Страница 100 из 131
Часть двадцать первая
Закон – я немею перед Законом!
Инспектор Полихронидис, бодро насвистывая, вошел в кабинет начальника криминальной полиции Наксоса и уселся за рабочий стол. Он снял фуражку, положил ее слева перед собой. Затем расческой привычно поправил и без того безупречный пробор, продул расческу и убрал ее в карман.
Инспектор только что плотно отобедал в ближайшей таверне и находился в самом приподнятом расположении духа. Креветки на гриле с чесноком и лимоном местным поварам удавались просто замечательно. Местное белое вино прекрасно сочеталось и с ними, и с местным жареным сыром. Стифадо из говядины с маленькими луковицами шалот тоже было на высоте, но вот креветки… Креветки – просто выше всяческих похвал!
Полихронидис зажмурился и покачал головой.
В афинских ресторанах, испорченных непрерывным наплывом всеядных туристов, таких свежих и крупных креветок днем с огнем не найти. Еще один такой обед, поймал себя на мысли инспектор, и он, пожалуй, начнет сожалеть о том, что надо уезжать с этого острова.
Поправив лежащую на столе фуражку, Полихронидис обвел довольным взглядом скромный кабинет, которому предстояло вскоре остаться без хозяина. Еще от силы день, другой – и прощай, Наксос! Но за оставшееся время еще нужно многое успеть. Во-первых, отправить арестованных на материк, где им уже официально предъявят обвинение в убийстве. Надо бы еще раз просмотреть сопроводительные документы: ведь конвой с материка должен появиться уже через полтора часа. Отличное завершение очередной служебной командировки: можно смело рассчитывать на поощрение со стороны начальства и даже – кто знает? – на повышение по службе.
Инспектор открыл лежащую перед ним папку, достал печатный документ и погрузился в чтение. Помимо заполнения формальных анкет, в сопроводительном рапорте исполняющего обязанности начальника криминальной полиции необходимо было кратко изложить суть дела, отметив наиболее важные моменты, выявленные в ходе следствия. Дойдя до абзаца, в котором было указано, что «…умелое использование новейших методов следственно-розыскной работы, внедренных Департаментом полиции в текущем году, позволило инспектору Полихронидису не только в кратчайшие сроки раскрыть преступление по горячим следам, но и задержать двух подозреваемых в убийстве», он еще раз внимательно перечитал важный абзац, одобрительно кивнул и только хотел перейти к чтению второй страницы, как входная дверь хлопнула, и в коридоре послышались тяжелые шаги.
Конвой? – удивился Полихронидис. До их прибытия еще больше часа. Да и в конвое минимум двое, а то и трое полицейских. А здесь явно шагает один человек. Кто-то из сержантов? Но Димос был только что отправлен за едой для арестантов (надо же и их покормить перед отправкой, гуманность никто не отменял), а сержанта Дусманиса нет на службе еще со вчерашнего дня: позвонил и взял отгул по состоянию здоровья. Полихронидис в разговоре с сержантом был строг и напомнил ему, что подобные просьбы, согласно внутреннему регламенту, должны носить формальный характер, излагаться письменно и подаваться на имя непосредственного руководителя заблаговременно. Приходится учить таким элементарным вещам! Они тут совершенно разболтались! Полихронидис брезгливо поджал тонкие губы.
Впрочем, мог бы и не тратить свое время. И Дусманиса, и Димоса ждет одно будущее: увольнение. Как ясно следует из полученного инспектором циркуляра за подписью Грамматикопуло, отдел криминальной полиции Наксоса подлежит расформированию, а функции должны быть переданы портовой полиции. Это следующий шаг, который он должен сделать: дойти до порта и вручить им все приказы. Но сперва надо отправить арестованных на материк и избавиться, наконец, от этой обузы.
Так кто же там пришел?.. В самом деле, не полицейский участок, а проходной двор какой-то!
Инспектор недовольно поморщился. Попробовал бы кто так бесцеремонно вторгнуться к нему в архив, он бы устроил такую головомойку! Полихронидис вздохнул, отложил документ, пометив нужный абзац линейкой, чтобы потом не искать, надел фуражку и поднялся из-за стола. На секунду он притормозил у зеркала: поправил фуражку и одернул китель. Придется проучить, чтобы знали, как себя вести. Все-таки это пока еще полицейский участок, а не променад!
С суровым выражением на лице выйдя в коридор, инспектор едва не наскочил на среднего роста усатого мужчину лет шестидесяти в новенькой, с иголочки, форме генерал-лейтенанта греческой полиции. Присмотревшись, инспектор узнал вошедшего, тут же обмер, застыл как вкопанный и от изумления потерял дар речи.
– Что вы смотрите на меня, Полихронидис, будто призрака увидели? – невесело усмехнулся неожиданный посетитель. – Не узнаете?
– Как же… Я… То есть, вы… Вы же… – в полном смятении лепетал Полихронидис, шаг за шагом медленно отступая спиной в сторону кабинета, который он только что так стремительно покинул. – Господин Папандопулос?! Вас же… Но как же?
– Да, да, да… Все верно. Был уволен с должности начальника Департамента полиции в прошлом году, – вошедший снял фуражку и провел рукой по жесткому ежику седых волос. – Помнится, было несколько доносов от коллег. Грязная была история… Но вчера, с окончанием следствия по моему делу, приказом министра восстановлен и в должности, и в звании. Снова принял Департамент и первым делом решил отправиться с инспекцией на острова.
– А там?.. А где?.. – хотел, видимо, что-то важное спросить инспектор, но снова не смог внятно сформулировать вопрос.
– А бывший глава Департамента снят с должности и взят под арест по обвинению в коррупции и превышении должностных полномочий, – догадавшись, ответил Папандопулос. – В Департамент с завтрашнего дня возвращается старая команда. Все назначенцы бывшего директора сегодня утром сняты с должностей. А вы были не в курсе, Полихронидис? Вам что, не сообщили? Как же так? Мне показалось, что вы были одним из самых деятельных помощников теперь уже бывшего руководства. Ваша активность на островах за последние полгода меня просто поразила. Уволить столько полицейских. Да вы трудились не покладая рук! Пришлось приехать лично, чтобы разобраться в том, что происходит.
– Как же так? – эхом отозвался совершенно раздавленный инспектор. – Абсолютно не в курсе! – и осознав до конца все сказанное генералом, тут же испугался: – Я?! Я – никогда! Моя активность?! Я… просто выполнял приказы! Я ни в чем не виноват!
Полихронидис, медленно пятясь, спиной вошел в кабинет и скорбным изваянием застыл у стены. Ноги у него сделались ватными и непослушными.
Глава Департамента, не глядя, прошел мимо замершего Полихронидиса и направился к столу.
– Что у вас тут? – Пропустив мимо ушей отчаянное восклицание инспектора, генерал склонился над раскрытым рапортом, отодвинул линейку в сторону и прочел вслух: – «…позволило инспектору Полихронидису не только в кратчайшие сроки раскрыть преступление по горячим следам, но и задержать двух подозреваемых в убийстве…» М-да. Бойко сочиняете рапорта, Полихронидис. И начальству польстить, и себя не забыть. Ловко это у вас выходит. Помнится, один из анонимных доносов, поданных на меня год назад, тоже был составлен очень ловко. И вот ведь что удивительно: экспертиза показала, что он был напечатан на принтере в архиве Департамента. Совпадение? Не думаю!
У инспектора окончательно подкосились ноги, и он грузно опустился на стул для посетителей. Его и без того землистого цвета лицо посерело от страха. Он так и застыл, полулежа, в ожидании своей участи.