Страница 147 из 2036
Ощутив под ногами одну вязкую, податливую грязь, Лэйми рванулся, инстинктивно попробовал высвободиться, но тут же провалился ещё глубже. Отчаянно уперся ладонями... и погружение прекратилось. Что-то в грязи щипало и грызло его кожу, однако, к счастью, без особого успеха. Но Лэйми понимал, что это ненадолго. Скоро червяки доберуться до его плоти и начнут его есть – заживо, медленно, понемногу. Он сможет сопротивляться, но это только растянет агонию на несколько дней. Зачем же тогда было рассказывать ему страшилки о твари, которая живьем высосет из него кровь? Что значат пусть даже несколько минут боли по сравнению с ЭТИМ? Да появись здесь чудовище, он завопит от радости!..
Нет, не завопит. Темная куча впереди, вначале показавшаяся ему просто бугром, шевельнулась и на удивление резво поползла к нему.
Лэйми оторопело смотрел на неё. Тварь не была похожа ни на что – разве что на порождение безумного бреда. Огромное круглое тело, больше его роста в диаметре, было покрыто, как ананас, выпуклой ромбической броней. Из него росло три пары коротких, толстых щупалец, расплющенных на конце. Две нижних работали, как ласты, толкающие непомерную тушу (сколько же она весит? И почему не проваливается?), лопасти передней усажены мерзкими, похожими на язвы присосками. На полукругом бугре головы тускло блестели три мутных глаза – один, величиной в блюдце, в центре, два других, поменьше, – по бокам. Под ними – кожистый клапан, вздымавшийся и опадавший с натужным сипением. А ещё ниже...
Целый ряд мясистых, слизисто-багровых хоботков, кольчатых, с венцами крючьев на концах. Они отвратительно подергивались. Это – для него?..
Лэйми бешено рванулся. Грязь вокруг слитно колыхнулась, чавкнула, однако не подалась. Он инстинктивно чувствовал, что такое гротескно-жуткое создание не могло быть плодом естественной эволюции – но он не мог ни защищаться, ни бежать. Влип.
Лэйми истерически хихикнул и тут же сжал зубы. Тут с ума сойдешь...
В следующий миг чудовище бросилось на него – быстро, гораздо быстрее, чем Лэйми ожидал от нелепой туши. Он успел лишь инстинктивно вскинуть руки – и расплющенные концы щупалец ударили его по спине, швырнули лицом в грязь. Сзади кто-то придушенно вскрикнул... Охэйо! – потом в кожу пониже лопаток словно вцепились сотни пальцев и вмиг вырвали его из болота. Лэйми потащило вперед, навстречу ощетинившимся венцам крючьев, и он сделал последнее, что ему оставалось, – сжав пальцы, выбросил вперед правую руку, ударив в желтый, с расплывшимся зрачком глаз.
9.
Гладкая поверхность оказалась на удивление твердой – пальцы скользнули по ней и воткнулись в щель между глазом и краем глазницы. Тварь издала какой-то свист, из хоботков на голую грудь юноши выплеснулись струи ядовито-желтой, обжигающей мерзости... а могучие щупальца кошмарным рывком толкнули его навстречу им.
Лэйми почувствовал, как его ладонь, разрывая ткани, проваливается вглубь. Он сжал зубы, зажмурился, его мышцы превратились в камень.
Глаз с гадким чмоканьем вывернулся из орбиты, рука ушла в горячую пульсирующую плоть почти по локоть. Щупальца вновь резко дернулись, отбросили его назад. Лэйми пролетел шагов пять, приземлился на задницу, и, проскользив так ещё шаг, уперся плечами в стену. Из зияющей дыры на бледный шар, свисавший на жгуте-нерве, извергся настоящий поток крови – яркой, такой же ослепительно-алой, как и у юноши, – потом громадная туша с плеском осела в грязь и больше не шевелилась.
Размышлять о случившемся Лэйми не стал. Ощутив за спиной твердую опору, он мгновенно вцепился в неё, кое-как встал, развернулся... и неожиданно быстро полез вверх, цепляясь за выступы камня пальцами рук и босых ног. Через несколько секунд он уже миновал край террасы и выпрямился, осматриваясь. Тут было на что посмотреть.
