Укуси меня

Когда же открыла глаза, я больше не была одна в пустой постели.

Его грудь стала моей подушкой, а рука – моим одеялом. Моя рука поднималась и опускалась вместе с его дыханием. Мне потребовалось время, чтобы осознать реальность и понять, что это не сон и не обман. Я прижалась к Королю вампиров – и мне это понравилось.

Я подняла глаза и почувствовала его взгляд.

— На этот раз не убежишь?

Я смотрела на свою руку, лежащую на его груди, поднимающуюся и опускающуюся.

— Хорошо.

Он перевернул меня на спину, двигаясь вместе со мной, и его бедра раздвинули мои, готовя тело вновь принять его. Он схватил мою ногу и согнул ее, прижав ступню прямо к своему животу, держась за лодыжку. Он прильнул ко мне с нежностью, будто я принадлежала ему безраздельно.

Как будто он владел мной.

Я застонала, потому что это было чертовски приятно, особенно когда я еще была в полусне. Мои руки потянулись к нему, пальцы обхватили напряженные предплечья, ощупывая вены, продавливающие кожу.

Его рука легла на мою шею и сжала.

Мои пальцы глубже впились в его кожу, не пытаясь оттолкнуть.

Он заставил меня сгибаться так, как ему хотелось, и моя жизнь буквально была в его руках. Его касания стирали память обо всех мужчинах, которые были раньше. Его желание окутало нас, как облако дыма, резко обжигающее мои легкие. Не говоря ни слова, он очень ясно дал понять, что он ревностный собственник, и что я – его собственность.

* * *

В какой-то момент я снова заснула, потому что этот мужчина забрал из меня все. Когда же я вновь проснулась, он был одет в доспехи, с мечом на бедре, как будто ему нужно было куда-то уйти.

Я села на постели, молча проглотив свое разочарование.

Он же посмотрел на меня, его взгляд был слегка раздраженным.

— Что?

— Одевайся.

— По какому случаю?

Я посмотрела в окно и увидела, как сквозь шторы пробивается свет, говорящий мне, что сейчас полдень.

— Я собираюсь тебя обучать.

— Обучать чему?

— Владению мечом.

Я вскинула брови:

— Правда?

Он кивнул в сторону шкафа, где хранились мои доспехи.

Я была так взволнована, что больше не задавала вопросов. Я вскочила с кровати и собралась, и мы покинули дворец, отправившись через секретный туннель в дикие земли за пределами Грейсона. Клык остался, и мы отправились вдвоем.

Было пасмурно, и повсюду стелился туман, но воздух пах свежестью, а горы, возвышающиеся над туманной грядой, были прекрасны.

Кингснейк обнажил свой меч и встал передо мной в защитной стойке, готовый к моему удару.

Я продолжала просто стоять.

— Правда нужно использовать для этого настоящие мечи?

— Я не причиню тебе вреда.

— Но я боюсь причинить боль тебе..

Уголок его губы дернулся в улыбке – и это тронуло мое сердце.

— Ты напрасно беспокоишься, милая.

— Зачем ты меня этому учишь? Мне следует о чем-то переживать?

Он крутанул меч вокруг запястья, и темная сталь быстро вспыхнула.

— Ты показала свой потенциал. Теперь, я думаю, пришло время превратить это в навык.

— Ладно.. это не совсем ответ на вопрос.

Он замолчал, и в его глазах читалось характерное раздражение.

— Эфириалы хотят твоей смерти. Этой причины достаточно?

Я не выхватила меч, оставив его на бедре.

— Если ты столкнешься лицом к лицу с противником, я хочу, чтобы ты убила его.

— А что, если это будет вампир?

Он прищурился.

— Мне все равно, кто это будет. Если кто-то желает тебе зла, ты должна его убить. В том маловероятном случае, если меня не будет рядом, чтобы защитить тебя, придется защищаться самой.

— Но, если мы скоро получим лекарство, какое это имеет значение?

Никто не захочет моей смерти. Я ничего не буду значить для Эфириалов. Ни для кого.

Кингснейк держал меч сбоку, и выражение его лица говорило о том, что я не получу ответа на свой вопрос.

— Если только.. ты не переживаешь обо мне.

Я не знала, что заставило меня сделать это предположение. Едва оно сорвалось с моих губ, я поняла, насколько нелепо это прозвучало.

— Долгая жизнь благословила меня исключительным мастерством фехтования. Вместо того, чтобы подвергать сомнению мои мотивы, просто воспользуйся этой возможностью и поучись у одного из величайших фехтовальщиков, когда-либо ходивших по этой земле.

Он снова взмахнул мечом.

— Обнажи свой клинок и иди на меня.

Он поманил меня пальцем.

— Это твой совет? Просто идти на меч?

— Опыт – лучший учитель.

— Хорошо..

Я обнажила свой клинок и какое-то время пристально смотрела на Кингснейка, а затем попыталась атаковать его справа.

Его клинок двигался очень быстро, и я не могла его разглядеть. Сталь ударилась о сталь. Он оттолкнул меня назад, а затем снова поманил на себя.

— Что скажешь?

— Попробуй еще раз.

Я вздохнула, затем двинулась вперед, целясь в его правую руку. Он опять двигался так быстро, что все было, как в тумане.

— Если ты не заметил.. дела идут не очень хорошо.

Тонкая улыбка тронула его губы.

— Тогда сделай лучше.

— Ты чертовски быстрый. Почему?

— Из-за тебя.

Я отвела меч в сторону. Он дал мне взглянуть на свои клыки, а потом спрятал их.

— Может, мы начнем практиковаться, когда у тебя не будет силы моей крови?

— Это время никогда не наступит.

Я продолжала сжимать меч.

— Что это значит?

— Я так же зависим от тебя, как и ты от меня, милая.

На этот раз он пошел на меня, размахивая мечом гораздо медленнее, чем раньше.

Я была вынуждена блокировать его атаку, а затем следующую, все время отшатываясь назад, просто пытаясь удержаться на плаву.

Наконец, он остановился.

— Тебе нужно сохранять бдительность.

— Как мне это сделать, если ты пытаешься отрубить мне голову?

— Вот так. Иди ко мне.

В отчаянии я бросилась к нему с еще большей скоростью. Его клинок встречал мои атаки, и каждый раз, когда меч касался моего, он отталкивал меня, заставляя отступить.

— Ты должна оттолкнуть клинок. В противном случае тебя загонят туда, куда пожелают. Попробуй еще раз.

Мы провели следующий час, двигаясь назад и вперед. Его потрясающий талант унижал мои способности. Он был быстрым и ловким, предугадывал мои удары до того, как я успевала их нанести, как будто у него была способность читать мысли. Он ни разу не дал мне возможности нанести какой-либо ущерб. По сути, он просто надирал мне задницу снова и снова.

Я отступила назад, запыхавшись и совершенно выбившись из сил.

— Не хочешь быть немного помягче?

Он стоял с мечом в руке, ни капельки не устав.

— Нет.