Страница 90 из 109
— Юль, волосы — пол — мусор. Построй логическую цепочку.
Снова убегаю.
Коридор, ещё коридор… Артём же мне скажет, если побегу куда-то не туда.
Вижу лестницу и бегу по ней, оттуда — в ещё один коридор. Человек из-за угла выглядывает слишком поздно, честно стараюсь затормозить, но всё равно врезаюсь в него.
— Ой, извините! — стараюсь слишком не смущаться.
— Ничего страшного, я тут уже ко всему привык, — улыбается мне высокий, располагающий мужчина.
Артём? А где Тёма, чтобы спасать меня из неловких ситуаций?
— Привет, Волков, — механический голос из-за спины. — Это моё, — тянет меня за ворот свитера к себе. — Поймал.
Рывок, и я перекинута через плечо.
— Да Артём! — пытаюсь сопротивляться.
— Артём, а ты уверен, что девушке всё нравится? — пытается за меня заступиться некий Волков.
— Мне пофиг. Ты бы за своей женой следил. Её в больнице пытаются оставить рожать, а она маньяка ловить убегает.
— Маша, — досада в голосе. — Я с ней поговорю.
— Я вообще удивляюсь, как ты её терпишь.
Тёма разворачивается и несёт меня обратно в кабинет.
— Тём, — шиплю, когда отходим достаточно далеко, — а это Машин муж, да?
— Да. Богдан. Святой человек. Но Мане сейчас будет жаловаться. Скажет, что я тебя абьюзил и на тебя давил. Мы скажем, что Волкову померещилось и ничего такого вообще не было. У него вытянется лицо, и он будет оправдываться. Поржём. Мы с детьми так уже делали.
— Нельзя учить детей врать! — возмущаюсь, хотя возмущаться, лёжа попой кверху на его плече, как-то странно.
— Врать не учил. Учил троллить.
Пинком открывает дверь, и мы заходим в кабинет.
— Артём, что происходит? — испуганный голос Жени.
— Юля — макака. Я её дерево.
Резко спускает, и я оказываюсь висящей вниз головой, волосы почти касаются пола.
— Тёма! — пугаюсь. — Я думала, что ты несерьёзно.
— А оказалось серьёзно, — легко раскачивает меня, как будто подметает.
— Да Артём! — пытаюсь подтянуться на его руках и смеюсь.
— Молодец, — равнодушный голос. — Ещё давай, почти получилось.
Карабкаюсь по нему изо всех сил, задыхаюсь от усилий и смеха.
— Юльчонок, давай, — подбадривает Тёма монотонно. — Глянь, волосы почти на полу. Вон бумажку уже ими подцепил. Ещё выше и, может быть, спасёшься…
Держит так, пока не начинаю просить пощады.
— Так бы и сразу, — легко перекладывает на диван.
Смеюсь и пытаюсь отдышаться. Ладно, пока свою порцию внимания получила.
— Юль, у тебя тут ошибка.
Поднимаю голову и вижу Женю, который читает наш договор.
— Какая? — удивляюсь.
— Смотри, во-первых, ты не указала срок выполнения. Артём может в любой момент сказать, что договор закончился, и обратного ты не докажешь…
— Так, — поднимаюсь.
— Во-вторых, не указан штраф за нарушения договора. И какой ему стимул соблюдать правила?
— Жека, — ледяной голос сбоку от меня, — этот договор должен был стать способом отвлечь Юлю, а не способом загнать меня в кабалу.
— А оказалось, что способ загнать тебя в кабалу, — подскакиваю. — Ой, ты подметаешь?
— Да, — холодно, — ты ж насвинячила.
— Давай помогу, — становится стыдно.
— Сядь. Как мне надо, ты всё равно не сделаешь.
— Да как тебе надо, никто не сделает, — фыркает Женя.
— А давайте перепишем договор, — решаю отомстить за то, что только что назвал меня неумехой. — Тём, копия в компьютере сохранилась?
— Тираны и деспоты, — бросает Артём.
— Хорошо, мы всё равно делали по какому-то шаблону, — подвигаю стул поближе к Евгению.
— Вы делали по нашему стандартному шаблону, — объясняет Женя. — Только этот паразит схитрил и пункт с ответственностью за неисполнение убрал.
— Повторяю, этот договор должен был быть игрой для Юли, а не кабалой для меня, — снова влезает Артём.
— Ты никогда не даёшь никому вставить слово, — понимаю.
— У меня обострённое чувство справедливости, — ледяной взгляд, — а то, что вы сейчас оба делаете, — лишение свободы человека по предварительному сговору.
Решаю не обращать внимания. Загнать Тёму в кабалу мне сейчас интереснее, чем с ним препираться.
— Смотри, — Женя открывает документ на ноутбуке, — во-первых, если подписываешь какие-то документы, рассчитанные на длительное сотрудничество или конкретный результат работы, надо всегда ставить сроки и то, что ты получаешь в конце. Вот с Артёмом. Какой срок ставить?
— До конца жизни! — радуюсь.
— Хрен тебе, — снова монотонное бурчание.
— Нет, Юль, так не пойдёт, — Женя улыбается. — Давай по-другому. Чисто технически Артём работает на тебя через нашу фирму. Вот пока здесь работает, пусть с тобой договор и выполняет. Весь срок работы в частном детективном агентстве «По Фрейду».
— Стрелецкий, я отомщу, — ледяной голос из-под стола.
— Что ты там делаешь? — наклоняюсь.
— Бумажки за тобой подметаю, что ещё?
— Дальше, — рассказывает Женя. — В любом договоре должна быть прописана ответственность за его исполнение. В случае с Артёмом отлично сработают деньги. Пишем: «В случае неисполнения договора пациент (Туманов Артём Сергеевич) обязуется выплатить Липовой Юлие Владимировне один миллион рублей…»
— Откуда у него такие деньги? — ужасаюсь.
— Стрелецкий, ну ты и тварь, — механическое бурчание где-то из-за дивана.
— Ты там полы решил помыть? — заглядываю.
— Решил. Ты же ходить нормально не умеешь, всё затоптала.
— Ладно, напишем два миллиона рублей, — решает Женя. — В качестве моральной компенсации за общение с ним. С такими условиями точно будет шёлковый. Нарушит — скажешь нам с Машей, будем взыскивать, потом на троих поделим. Сто тысяч мы с него один раз уже стрясли…
— Всего-то — обещал не таскать домой баб и притащил, — Тёма демонстративно выходит из кабинета с ведром в руках.
— А как стрясли? — удивляюсь.
— Я тоже в своё время подписывал с ним такие договоры, — улыбается Евгений. — Снимали вместе квартиру, в договоре с ним все правила прописали, чтобы жить было удобно. Артём нарушил. Мы взыскали. После этого он больше не подписывает со мной договоры. Ты, кстати, как его заставила?
— Да есть у меня один аргумент, — вспоминаю про угрозу потащить в ЗАГС. — Но у вас так не получится. Но мне всё-таки кажется, что два миллиона — это очень много.