Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 2024 из 2036

- Ты, все-таки решил организовать фестиваль выживальщиков? – сказал Колядин, уходя от главных для него тем.

- Если не срочные вызовы к Вам, то это получалось бы значительно сноровистее, - выказал я недовольство полковнику за то, что выдернул меня как раз из совещания, на котором подводились уже итоги фестиваля.

- В полуфинал по стрельбе из арбалета выходит Акулич Елизавета, - громогласно, словно средневековый герольд, провозгласил судья соревнований.

Уже второй день шел фестиваль выживальщиков, привлекший к себе большое общественное внимание. Масштабы мероприятия были грандиозны – собралось более трех тысяч разномастных участников фестиваля, развернуты полевые кухни и продажа многих предметов, с которыми ассоциируется выживание, по низким ценам. Интерес вызвали различные турниры, особенно по страйкболу и пейнтболу, победители в которых награждались за первое место, кроме традиционного «набора выживальщика», десятью тысячами долларов. Эта мотивация стала столь велика, что в город съехались команды из еще семи регионов и даже из столицы.

Компания «Мяскон» стала главным спонсором видов спорта, которые в той или иной степени могли бы стать важными в постапокалиптическом мире. Луки, арбалеты, стрельба из мелкокалиберных винтовок и пистолетов, привлекли и неординарные сообщества всяких «индейцев и хоббитов», что пришлось даже организовывать дежурство патрулей, которые были составлены из сотрудников все больше расширяющейся ЧОП «Мяскона», уже у некоторых прозванное как «мясники».

В соревнованиях по страйкболу пытался участвовать и я с ребятами из охраны, но нас просто раскатала команда «видящих» - так окрестила себя группа Видока. Самым обидным было получать шарик в грудь от своей же любимой жены. Получалось, что она уже во всех смыслах поразила меня в сердце. Придется болеть за их команду в полуфинале.

«Насколько же люди стремятся уйти от реальности» - думал я, прохаживаясь по раскинувшемуся огромному лагерю из палаток, с разделением на разные сектора. Тут были и люди, одетые, или скорее почти раздетые, под индейцев. Можно было встретить и эльфа, и дворфа, где-то мелькал даже «Гендальф». Были и рыцари разных мастей, которые с энтузиазмом встретили соревнования на мечах и арбалетах, лучников среди них оказалось тоже предостаточно.

Все это было интересно и познавательно, но вот самих-то выживальщиков, которых мы так зазывали на форумах, группах в социальных сетях, оказалось пропорционально мало – не более трех сотен. Под напором десятка из этих трехсот пришлось раскрывать некоторые свои карты по целям мероприятия. В сопровождении моих людей, они часами бродили по стройке и в уже отстроенных и оборудованных помещениях, надолго «зацепились» с Алешкевичем по теме агрономии в условиях постядерной зимы, пара человек даже записывали рекомендации. Сан Саныч, опытный глава продовольственной программы поселения иной реальности, и в этом мире вводил в уши всем причастным, как организовать то, или иное, что будет лучше расти. Представители с ним часто не соглашались, но именно что в споре и рождается истина. Пусть поспорят!

- Здравствуйте, Станислав Сергеевич, если мне не соврали, то вы тот «серый кардинал», что затеял этот цирк, уж извините меня, - обратился ко мне пожилой, явно под шестьдесят лет, но крепкий, мужчина с волевым подбородком, который не смогла скрыть даже внушительная борода.

Мужчина был одет в добротную камуфлированную одежду со множеством карманов и приспособлений на ремне.

- Задело сравнение с цирком и то, что Вы не представились, - обиженно сказал я.

Столько сил вложили в это мероприятие! А тут – «цирк»!

- Прошу прощения, меня зовут «Дед», так в нашем мирке кличут. А цирком я называю всех этих толкинистов, индейцев, частью и реконструкторов, ни разу не державших в руках ни молоток, ни иголку, - голливудская улыбка, оголяющая ровные и белые зубы, казалась искренней, но человек ее дарящий вызывал даже легкое ощущение опасности.

- А Вы, значит не такой? Умеете и с молотком работать и с иглой справитесь? – иронично ответил я вопросом, полностью подавив в себе зарождающийся нездоровый пиетет перед «Дедом».