10.
Очевидно, зрелищу полагалось быть назидательным. Здесь собралась целая толпа, причем, на диво пёстрая. Лэйми увидел добрый десяток людей – самых обычных на вид, правда, нагих, и довольно-таки грязных. Тут же были глянцевито-черные создания, похожие на бочонки, снабженные четырьмя толстыми ногами, – у них были трубчатые уши и длинные рыла муравьедов, из-под которых свисали трогательно-тонкие, гибкие, как плети, ручки. Но самыми странными были два существа, превосходившие всех прочих размерами – ростом метра в три, словно сделанные из мокрой, глянцевито-серой резины. У них было по четыре столбообразных ноги – каждая выше человеческого роста и толщиной в полметра. Туши их формой походили на сплюснутые капли – массивные в задней части, они выдвигались далеко вперед, нависая изогнутыми глыбами. Из-под них свисало по дюжине хлыстообразных щупалец. Многие кончались булавовидными бугристыми утолщениями, острыми роговыми пиками или же венчиками гибких отростков – это напоминало инструментальный набор. И ничего привычного, характерного для живого существа – ни глаз, ни ноздрей, ни даже ртов.
На передней части тварей – как, впрочем, и на спине, и на боках – торчали гибкие кожистые воронки, то ли дыхала, то ли уши, то ли и то, и другое сразу. Одна из этих диковинных тварей стояла праздно, вторая держала нагого Охэйо – ноги его были на земле, но хлыстообразные щупальца оплетали ему руки и шею. Тем не менее, лицо Аннита отражало несомненное восхищение случившимся.
Лэйми огляделся. Ничего, что можно превратить в оружие – один голый, монолитный камень. Сам он – тоже нагой и босой, живот болел так, словно он, как в детстве, обожрался недозрелых груш, обожженая кожа на груди вздулась, по спине, казалось, прошлись палкой. Однако никто не спешил на него бросаться. Похоже, только ему тварь внизу показалась нелепой... её боялись... а того, кто ее одолел – тем более.
Юноша поднял окровавленную ладонь, старательно провел по ней языком, потом с презрением выплюнул чужую кровь. Несколько тварей поменьше в испуге попятились. И тогда Лэйми сам бросился на них.
11.
Его целью была исполинская тварь, державшая Охэйо. Предатель он там или нет – Лэйми об этом не думал. Щупальце-кистень метнулось ему навстречу... он увернулся и сам рванул щупальце, державшее друга за шею. Оно подалось – зато другой хлыст обвил его собственное горло. Лэйми вцепился в него руками и тоже сорвал, однако в тот же миг вторая тварь, подобравшись сзади, огрела его по спине.
Юноша упал на колени... перекатился... несколько потянувшихся к нему щупалец соскользнули, не сумев толком вцепиться. Он вскочил.
Тварь, державшая Охэйо, попятилась, волоча упиравшегося пленника, вторая надвигалась на него, стараясь оттеснить к обрыву. Все остальные просто смотрели. Лэйми мельком подумал, что сможет проскочить между них и убежать... но вот куда? Там он станет слепым среди зрячих во тьме. Тут же, по крайней мере, был свет.
Он бросился на теснившее его создание, ловко увернувшись, миновал щупальца, и, подпрыгнув, вцепился в одну из кожистых воронок. Уперевшись ступней в чудовищное колено, подтянулся... забросил руку на спину твари... там не за что было зацепиться, гладкая шкура упорно не желала собираться в удобные складки. Лэйми отпрыгнул.
Нелепое создание повернулось неожиданно быстро. Одно из щупалец, удлинившись, как резиновое, подсекло ему ноги. Лэйми упал... почти тут же поднялся... но было уже слишком поздно. Тяжеленная костистая шишка наотмашь ударила его в живот, снизу вверх. Юноша упал, скорчился, подтянув колени к груди. Перед глазами взметнулось багровое марево.
Боже, как больно! Немыслимо, немыслимо терпеть такую боль! И... что это? Неужели он никогда больше не сможет дышать?..