Страница 25 из 109
— Да почему я Юльчонок? — не могу понять.
— До Юли не доросла, сказал же, — равнодушно. — Усаживайся, ехать надо.
И что я в нём нашла?..
Обхватываю за талию, прижимаюсь щекой к плечу, и Тёма газует. Мотоцикл с рёвом срывается с места.
Пищу от неожиданности, цепляюсь в Артёма. Мы выруливаем на дорогу, едва не врезавшись в какую-то машину.
— Тёма! — кричу возмущённо.
— Он на красный ехал, я-то при чём? Не было бы тебя — специально бы протаранил, чтобы правила выучил.
Зашибись! Закрываю глаза, смиряюсь с неизбежностью всего происходящего. Мотоцикл мчится по гладкому асфальту, а я стараюсь наслаждаться тем, что имею. Воздух в лицо прохладный и пыльный, Артём тёплый и твёрдый, а дорога… Дорога какая-то бесконечная и волнующая.
Волна эмоций поднимается в груди каждый раз, когда входим в поворот или обгон, и резко опускается холодным комком в живот каждый раз, когда едем прямо. Нахожу в этом удовольствие.
Ещё нахожу удовольствие в том, что прижимаюсь к Артёму всем телом. И такой он бесконечно большой и надёжный… А ещё беззащитный и ранимый в моей голове. И от всего этого хочется просто дать себе волю и чувствовать то, что чувствую к нему.
Нет, не влюблённость. Тепло. И близость. Как будто за сутки вместе мы сроднились. Он близкий человек.
Фантазирую, конечно, но не могу никуда деться от этого ощущения. Не просто проходящий человек в моей жизни, свой. И каким бы ни был наш путь, я хочу насладиться им. И урвать побольше. Потому что обманывать себя не стану, он уйдёт и больше не вернётся, когда всё закончится. А я хочу сохранить внутри наше маленькое приключение. И буду благодарна за каждое мгновение рядом с таким интересным человеком.
Останавливаемся у самого обычного дома. Тёма ставит мотоцикл, помогает слезть.
— Мы идём… — пытаюсь понять, куда же мы всё-таки идём.
— К напарникам, — Тёма по-хозяйски закидывает руку мне на плечи и прижимает ближе. — Они в целом нормальные.
Да уж, после тебя я вряд ли чему-то удивлюсь… Но вслух не произношу.
Поднимаемся на лифте. Артём так же спокойно, по-хозяйски открывает дверь в чужую квартиру.
— Пришёл! — вместо приветствия. — Не один, с Юлей.
— Тёма!!!
Детский писк, и из комнаты вываливается когорта детей.
Удивлённо смотрю на то, как они дружной толпой налетают на Артёма. Цепляются ему в пояс, пытаются залезть по огромному телу.
Две девочки постарше и мальчишка, совсем малыш. Самая старшая девочка и малыш светловолосые, сразу видно, что брат с сестрой. Средненькая рыжая и яркая, как маленькое солнышко.
— Макса пропустите, он маленький, — Артём помогает детям карабкаться по себе, берёт на руки всех троих. — Чего опять учудили?
Девчонки накидываются с обнимашками, чмокают Тёмку в щёки и рассказывают о том, как сильно скучали.
— Тёма! Где ты был?
— Нам скучно! Родители в парк только на выходных разрешают!
— Папа говорит, что не пустит к тебе с ночёвкой.
— А мама сказала, что тебе голову оторвёт…
На равнодушном лице проблеск тепла. Артём пытается увернуться от навязчивой нежности, смеётся.
— Задушите сейчас. По одной говорить пробовали?
— Отошли от Артёма! — приказной тон, и в коридор выходит миниатюрная рыжеволосая девушка. — Дайте раздеться.
Подходит к Артёму, тянет за шиворот, заставляя наклониться, и чмокает в щёку.
— А это Алиса, — Тёма с неодобрением косится на девушку. — Жена Жени.
Да, та самая, которую нафиг послать не жалко, помню.
— Привет! — улыбаюсь.
— Это Юля, — Артём забирает у меня куртку и вешает на вешалку. — Юле надо сказать спасибо, что она согласилась приехать, иначе бы сами свой телевизор чинили. А мне надо сказать спасибо, что с Юлей сижу я, а не кто-то из ваших мужей. Расстановка приоритетов понятна или что-то объяснить?
— Да уж яснее не придумаешь, — Алиса кривит красивое лицо. — Юля, привет! Спасибо, что приехала. Мы тебе тут все сочувствуем, с Артёмом в одном пространстве жить…
— От истерички слышу, — Тёма не смущается. Ждёт, пока разуюсь, берёт за руку, ведёт в комнату. И я чувствую себя маленьким ребёнком рядом со спокойным, уверенным взрослым.
Наверное, мне было бы неловко в гостях у чужих людей, но невозмутимость Артёма убирает это всё на корню. Я здесь с ним, и это острое ощущение «с ним» даёт чувство абсолютного спокойствия. Я как будто за каменной стеной, где пофиг на все принятые в мире правила и установки. Артём закрывает своим пофигизмом и непробиваемой опекой от всей неловкости. Я с ним, а с ним всё всегда нормально, даже зажатая и испуганная я сама.
— А это твоя невеста? — за нами бежит рыженькая девочка.
— Нет, — Артём оборачивается и легко подхватывает её одной рукой. — Это Юля. На неё охотится маньяк, а я защищаю. Юля, это Ева, Женина дочка.
— Привет! — улыбаюсь девочке. — Какая ты красивая!
— У меня ещё и кулончик есть! — Ева кокетливо улыбается и начинает хвастаться игрушками. — И помада, глянь, как накрасилась.
Вторая, светловолосая, одновременно болтает:
— Маньяк? А он страшный? Меня с собой возьмите! Я тоже Юлю буду защищать! Возьму пистолет, догоню его и скажу: «Всем не двигаться! Капитан Бессмертная ведёт задержание!»
— Это Мила, — Артём ставит Еву и подхватывает её подругу. — Она будущий следак. И это её идея была разобрать телевизор на запчасти.
— А ты с чего взял, что моя? — малышка хлопает наивными голубыми глазёнками. — Не моя вовсе! Я бы до такого не додумалась!
— Милана, я прекрасно знаю, что ты умеешь вести себя на допросе, — Артём смотрит на девочку не мигая. — Ну! Зачем сделали?
— Да не я это! — девочка оправдывается до последнего.
— Мила, — твёрдо. — Чистосердечное признание…
— Облегчает наказание… — Милана фыркает. — Скучно было. Решили разобрать телевизор и поиграть, как будто нас по нему показывают. Я у папы отвёртки стащила.
— А родители ваши чем были заняты? — допрашивает Артём до последнего.
— Мама с подругами на кухне ногти делают. Папа работает.
— Что и требовалось доказать, — Артём ставит девочку на ноги. — Со мной вы никогда так не косячите, потому что я за вами слежу.
— Ага, как же! — в комнату заходит мужчина. Чуть уже и ниже, чем Артём, но всё равно очень внушительный. Грубый, яркий и какой-то пугающий для меня. — Не из-за тебя, а Милу с музыки выгнали и родителей в школу вызвали?