Девиант

— Заходи, я жду тебя с самого утра, — он улыбнулся своей уверенной улыбкой, будто мы заранее договорились о каждой детали этого вечера, и отступил вглубь прихожей.

Я по привычке потянулась к застёжкам туфель ещё на пороге, как делала у Чена, но Джексон остановил меня лёгким жестом, указав на изящную подставку для обуви из тёмного полированного дерева.

— Я придерживаюсь европейских стандартов, — бросил он, окидывая меня оценивающим взглядом с головы до ног. — Проходи так. Не нужно этих восточных церемоний, мы не в храме.

Я подчинилась, стараясь, чтобы голос звучал максимально непринуждённо:

— Как мило, что ты меня ждал. Но неужели ты думал, что я прибегу к тебе хвастаться трофеями на следующее же утро? У меня, знаешь ли, есть и другие дела, кроме как носиться с чертежами.

— А почему нет? — Джексон шёл впереди, ведя меня через просторную, залитую светом гостиную. — Я полагал, тебе не терпится услышать моё экспертное мнение о том, что удалось добыть твоим людям. Хотя, если честно, сначала я надеялся просто отпраздновать твой успех.

— Вот как? И куда же ты собирался меня пригласить?

— Сначала думал о закрытом ресторане или прогулке на яхте по Марина-Бэй с шампанским, но потом решил, что тебя таким не удивишь. — Он обернулся и подмигнул, сверкнув белозубой улыбкой. — Поэтому просто приготовил ужин.

— Ты сам? — я приподняла бровь, изображая искреннее удивление, граничащее с восхищением. — Или твой андроид Чжи постарался, пока ты заваливал меня сообщениями?

— Мой помощник на подзарядке, — Джексон развёл руками с видом человека, который только что совершил подвиг и ждёт заслуженных оваций. — Так что сегодня за шеф-повара я собственной персоной. Как ты относишься к азиатской фьюжн-кухне? Острое, кислое, сладкое — всё в одном флаконе.

— Главное, чтобы в меню не было летучих мышей, тараканов, скорпионов или прочей экзотики, которой пугают туристов в ночных лавках, — отозвалась я, с интересом осматривая интерьер — выверенный, стильный, дорогой. — Остальное, думаю, переживу. Я девушка непривередливая.

Джексон довольно рассмеялся, пропуская меня вперёд, на просторную кухню.

— Обещаю, ничего такого, что могло бы вызвать новую эпидемию и закрыть границы. Только проверенные морепродукты, немного дерзости и щепотка вдохновения.

Он действительно подготовился. Кухня оказалась просторной, залитой мягким тёплым светом от дизайнерских светильников и, как и вся квартира, была выдержана в том же безупречном стиле минимализма с азиатскими нотками, что и его загородная вилла. Много дерева, камня, стекла. У панорамного окна, за которым расстилался вечерний город, уже зажигавший первые огни и превращавшийся в мерцающее море, был накрыт стол на двоих. Белоснежная накрахмаленная скатерть, тяжёлые серебряные приборы, хрустальные бокалы мерцали в свете мягких ламп. В ведёрке со льдом запотели две бутылки вина — судя по этикеткам, выдержанного, коллекционного. Воздух пропитали пряные, дразнящие ароматы чили, имбиря, лемонграсса и ещё чего-то сладкого, восточного.

— Я приготовил филе краба в остром соусе чили с манго и авокадо, — произнёс он и галантно, с лёгким поклоном, отодвинул для меня стул. — Надеюсь, ты проголодалась. Запахи будят аппетит.

Когда я села, он не спешил отстраняться. Напротив, Джексон склонился к самому моему лицу, почти касаясь щекой, и я почувствовала его тёплое учащённое дыхание на своей коже.

— А на десерт будет мусс из кайи и личи с мятным сорбетом и крошкой из безе, — прошептал он мне на ухо, почти собственнически, обжигая. — Как ты относишься к молекулярной кухне? К игре текстур?

— Положительно, — я заставила себя сидеть неподвижно и даже чуть улыбнуться одними уголками губ, хотя внутри всё сжалось в тугой болезненный узел отвращения к самой себе и к этой вынужденной игре. — Правда, удивлена, что ты, такой занятой человек, умеешь готовить подобные изыски. Где ты находишь время?

Джексон сел напротив, но пододвинул свой стул гораздо ближе, чем того требовал этикет, — так, что наши колени почти соприкасались под столом.

— Ну, я умею не только машины собирать и код писать, — он бросил на меня многозначительный маслянистый взгляд из-под ресниц, поигрывая бровями. — На самом деле я весьма одарён и в других областях. Некоторые даже говорят, что талантлив во всём, за что берусь. Скромность, конечно, не мой конёк, но факт остаётся фактом.

— Талантливые люди талантливы во всём, — машинально отозвалась я, потянувшись к бутылке вина. Алкоголь сейчас был лучшим средством развязать ему язык.

Но Джексон оказался быстрее. Он перехватил мою руку, на мгновение задержав её в своей тёплой холёной ладони. Его пальцы медленно, почти интимно скользнули по моей коже, погладили запястье, нащупывая пульс. Удовлетворённый, он отпустил меня и сам взял бутылку.

— Позволь мне, — мягко, но властно произнёс он. — Сегодня я угощаю.

Щёлкнул штопор, в бокалы полилось густое рубиновое вино, пуская кровавые зловещие блики на белоснежную скатерть.

— За наше тесное и плодотворное сотрудничество? — он приподнял свой бокал, глядя мне прямо в глаза с таким выражением, будто мы уже всё решили и подписали контракт.

— Безусловно, — я чокнулась с ним, стараясь, чтобы звон хрусталя звучал уверенно и радостно. — Оно обещает быть крайне продуктивным. Во всех смыслах.

Мы выпили. Вино оказалось великолепным — терпким, насыщенным, с долгим ягодным послевкусием и нотками дуба. Джексон с аппетитом принялся за краба, нахваливая собственную стряпню и требуя комплиментов, но его мысли, судя по маслянистому блеску в глазах, были далеко от кулинарных изысков.

— Ну так что? — спросил он, отложив вилку и подавшись вперёд, сокращая расстояние между нами до минимума. Глаза горели нетерпением, смешанным с вожделением. — Колись давай. Не томи. Ты уже успела изучить чертежи? Что там? Рассказывай!

— Только поверхностно, — я постаралась придать голосу оттенок лёгкой растерянности. — Честно говоря, я полистала, но мало что поняла.

— И что там? — повторил он, не скрывая жадного профессионального интереса. Его пальцы нервно барабанили по столу.

— Прости, Джексон, но я в этом абсолютно ничего не смыслю. — Я вздохнула и беспомощно развела руками, изображая полную профнепригодность. — Все эти схемы, перекрёстные ссылки, двоичные коды… Для меня это китайская грамота, если не хуже. Вся надежда только на тебя.