Каникулы падающей звезды

ПРИХОД СТАРОЙ СКАЗКИ

Мрачным был ромалэ Михай.

Таким мрачным Челеб его никогда не видел. Вроде, дом полная чаша, ковры на стенах красивые, на жене Михая побрякушки разные висят, что там висят — елкой наряженной сверкала Ольга, даже рот был в золотых зубах! С таким достатком и быть недовольным жизнью — только Бога гневить!

Посидели немного, выпили.

И закуска была хорошая, не каждая цыганская семья в таком достатке живет. Сколько бабам нужно по улицам бегать, к прохожим приставать, глупых девок на базаре гаданиями завлекать, чтобы курицу в дом принести! Это только дурак скажет, что цыгану благодать с неба сыпется. Нет такого. Правда, последнее время цыгане хорошо жить стали. Дома у многих такие, что позавидовать можно. Деньги лишние появились. Вон, Артур Горбатов, выучился на отцовы деньги, грамотным стал, в тройке ходит, в кошельке доллары шуршат. Такому не жить? Но ведь от большого ума всегда одни неприятности. Вот и Артур — вместо того, чтобы жизни радоваться, с девушками в кабаке сидеть, семью в достатке и радости содержать, начал газету выпускать, книгу о цыганах писать стал. А зачем она нужна, эта самая книга? Цыган о своей жизни все и так знает, а рассказывать про эту жизнь другим... Надо ли?

Но, с другой стороны, таких, как Артур, среди царицынских цыган никогда раньше не было. Посмеивались старые цыгане над Артуром, но ведь и гордились им!

Но что-то хмур был сегодня ромалэ Михай, даже разговора об Артуре не поддержал. А ведь всегда с такой гордостью говорил, что светлая у Артура голова, за такими, как он, нелегкое цыганское будущее. Не век же кочевать, когда-то и к другой жизни привыкать надо. Только в газете цыганской с умом писать надо. Газета для цыган, так зачем в ней хороших и уважаемых людей обижать?

Артур написал, что кэлдэра́ры наркотиками торгуют. С гневом написал. Он для этого специально в милицию ходил, сведения о пойманных цыганках брал. Хорошая статья, но не добрая. Нельзя такие статьи писать. Отец Артура — Мурш Горбатов — он всегда в дружбе с Литовкой был, отца ее хорошо знал, в гости приезжал на своих «жигулях». Зачем же про Литовку писать, что она героином торговала? У Литовки пятеро, а муж в прошлом году разбился. Как ей детей поднимать, если за гадания постоянно штрафуют, воровать тоже нехорошо, а дети каждый день есть хотят, и одежда на них горит, не успеешь новые штаны купить, как эти уже по всем швам продраны. Про обувь уже и говорить нечего — ноги у детей растут быстрее, чем ботинки и туфли шьют. Не-ет, это Артур не понял еще, молодой слишком, хотя и образованный.

А что такое наркотики?

Не страшно это совсем. Умный колоться никогда не будет, вены на руке накачивать будет только дурак и несчастный. Или бездельник. В мире ему плохо — вот он и придумывает, куда сбежать от своей тоски. И пусть бежит! Зачем он нужен миру, если сам мир ему не нужен? Не надо бояться, что все на иглу сядут. Кто-то и сядет, но большинство — умные люди, они этой заразы никогда не коснутся. Если бы все было так, как врачи говорят, то люди в Азии давно бы уже все вымерли. А ведь не вымирают! Насвай жуют, траву курят, мака с коноплей у них целые поля, на весь мир хватило бы, а только им и досталось. Но живут ведь, не вымирают! А если так, то почему бы бедному цыгану на этом не заработать, детей не накормить?

Ромалэ Михай Кулай был серьезным человеком. Потому он и к делу подошел со всей серьезностью — поехал в Таджикистан, нашел там солидного человека, с проводниками поезда Душанбе — Царицын общий язык нашел. Теперь ему каждую неделю килограмм героина привозят, а родственники Михая этот героин продают.

У каждого понемногу, чтобы если милиция придет, едва на условный срок потянуло. А где все остальное лежит, только Михай Кулай и знает, а его милиция может на кусочки резать, ничего им Михай Кулай не скажет, ведь в молчании его здоровье и его свобода.

Да и с милицией при нужде большой тоже можно общий язык найти. Сколько им платят, этим милиционерам? Гроши ведь платят, такие копейки, что с их зарплатой и жениться нельзя, если женишься, то нищету будешь плодить. А кто в милиции работает? Молодые парни работают, кровь с молоком, им не только домой нести надо, для своего удовольствия что-то оставить необходимо. Михай Кулай им такую возможность давал. Понимал ромалэ, что от большого куска нельзя откусывать одному, ведь и подавиться можно. Жаль, что цыган в милицию не берут. Работали бы там свои дети, дешевле бы все обходилось. Впрочем и так выходило хорошо, не надо напрасно Бога гневить.

Так почему Михай Кулай был недоволен?

— Плохо дела пошли, — сказал ромалэ Михай. — Так плохо, что не знаю, что и делать. Товар приходит, а сбыта нет. Сто граммов в неделю! Это же людей смешить. А у меня партнеры серьезные, они шуток не понимают. Только на старом авторитете и держусь. Всегда расплачивался вовремя, теперь ждать прошу.

— Лечить стали лучше, — высказал догадку Челеб, ожидая, пока хозяин разольет водку. — Столько клиник стало! Раньше лечиться было, что деньги зря переводить, а теперь научились.

— Не знаю, — сказал Михай Кулай мрачно. — Говорил я с врачами, ничего не изменилось. Как не умели они наших клиентов лечить, так и по сей день ничего не изменилось!

Он посидел, задумчиво барабаня пальцами по столу, потом снова сказал:

— Вчера Фаруха встретил. В другие времена, бывало, по два раза в день на адреса приезжал. Теперь уже третью неделю носа не кажет. Я ему говорю: что не приезжаешь, Фарух? Товар свежий привезли, качество такое, что голова кругом идет. Себе возьмешь, потом для друзей брать будешь.

— А он что? — с жадным любопытством спросил Челеб.

— Смеется, — сокрушенно сказал Михай. — Смеется, подлец. Извини, говорит, дядя Михай, у меня сейчас другие интересы.

— А какие, какие? — нетерпеливо вскричал Челеб. — Сказал он, какие у него теперь интересы?

— Ничего он не сказал, — вздохнул Михай Кулай и поднял выше свой стакан. — Давай выпьем, Челеб, чтобы образовалось все. Временное дело, вон, по телевизору говорят, что кризис в мировой экономике начинается. Что ты хочешь, если во всем мире кризис, не может у нас быть хорошо. Знать бы, почему плохо!