- Я, - нет! - засмеялся тот. – Считайте меня эмиссаром от выживальщиков столицы, да, и с питерскими у нас плотный контакт. Нам стало просто очень интересно, кто это будет проводить такое мероприятие, кроме нас. И у меня серьезный вопрос, вернее – два. Зачем это мракобесие и когда ожидается начало конца света?

От всего двух, но вопросов, я опешил. Если на первый ответить можно по-разному, в том числе и с коммерческой точки зрения – фестиваль не окупается, но и сильно «в ноль» не опускает. Но второй вопрос, предполагающий точные формулировки, был вызовом и требовал объяснений.

- Если скажу, что год, или чуть больше? – сказал я после раздумий о необходимости вообще продолжать этот разговор, мне было интереснее посмотреть на очередное противостояние в пейнтболе, а не бессмысленно чесать языком о небо.

- Тогда это будет совпадать с моими личными выводами. Я ставлю на февраль-март через год, либо зиму, - буднично сказал ветеран движения выживальщиков.

После таких слов нельзя было основательно не пообщаться с этим человеком, и мы переместились в более уютное помещение – просторную комнату, которая находилась в так называемом поверхностном административном здании базы. Недоверие еще сохранялось, но интерес побеждал весь негатив.

И мы начали разговор, несмотря на то, что я пропускал полуфинал. Дед был убежденным апологетом конца света, но не питал уважения ни к одной из религий, а верил только в человека в его мудрость и его же глупость. Главным доводом тому, что Армагеддон состоится в обозначенные для него сроки, стало введение в строй орбитальной американской крепости. Дед был знаком с физикой и предполагал, что удары рельсотронной пушки большого калибра по той же Москве сделает ее безлюдным памятником былого русского величия, но не более того. Выжить в условиях такой атаки, если и смогут люди на станциях метро глубокого залегания, то ненадолго, не верил он, что люди смогут жить в метро, критикуя во всю книги Глуховского. Я не соглашался, я видел, как выживают даже тогда, когда это противоречило всем законам мироздания.

Последние четыре месяца Дед и целая группа его последователей искали уютное местечко для укрытия. Такое место было найдено в Уральских горах, но имело ряд изъянов, прежде всего, требовались большие суммы денег для создания убежища и его оснащения. Но важнее всего ресурс времени.

Таких людей, склонных вопреки пропаганде не верить в светлое будущее, было под полсотни без учета семей, они составляли ядро сообщества, были проверены и готовы без остатка окунуться в дело создания безопасного укрытия и начала новой жизни. Были и те, кто все еще воспринимал слова Деда и его сподвижников, как некую игру инфантилов, и присоединялся лишь частично, не бросая работу, не продавая квартиры и дома в черте столицы и за ее пределами.

- Как Вас зовут, или только «Дед»? – спросил я, допивая свой кофе.

- Клим Игнатьевич Карс, но можно и дед, - Клим Игнатьевич так же допил свой кофе, ударил ладонями по коленям и продолжил. – Ваши доводы про то, что город, рядом с которым мы сейчас, во время кабздеца частично устоит, спорны, но зерно истины в них все же есть. Мы не успеваем полноценно подготовиться. Главная проблема – оружие, с помповыми ружьями не повоюешь, есть немного тигров и сайга, но боеприпас настолько конечен, что сложно строить среднесрочные планы. Сидеть же на месте – заведомо проиграть. Я вижу, что вы готовитесь основательно. Половина помещений уже под замком, линии электропередач проведены и уходят на нижние ярусы, наверняка уже и продукты, и снаряга имеется. Степень защиты, как по мне, так и больше, чем в московском метро, а здесь так бомбить не станут точно, тем более, что до Латвии чуть больше двухсот километров, зачем своих же сателлитов загрязнять. Не хочу напрашиваться, но предполагаю, что весь, простите меня, этот «цирк» для решения кадрового вопроса. Сан Саныча, молодого желторотика, и того отследили в Беларуси, он мне жаловался, как выдернули студента сразу после защиты диплома. И правильно, он дюже грамотный и рукастый мужик, хоть и молодой.