Страница 14 из 16
Я лежала в своей кровати, пялясь в темноту за окном. Будет сегодня дракон вылетать или нет? Время тянулось, но ничего не происходило.
Я вспоминала Эдварда, такого сурового, немногословного, постоянно раздражающегося, но такого внимательного и заботливого. Он мог на меня рычать, но при этом все мои потребности всегда удовлетворялись. Ну, кроме любопытства.
Я тихонько хмыкнула. Вообще, все это на меня совершенно не похоже. С чего это я пасую перед Эдвардом? Он отказывается ответить на мои вопросы, а я и лапки сложила. Рычит на меня? Ну так и что? Не боюсь же я его, в самом деле? Ничего, не переломится, ответит на мои вопросы.
Я вышла из своей комнаты в одной ночной рубашке и двинулась в направлении комнаты Эдварда, надеясь не заблудиться. Удивительно, но его комната оказалась на месте, и это почему-то меня воодушевило. Я подумала, что если бы он не хотел меня видеть, то я просто не нашла бы дорогу к нему.
Свет не пробивался в щель, так что, наверное, Эдвард спал. Я приоткрыла дверь и увидела в неясном свете луны, едва выглядывающей сквозь облака, темный силуэт, лежащий на кровати. Я тихо подошла к нему, сомневаясь, стоит ли его будить. И вдруг услышала далекий рев, от которого снова завибрировала грудная клетка. Повернувшись к окну, я успела увидеть удаляющийся силуэт дракона, сделавшего вираж над замком. Значит, Эдвард все же не дракон? Или в постели не он?
Я обернулась и наткнулась на взгляд мужчины, светящийся в темноте желтым светом.
Или драконов два.
– Ты что-то забыла? – холодно осведомился тот, что лежал в кровати.
***
Джеймс остался жив. Это было невероятно, но когда его нашли, он хоть и не имел ни одной целой кости, сердце его еще билось. Он был жив, но впал в кому.
Его поместили в самый лучший медицинский центр, благо деньги позволяли. Я приглашала к мужу светил медицины со всего мира, но их вердикт был неутешителен. Маловероятно, что когда-то он придет в сознание. Я не могла отключить его от аппарата жизнеобеспечения. Не могла дать разрешение на это. Мне позволяли деньги держать его в таком состоянии хоть всю жизнь в надежде на то, что за это время медицина разовьется настолько, чтобы суметь ему помочь. Все вокруг говорили мне, что я поступаю неправильно, не желая отпускать Джеймса, что его душа просится на тот свет. Но я знала, что Джеймс не верил во всю эту, как он говорил, галиматью, и откуда мне было знать, чего на самом деле хочет он? Джеймс обладал огромной жаждой жизни, может быть именно это не позволило ему умереть, и, безусловно, я не вправе лишать его жизни своей волей. Я сидела возле его постели, держала его руку и разговаривала с ним, спрашивая, чего бы он хотел, но муж по-прежнему оставался безучастным.
Как-то я поделилась своими сомнениями с друзьями Джеймса, Джейком и Эриком. И последний, немного погодя, сказал, что уверен, что может сделать так, чтобы я могла общаться со своим мужем. Я удивленно воззрилась на него, думая, что он предлагает нечто вроде спиритического сеанса, но он как всегда подошел к делу с научной точки зрения. Он сконструировал какой-то аппарат, от которого тянулись провода с присосками к шлемам. Оба шлема одевались на головы мне и Джеймсу, и … первое время ничего не происходило. Эрик не унывал, постоянно регулируя что-то на аппарате и объясняя, что он хочет подобрать длину волны или что-то в этом роде. Мне было все равно, я старательно лежала часами рядом с Джеймсом, считая своим долгом делать хоть что-то ради него, потому что, в любом случае я не смогла бы с ним расплатиться никогда за то, что он подарил мне. За жизнь.
Но вот однажды в хаос моих ленивых мыслей, когда я практически задремывала, ворвалась картинка моего смеющегося лица. Я выглядела красивой, не такой, какой я обычно видела себя в зеркале. Рыжие волосы взлетали вокруг головы, и я поняла, что качаюсь на качелях. Я визжала от восторга, а потом посмотрела прямо себе в глаза и крикнула во весь голос:
– Ну, так и быть, Джеймс! Я выйду за тебя замуж!
Тогда я испугалась и сорвала с себя шлем, потеряв сознание. Эрик потом долго ругался на меня, объясняя, что нельзя резко разрывать контакт. Именно в тот раз я поняла, что впервые увидела воспоминания мужа. А потом мы научились общаться.
Джеймс не хотел умирать. Он не был уверен, что когда-нибудь его смогут привести в сознание, которое сможет управлять его телом. Но он согласен был жить даже так. Правда, ему было скучно. И он напомнил мне о моем обещании. С тех пор я начала жить за двоих. Я ввязывалась в самые опасные авантюры, но не для удовлетворения собственных желаний. Я делала это только для того, чтобы потом Эрик подключил меня к аппарату, и Джеймс мог увидеть и почувствовать все то, что видела и чувствовала я. Таким способом он жил.
***
Эдвард сверкал своими змеиными глазами и не шевелился, но в неверном лунном свете я видела его вздымающуюся грудь и чувствовала, что он не так спокоен, как пытается изобразить.
Не знаю, что послужило причиной, то ли таинственность ночи, то ли красота обнаженного мужского тела, то ли моя закрепившаяся в последние годы привычка брать от жизни все, что она предлагает.
Может быть, я подумала, что даже если он дракон, то его человеческое тело – тело мужчины, у которого давно не было женщины.
Может быть, я подумала, что и сама давно не была с мужчиной.
Может быть, я решила, что можно попробовать сыграть на этом и пробить твердую шкуру Эдварда. Может быть…
Возможно, все эти мысли роились у меня в голове. И я не знаю, какая именно послужила толчком. Порой человек и сам не может объяснить, почему он поступил так или иначе. Я подняла подол рубашки и сняла ее через голову. А потом полностью обнаженная скользнула под покрывало к замершему мужчине.
Некоторое время ничего не происходило. Я уже подумала, что сглупила. Может быть, Эдвард не находит меня привлекательной, и даже длительное воздержание не может подтолкнуть его к связи со мной. Стараясь не показать своей растерянности, я произнесла:
– Я знаю, что я некрасивая. Но ты говорил, что драконам не так важна внешность женщины, как обычному мужчине. А мне захотелось переспать с драконом. Так что вот она я – в твоем распоряжении. Если хочешь, конечно. Но смотри, предложение действует один раз. Откажешься сейчас, больше не получишь никогда, – и я подмигнула ему, хотя и не была уверена, что он хорошо видит меня в темноте.
– Что, и даже за секс готова заплатить? – зло усмехнулся он.