Укуси меня

Глава 28 Лариса

Когда Кингснейк вернулся, стражники покинули свои посты. Окна были закрыты, и Клык проскользнул на свою ветку в другой комнате.

Я не снимала броню, на всякий случай.

Он почти не взглянул на меня, расстегнул плащ и начал трудный процесс снятия со своего тела всех средств защиты. Он небрежно относился ко всему прочему в своей жизни, но когда дело касалось металлических пластин, защищавших его тело, тут он был деликатным с каждой деталью. В его шкафу было специальное место, куда он складывал доспехи, чтобы они были чистыми и защищенными от повреждений.

Я наблюдала, как он разделся до черных боксеров. Его точеное тело, красивое в тусклом свете. Тень под подбородком. И усталые глаза, как будто один-единственный вечер высосал всю его энергию. Они все еще были зелеными, но при этом и пустыми.

Кингснейк подошел к своей стороне кровати, продолжая меня игнорировать.

Он не дал мне никакой информации, поэтому я начала сама искать ответы.

— Что случилось?

— Эфириалы хотели забрать тебя – а я сказал «нет».

— Почему?

— Почему они хотели тебя забрать? Или почему я сказал «нет»? Думаю, второе очевидно.

— Первое.

— Они не дали четкого объяснения, но на самом деле они хотели убедиться, что от этой болезни нет лекарства.

— Значит.. они признались, что сделали это?

Он проговорил, стоя ко мне спиной:

— Они не признались в этом прямо, но это подразумевалось.

Мое сердце упало. Существа, которым я поклонялась как богам, прокляли нас всех.

— Они просто приняли твой ответ и ушли?

— Нет, были угрозы. Много угроз.

— Каких угроз?

— Завуалированных и косвенных.

Он сел у изголовья кровати, положив одну руку на колено.

— Ты правда думаешь, что из-за меня начнут войну?

— Абсолютно уверен.

Повернув голову, Кингснейк посмотрел на меня:

— Но это не твоя проблема, так что не волнуйся об этом.

— Все это мои проблемы.

Он продолжал смотреть, его зеленые глаза были неподвижны и сосредоточены, точно так же, как у Клыка, когда тот смотрел на меня. Взгляд был странным, тяжелым от напряжения, и мне потребовалось время, чтобы понять почему.

Потому что он был пуст.

Я не чувствовала гнева или волнения. Я вообще ничего от него не чувствовала, а такое случалось редко. После такого напряженного разговора вокруг него должна бушевать огненная буря, но я слышала только сверчков.

Мне это не понравилось.

— Нам нужно найти лекарство. Как только мы это сделаем, я буду не нужна Эфириалам. Человечество будет спасено. Это лучшее решение.

Его глаза не отрывались от моего лица.

— Я согласен.

— Тогда тебе нужно поторопиться..

Уголок его губы приподнялся в улыбке, но глаза сохранили свою глубину. Такое поведение обычно сопровождалось торопливым желанием, но теперь была лишь пустота.

— Хочешь, чтобы я начал сейчас?

Я надеялась, что вопрос риторический, поэтому отвела взгляд.

Он не давил.

Мы сидели молча. В комнате было тихо, шумел только огонь в камине. Это был один из тех редких случаев, когда мой разум был пуст, а Кингснейк сохранял совершенное безмолвие. Мне нравилось оставаться одной, но теперь, когда мы были вдвоем, я поняла.. насколько мне было некомфортно. Когда я знала намерения окружающих, я чувствовала себя в безопасности.

Я впервые по-настоящему испугалась.

Встав с кровати, я шагнула в гардеробную, не торопясь, сняла все части брони, думая о внезапном изменении его ауры. Это короткая засуха? Или.. он узнал?

Невозможно.

Я была единственной в своем роде.. Он не мог этого подозревать.

Или я была слишком неосторожна?

Сняв доспехи и форму, я вернулась в спальню.

Кингснейк все еще сидел, прислонившись к изголовью кровати – именно там, где я его оставила, и его взгляд сразу же устремился на мое лицо, когда я вернулась в комнату. Глаза горели изумрудным, как листья в густом лесу. Точеная линия напряженного подбородка обозначилась четче, а глаза внезапно затуманились от надвигающейся бури.

Потом я почувствовала это – молнию на горизонте.

Едва заметно и тихо зародилось пламя, которому требовалось больше топлива, но оно уже занялось. Я отчетливо это почувствовала.

Я приблизилась к краю кровати, чувствуя, как его глаза следят за мной, как они впиваются в мою плоть. Мои пальцы потянулись к низу рубашки, и я медленно стянула ее через голову, пряди волос ненадолго запутались в ней, а потом упали на плечи.

Я подлила топлива – и огонь разгорелся жарче.

Я зацепила трусики большими пальцами и медленно потянула их вниз по бедрам, обнажая больше кожи, пока окончательно не раскрыла свою женскую суть.

Теперь пламя превратилось в настоящий костер.

Я вылезла из трусиков, затем заползла на кровать, медленно двигаясь к нему и видя, как его глаза стали более напряженными. Было почти утро, и буквально вчера вечером он взял меня на краю кровати, но теперь мы опять жадно смотрели друг на друга, на пороге голодной смерти.

Когда я добралась до него, губы медленно прижались к его губам – плавное приземление, будто палец ноги коснулся воды.

Его глаза оставались открытыми, наблюдая, как я смотрю на него.

Затем я снова поцеловала его, раздвигая его губы своими, заталкивая язык в рот.

Он издал сердитый стон, прежде чем его рука скользнула в мои волосы.

Этот костер теперь превратился в лесной пожар – такой, что уничтожает все до самой земли. Его интенсивность могла соперничать с ударами молний, которые опаляли землю. Его пальцы прошли между моих ног и опустились ниже. Он провел подушечками пальцев прямо по чувствительной коже.

Я забралась к нему на колени и оседлала его бедра. Я едва успела сесть, как его руки схватили меня и потянули вниз, заставили прижав к себе еще сильнее. Когда его возбуждали так, он выглядел сердитым, и каждый мускул на его лице напрягся, а вены вздулись на висках и шее. Он окутал меня одеялом обладания и желания, согревая меня от зимней бури.

Его руки подхватили мое тело, и он поднял меня, прежде чем снова потянуть вниз, тяжело вздохнув, полный удовольствия. Его руки на моей коже слегка подрагивали. Желание было слишком сильным, чтобы этот мужчина мог его сдержать.

— Ты выиграла, милая.

Его рука глубоко зарылась в мои волосы, прежде чем он оттянул мою голову назад. Его клыки пронзили мою шею, и кровь тут же потекла по моей груди и животу.

Я медленно покачивала бедрами и задыхалась, чувствуя его касания внизу и укус на моей шее. Боль мгновенно исчезла, а затем меня унес туман сильного удовольствия, которого я не испытывала прежде.

* * *