Больше никогда

— Мыло варить. Носки вязать, — что свитер довязать не сумела, говорить не стала. — Еще салфетки умею. Вести домашнее хозяйство, готовить. О, еще уколы ставить умею. В ягодичную мышцу.

Елена Викторовна, так звали хозяйку кабинета, закатила глаза.

— Вот говорят возьми и вынь. То есть поставь на работу нужного человека. А куда я вас поставлю то? Мыло варить? Так нам мыло не надо, мы инженерные услуги в массы поставляем. Государственные заказы выполняем! И тут вы, с вашим мылом…а я что сделаю?

Я даже обиделась. Мне сказали приходи, все решено, я и пришла. Об этом я Елене Викторовне и сказала.

— Пришла она… наша компания единый механизм, каждый винтик на своём месте, а тут мыло…

— Ладно, я пошла, — поднялась я со стула.

— Погоди, — смилостивилась женщина. — Кулером пользоваться умеешь?

— Умею.

— Как бумаги в принтер засовывать знаешь?

— Знаю.

— Вот и славно, — улыбнулась, совсем подобрев Елена Викторовна. — Хозяйство тут большое, пригляд нужен. Назначим тебя офис менеджером.

— А это что такое? — растерялась я.

— Завхоз, по нашему. Будешь следить за работой обслуживающего персонала, чай, ручки и бумагу покупать.

Мне на душе полегчало. Начинать работать я боялась, мой диплом за годы превратился в бумажку, наверное подсознательно я даже хотела, чтобы меня отправили домой, оттуда и излишняя честность на собеседовании.

— Это я смогу, — с облегчением выдохнула я.

— Отлично, завтра приходи к девяти, все расскажу, пока не до тебя.

Из кабинета я вышла с хорошим настроением и почти сразу столкнулась с мужчиной. Высокий, темноглазый, он в упор смотрел на меня и отчего то казался знакомым.

— Мне не в газету, — объяснила я. — Мне сюда. Я теперь тут работаю, я Юля Свиридова.

— Вот как…Я Иван Старовойтов, одногруппник и друг вашего Андрея.

— Вот я откуда вас знаю! — рассмеялась я. — С фотографий! Вы же мне каждый год мужа на несколько дней воруете на рыбалку!

Иван улыбнулся. Улыбка у него была светлая, чуть шальная — женщины от таких млеют. Я если и сомлела, то самую малость.

— В том году вы нам его не отдали, — заметил Иван.

— А в этом году вы можете просто приказать это сделать, — снова рассмеялась я. — Я теперь ваша подчинённая. Я у вас завхоз.

Иван округлил глаза удивлённо.

— Впервые вижу настолько красивого завхоза.

Я, в этот момент гордая и довольная собой, любила весь мир, поэтому игриво погрозила ему пальцем.

— Соблюдайте субординацию, шеф, — строго сказала я, и более мягко добавила, — до завтра, Иван.

— До завтра, — сказал он мне вслед.

И так и остался стоять смотреть, как я ухожу — чудной.

Глава 4. Иван

Мы с Еленой Викторовной стояли в моем кабинете и пили кофе. Сегодняшний день должен был быть более упорядоченным и спокойным, чему я был рад — переезд здорово бил по рабочим процессам, придется нагонять. Елена стояла у окна и задумчиво смотрела на улицу. До начала рабочего дня ещё полчаса, но народ потихоньку уже подтягивался.

— Приехала ваша фифочка, — фыркнула Елена.

Я подошёл и с любопытством глянул через ее плечо — к зданию подходила Юлия. Гордая, прямая спина, кудри в пучок, красивый костюм. Окна были закрыты, да и расстояние порядочное, но мне казалось, что я буквально слышу ее цок-цок-цок каблуками по асфальту.

— Почему фифочка то? — удивился я.

Мне Юлия казалась искренней и даже интересной.

— С золотой ложкой во рту родилась, и даже не понимает. Таких любит господь, не я. Все у них с детства есть, и ум, и красота. И чувство юмора, будь оно неладно. И семья у них хорошая, что такое спящий пьяный на полу отец они не знают. И с мужиком непременно повезет. А они даже не ценят, воспринимают, как само собой разумеющееся. Все их любят.

— Все, кроме вас, — отметил я.

— Да! — взвилась вспыльчивая Елена Викторовна. — Кроме меня! Кого хочу, того и люблю.

Я бы примиряюще похлопал ее по плечу, но Елену я побаивался, как и все в нашем коллективе. Она, на пару с бухгалтером Людмилой, являли ядро нашего коллектива.

— Вы просто революционерка в душе, — успокоил женщину я. — Вам нравится против системы идти.

— А вам бы, Иван Романович, в ЗАГС уже сходить! Два года вам девок в коллектив подбираю, одна краше другой, а вы все нос воротите, а из кровати своей проходную устроили.

— Я просто тоже немного революционер.

— Чем вам Даша не нравится, новый секретарь? Прелесть, какая девочка.

Прелесть, какая девочка, только институт закончила, а мне скоро тридцать пять стукнет. О чем я с ней разговаривать буду? Но спорить с Еленой Викторовной себе дороже.

— Мое сердце было отдано Свете. А она замужем и в декрет ушла. Теперь несчастное сердце разбито.

Вообще моего прошлого секретаря обожали все и иначе чем Светулей не звали. Пухленькая хохотушка покорила всех и замуж выскочила за одного из моих ведущих инженеров. Совет им да любовь.

— Клоун, — снова рассердилась явно вставшая не с той ноги Елена. — Ничего, помяните мое слово, найдет коса на камень, влюбитесь, и какая нибудь ушлая девица вас в бараний рог скрутит.

— Ваши бы слова да богу в уши, — отмахнулся я. — Я схожу, спасу вас от нелюбимой фифочки и сам ей экскурсию проведу. Таки жена моего друга это почти родственница.

Елена Викторовна посмотрела на меня скептически, покачала головой и отправилась к себе. Я — встречать Юлию, за время нашей дискуссии она как раз успела подняться.

— Доброе утро, — я встретил ее у самих лифтов.

— Доброе, Иван Романович.

— Бросьте, вы меня по имени зовите.

Она снова улыбнулась собрав у травяных глаз лучики морщинок.

— Я впервые работаю, Иван Романович. Не хочу, чтобы у моих коллег сложилось неправильное обо мне мнение.

— Хорошо. Я проведу вас, покажу все.