Изменитель

— А кто тот, похожий на короля, что стоит на втором этаже беседки? – поинтересовался Соколов.

— Ах, этот? Безумный гордец, но отнюдь не король. Это алхимик Арродес. А этажом ниже не папесса, а Ангелита. Время их реинкарнаций придет через тридцать девять лет.

Соколов хотел еще что-то спросить, но индеец не дал ему раскрыть рот, дотронувшись пальцами до его губ.

— Времена благоденствия, увы, закончились. Ты будешь убит в ближайшие дни – посланцы смерти уже рядом, – предрек краснокожий оракул.

— Я в это не верю! Ты это точно знаешь? Но где доказательства? Где они? – возмутился Соколов и сказал сам себе: «Значит, я вижу это во сне».

Индеец поманил его, и они двинулись узким коридором, затем спустились по лестнице, обойдя невысокую каменную ограду, и уже с другой стороны поднялись к двери, которая вела в цоколь бельведера.

Индеец открыл замок и пропустил гостя вперед. Соколов оказался в зале, который делился парными арками на семь частей. Всюду сверкала позолота, а лунный свет проникал через три похожих на иллюминаторы окна. Факелы, укрепленные на колоннах, безбожно чадили. Потолок представлял собой вогнутый купол из ароматного кедрового дерева и был украшен медными звездами. На одной из стен имелись окна с закрытыми ставнями.

Посредине залы на цепях был подвешен огромный медный чан, в котором дрожала и билась на крупные капли лужа ртути.

Индеец дотронулся до чана рукой, и тот стал раскачиваться, а зеркало ртути зарябило. Но рябь оказалась не хаотичной. Она отбросила серебристый бегающий отсвет на ставни только одного из окон комнаты.

— Ты хочешь доказательств? Это в высшей степени справедливо, – заключил индеец. Он отворил ставни, и за ними оказалось окно 724-го номера отеля «Метрополь», где жили важные шишки из Москвы. – Доказательства? Ха! Изменитель имеет любые доказательства! А если нужно, то даже и сверхдоказательства! Они будут в сумке, которую ты завтра увидишь на столе у твоего московского знакомого Семенова, который придет за тобой.

Соколов подошел к окну, рядом с которым действительно стоял стол, на котором лежала сумка.

— О нет, уже не завтра, а послезавтра, – с этими словами индеец оторвал листок с табеля-календаря на столе, сменив 26 на 27 июля.

Он запрокинул голову, а потом опустил подбородок, и Соколов заметил, что его зрачки расширены. Жрец действительно что-то видел в этот момент. Он воздел перед собой правую руку, словно грозя кому-то или маня. От этого жеста Соколова охватила дрожь.

— Убийцы задержались в море из-за шторма, – пояснил одержимый индеец. – И едва не погибли во время налета итальянской авиации с Пальма-де-Майорки. Но решено было окончательно, что теперь корабль в темноте придет в порт Аликанте. А оттуда они приедут уже сюда..

С этими словами индеец резко схватил со стола сумку, вынул из нее пакет и подал Соколову.

— Посмотри в глаза злой истине. Она того стоит.

Соколов надломил сургучи с гербами и начал читать текст: «Строго секретно. Вам необходимо всеми силами усыпить бдительность Соколова. Не скупитесь на комплименты и лесть, чтобы под любым предлогом..» Но буквы вдруг стали расплываться, пакет зашипел, как пороховой порошок, и, вспыхнув, опалил пальцы.

— Не сегодня, – сказал индеец со злорадством ошарашенному Соколову, – но ради таких минут и существует Изменитель.

Огонь схватил рукав Соколова и побежал по пиджаку, от резкой боли он вскрикнул..

И вновь оказался в своей комнате. Он с подозрением взглянул на рукав – тот был цел, а рука невредима.

— Вот до какой усталости может довести преданность делу, – сказал себе Соколов.

Он помнил несколько случаев, когда от перенапряжения сотрудников охватывала мания преследования: им всегда что-то чудилось и мерещилось, что-то тревожило их даже тогда, когда для этого не было причины.

В комнате вновь горел свет, и все казалось таким же, как и до этого видения: на столе была призма со знаком вечности и идол с пустой полостью в животе. Соколов вставил призму в тело фигурки, положил божка в карман пиджака, а сам ушел в соседнюю комнату.

Там его ждали кровать и стоявший в рамке на тумбочке снимок – портрет его жены и дочери..

Конечно, он не поверил своему наваждению.

С чего бы это?

Он посчитал его следствием напряжения последних дней и просто махнул рукой на экзотическую галлюцинацию или видение. Ведь кто был этот индеец? Скорее всего, настоящий призрак, из тех, что живут и сегодня в старых испанских домах. Скорее всего.. Скорее..