Он социопат. Только бы не влюбиться...

Глава 10

Артём

Отправляю Белкиной информацию. Пробить маньяка было не сложно. Стал смотреть преподавателей — он и попался. Можно и дальше покопаться, но почему-то уверен, что это он.

Рассматриваю фотографию. Юлькин препод по английскому. Мужик как мужик. Интеллигентный такой, в очках, ухоженный. А в биографии у него развод родителей, мать, которая оставила с отцом и уехала в дальний гарнизон с новым мужем-военным. Мать, кстати, умерла от рук маньяка, когда сыну было двадцать. Повреждения, судя по делу, такие же, как были на девчонках, пропавших в Юлькином институте. А алиби сына спорное. Вроде дома сидел, а вроде никто не видел, что он там был. И расстояние такое, что за ночь на машине проехать можно.

Ищу фотографию матери в молодости. Охреневаю. Типаж моего Юльчонка. Длинные, пушистые русые волосы, голубые глаза. Беби-фейс, как Маша называет женщин, которые до старости похожи на ребёнка.

Манька не перезванивает, и это хорошо. Пусть поспит. Мне жаль, что она нервничает. Не хочу. Но внутри свербит — нужно раскрыть дело.

Бросаю взгляд на своего Юльчонка. Красивая. Спит, закинув руки за голову. Волосы рассыпаются по подушке. Дышит ровно, и я радуюсь, что быстро уснула. Со мной. А как будет засыпать, когда меня рядом не будет?

Ладно, поймаем маньяка — бояться будет некого. Манька поработает, чтобы убрать грёбаный ПТСР, если он там есть. Нормально всё будет у Юльки. В себе разберётся, к нормальной жизни вернётся.

Открываю окно и высовываюсь, чтобы покурить. Внутри как-то мутно. Снова смотрю на Юльчонка.

Меня бесит, что в жизни много зависит от случая. Иногда бесит настолько, что я начинаю загоняться и терроризировать близких, стараясь учесть всё. В себе я уверен. В любой ситуации сумею среагировать. А остальные? Если в Маньку на дороге въедет какой-нибудь мудак, когда она будет за рулём? Если Жеке упадет сосулька на голову? Если Евка споткнётся и упадёт, ударится головой? Всё предугадать невозможно. Это бесит до бессонницы и паранойи. Когда я осознал эту силу случая в первый раз, я хвостом ходил за Машей и Женей, чтобы защитить. Старался предугадать всё и терроризировал их мерами защиты. Маша объяснила, что всё предугадать невозможно. Предложила просто не думать об опасности, когда её нет. Я согласился. Тогда это было оптимальным решением, чтобы не загоняться и просто жить.

Сейчас снова бесит. В этой истории столько дурацких «если». Если бы Юлька не пришла к нам, она могла бы умереть. Если бы маньяк не сдержался и в первую ночь её взял, её бы уже не было…

Всё это доводит до каких-то внутренних судорог. До спёртого дыхания.

— Юль, — зову шёпотом.

Не отзывается. Спит. А я ругаю себя, потому что нехрен запугивать её своими тараканами. Я псих. Это факт. Я часто зацикливаюсь и ухожу в гиперфиксацию. Нормальных людей это напрягает. Быстро. Меня тоже изматывает, но медленнее. Я стараюсь это всё контролировать.

Выдыхаю. Делаю дыхательные упражнения, которым учила Белкина. Нужно просто отпустить ситуацию. Юльчонок здесь, со мной. Ей уже ничего не угрожает.

Милая. Вспоминаю её лицо и снова ловлю эту сладко-щекотную эмоцию. Милая. Как рука поднялась только?

Я не понимаю, почему люди убивают ради забавы. Мне это чуждо. Я могу убить. Но когда это нужно. Без эмоций. Просто потому что так надо и мир станет чище. Юлькиного маньяка я бы убил.

Милая. Юлька милая. Сколько всяких эмоций в этом слове. Милая. Добрая. Тёплая. Какая ещё?..

Черт, не могу сформулировать. Пусть пока будет милая и тёплая. С Юлькой мне тепло. А ещё? Ну же…

Мягкая? Юля мягкая? Об неё невозможно ушибиться. В ней нет острых углов. Тёплая и мягкая. Приятно. Мне просто приятно с ней находиться. Как в каком-то коконе. У остальных там своя жизнь, а мы с Юльчонком всегда на своей волне. Я для неё всегда хороший и сильный. Она для меня… Она всегда мягкая и беззащитная. Интересно, ей кайфово со мной так же, как и мне с ней? Есть ощущение этой своей волны, по которой мы идём, и у нас в ней всё хорошо?

Зеваю. Надо поспать. Дядя Ваня учил, что на задании надо спать при любой возможности. Чтобы в любой момент были силы идти вперёд.

Диван на кухне мы не разбирали, и Юлька заняла его весь. Пойти на её кровать? Да ну нафиг. Лучше здесь, рядом с ней. Спокойнее будет.

Сажусь на пол, кладу голову на диван рядом с Юлькой. Я запросто могу так уснуть и даже выспаться. Мне вообще как спать не принципиально, было б время. Но сейчас чего-то не хватает.

Прислушиваюсь к Юлиному дыханию. Ровное и глубокое. Спит. У неё всё хорошо. Что ещё мне надо?

Тянусь и беру за руку. Тонкая ладонь тонет в моей, и кажется, что я по сравнению с Юлькой огромный. Огромный и есть.

Чуть сжимаю. Машинально глажу пальцы. Тонкие и тёплые. Юльчонок сжимает в ответ.

— Тёма? — сонный голос. — Ты чего так?

— Спи, а, — отзываюсь. — Удобно вот и сел.

Замолкает, но на мгновение.

— У тебя точно всё хорошо?

— Всё хорошо, — уговариваю. — Юлька, не надо допросов. Как удобно, так и сделал.

Замолкает. А я снова себя грызу. Опять напугал? Повёл себя странно? Моё поведение может пугать. Причём забота пугает даже больше, чем обычное состояние.

Перегнул палку? Надо не так навязчиво? Чёрт его разберёт. Утром поговорим. Может, пойти на кровать, чтобы ей не мешать?

Юлька переворачивается, кладёт руку мне на плечо.

Так, это вроде про доверие и что всё окей. Можно спать.

Опять чего-то не хватает. Её рука в моей. Её рука на мне. А что ещё?.. Губы чешутся. Когда чешутся руки, я хочу к кому-то прикоснуться. А губы? Я хочу к кому-то прикоснуться губами? Поцеловать?

Я хочу чмокнуть Юлю? Да ну, что за бред? Я до неё и не целовал никого так безобидно. Юльчонок научил, что в этом есть какое-то значение. Хотелось показать, что я тоже к ней привязался. Дать тепла. Вот и чмокнул.

Теперь мне хочется сделать это осознанно? Смотрю на пальцы. Осознаю. Мне реально хочется поцеловать её ладонь? Что за бред?

Всё, я докатился до каких-то совсем уж странных бзиков. То ли сезон экзорцизма, то ли ещё какая-то хрень.

Усилием воли заставляю себя уснуть. Ещё никогда раньше мои особенности не тяготили меня так сильно. Можно было бы стать нормальным пока рядом с ней…

Просыпаюсь под утро от того, что Юлькин телефон гудит.

Хватаю. Читаю.

— Юля, подъём, — приказываю громко, открываю программу в ноутбуке. — Оделась. Обулась. Мы на улицу и надолго. Тебе должно быть тепло. Меньше минуты на сбор.

Ищу по программе, откуда идёт сигнал, узнаю парк на другом конце города.