаза.. белые волосы.. — задумчиво стал перебирать эмпат.
— А! Этого знаю. У него две сестры. Отца зовут Юрт Каулиньш, и живут они на краю деревни, — махнул он рукой, показывая направление.
— Наверное, вы не того Алека вспомнили, ну ладно.. — пробурчал Омид и снова зарылся носом себе в воротник.
Как только мы приехали в поселение, я поблагодарил поисковика за помощь и заплатил ему за работу двойным тарифом. Затем быстрым шагом направился к тётушкиному дому. Омид с трудом поспевал за мной.
— Тэун! Ну прости, — крикнул он вдогонку.
— Больше сюда ни ногой, — спокойно ответил ему.
— Нет, пока не найду ту девушку, отсюда не уеду. Я, похоже, влюбился!
Я резко остановился и, обернувшись, увидел, как Омид мечтательно улыбается и даже не видит, куда наступает.
— Где ты успел её встретить? — спросил я, удивленно рассматривая своего «подопечного».
— В лесу. Я только сейчас понял, что не переставая думаю о ней. Дорогу к домику я не найду, а вот в деревне завтра поспрашиваю, может, кто подскажет.
— Завтра ты будешь у себя дома. Я архимагу не буду рассказывать о твоей глупости.
— Да я ж не специально заблудился! Я на минуту отвлекся, а тебя уже и след простыл!
— Тебе что, пять лет? — крикнул я.
— Прости, я уже извинился. Пошли скорее домой, закоченел весь, — ссутулившись сказал он и, обогнув меня, чуть ли не бегом поспешил к дому.
Архимаг Гайлис встретил нас с сигарой во рту, сидя в широком кресле. Тётушка играла для него незатейливую мелодию на фортепиано, а тот томно улыбался, глядя на её руки. О том, что он неровно к ней дышит, знают все. Но моя тётушка — кремень, не подпускает к себе столь опасного мужчину. Пусть он один из двадцати трех архимагов нашего царства, которые владеют одновременно двумя стихиями, и один из самых богатых женихов его возраста, ей такой вспыльчивый муж не нужен точно. Вдовцом он стал семь лет назад, и с горя спалил тело своей жены вместе с домом и придомовой территорией, оставив выжженный кратер глубиной шесть метров. Вот она, магия земли и огня в действии.
— Отец, я остаюсь тут ещё на неделю, — восторженно произнёс Омид, как только зашёл в гостиную.
— Я тоже рад тебя видеть, сын, но моя прекрасная Майга намекнула мне о том, что тебе пора домой.
— Тётушка! Я не буду вам докучать! Я поживу в Цисмаре у старосты.
— Тэун, что его там увлекло? Или кто? — хмыкнув, спросил у меня архимаг.
— Кто, — ответил я и приобнял свою тётку.