Страница 11 из 2036
Лес скоро кончился. Вокруг потянулись одноэтажные деревянные дома, очень похожие на те, что Лэйми видел в Усть-Манне. Они перемежались заросшими бурьяном пустырями и небольшими купами деревьев. Машина была оснащена мощным кондиционером, но по раскалившимся стеклам парень чувствовал, что снаружи очень жарко. Людей на улицах здесь почти не было.
Микроавтобус свернул на немощеную улицу с низкими фонарями и вдруг остановился. Охэйо первым вылез из машины. За ним последовали остальные и Лэйми удивленно замер, глядя на открывшийся вид. Он видел Склон ещё тогда, в первый раз, – но до встречи с Охэйо и воспоминания настолько перемешались с его фантазиями и снами, что казались уже нереальными.
Как ни странно, Склон был сплошь застроен – такими же низкими деревянными домами, как и вокруг. Он шел всё вниз, и вниз, и вниз... в сумрак, и Лэйми не видел его конца. Колоссальной подковой его обрамлял синеватый вал неподвижного тумана. Конец его оказался совсем рядом и Лэйми не преминул подойти и потрогать его: теплая, упругая масса, неосязаемая, как воздух, и неподатливая: она прогибалась, но под этой упругостью он чувствовал несокрушимую, гранитную твердость. У него закружилась голова. Одно дело – читать о феномене Края, совсем другое – касаться его.
Он обернулся. Охэйо смотрел на него по-прежнему со слабой усмешкой; лица остальных однако были хмурыми.
– Поехали дальше, – сказал Аннит, отвернувшись и забираясь в машину. Она плавно покатилась вниз по довольно пологому склону.
– Здесь живут люди? – удивленно спросил Лэйми, глядя на проплывающие совсем близко дома, хотя видел их ещё тогда – в первый раз.
– Склон – вовсе не такое уж плохое место. По крайней мере, здесь не жарко. А если случится Прилив Тьмы, то расстояние – в пределах ближайших миль пятидесяти – едва ли будет иметь значение. Здесь живут вполне обычные люди, хотя и держатся они... довольно замкнуто. Может, у них есть причины не бояться Прилива... потому что они – слуги Тьмы.
Лэйми не смог заметить ни одного – они ехали по узкой боковой улочке. Они двигались вниз, всё время вниз, и как-то незаметно их окутал полумрак. Солнце и само небо скрылись за Краем. Теперь они оказались как бы в колоссальном туннеле с синеватым дымчатым сводом. Позади них он светился сиянием полудня, впереди уходил в темноту.
– Приехали, – сказал Охэйо, когда машина остановилась на краю невысокого обрыва. Они вышли.
Здесь царил уже сумрак, словно поздним вечером. Было прохладно. Вокруг освещавших улочку низких синих фонарей роились странные белесые насекомые. Внизу лежало обширное изрытое поле, заваленное, как показалось Лэйми, строительным мусором. Дальше виднелись вроде бы заводские цеха или ангары, массивные и высокие, обшитые темно-зеленым, гофрированным железом. Там горел яркий, резкий синий свет. За зданиями угадывался силуэт ограды из чудовищных стальных балок – метров в пятнадцать высотой. За ней – только тьма.
– Там – Земля Ночи, – сказал Охэйо. – Другой мир, чужое пространство. Никакой резкой границы, разумеется, нет, но...
– Там живут звери.
– Чудовища. Там власть людей кончается. Но Склон – это лишь центр бреши, её видимая часть. Видишь ли... я говорил тебе, что упорядоченные миры встречаются очень редко? Они окружены обычно мирами хаоса, которые невозможно пересечь, и потому могут считаться единственными. Но у нас – крайне редкий случай: несколько десятков, наверное, упорядоченных миров, идущих один за другим, словно листы в книге. В этом вот месте два листа разорваны и слиплись. Это было сделано давно, хотя, конечно, не намеренно... Но если мы ударим по книге кинжалом, только верхние её листы будут разорваны. В других же, лежащих ниже, появятся вмятины, слабины, невидимые глазу, но проницаемые. Тот, кто умеет находить их, может попасть в... другие места. Более привлекательные. Или менее.
Лэйми навострил уши: ничего подобного он ранее не слышал.
– В какие места? – спросил он.
Охэйо усмехнулся.
– В разные, Лэйми. В разные.
4.
Этот день оказался самым счастливым в жизни Лэйми. Он всё время узнавал что-то новое. После Склона они поехали в другое место, где он хотел, но так и не смог побывать в первый раз. Они вернулись к вокзалу, где высадились на заросшем травой пустыре – трудно было поверить, что здесь, в самом центре города, можно отыскать такое. Лэйми замер, с наслаждением вдыхая теплый, влажный воздух и лениво осматриваясь. Далеко впереди маняще блестело море. Слева, за широченной, почти пустой улицей, тянулись окруженные садами изящные двухэтажные особняки с гладкими, зеленовато-белыми стенами и косыми крышами из коричнево-смуглой черепицы. Сзади (Лэйми обернулся), за низкой здесь железнодорожной эстакадой поднималась почти сплошная масса куда более грубых, но тоже двухэтажных домишек, обшитых досками. А вот справа...
Никогда раньше он не видел таких старых и при этом таких высоких зданий – не менее девяти этажей, каждый высотой в два обычных. Но его украшенные выступающими башнями стены были сложены из красного кирпича, а узкие стрельчатые окна напоминали амбразуры. Многие из них оказались выбиты, на карнизах и подоконниках здания росли небольшие деревца. Трудно было поверить, что за этой развалиной лежит шумная привокзальная площадь...
– Что это? – спросил Лэйми. Когда-то он знал название здания... но давно забыл.
– Ратуша. То есть была, – ответил Охэйо. – Сейчас-то она в новом здании давно...
– А почему это тогда в таком виде?
– Конец линии, – ответил Охэйо с непонятным выражением.
Лэйми подумал над тем, что всё это значит... но заметил, что к ним идет парнишка лет пятнадцати. Он вспомнил, что видел его вчера, ещё на вокзале, – тот всё время крутился вокруг него, но так и не решился подойти. Теперь же – подошел, глядя на них с неким непонятным интересом. Он был ниже Лэйми, стройный, с открытым лицом, светлыми, живописно растрепанными длинными волосами, голубоглазый, одетый – если не считать легких сандалий на босу ногу – лишь в короткие шорты и пёструю безрукавку, распахнутую на гладком, впалом животе.
– Не хотите посмотреть город? – неожиданно весело спросил он. – Я могу показать.
– Хотим, – очень спокойно ответил Охэйо. – Но – без тебя, засранец. Брысь!
Лицо парнишки вспыхнуло. Он рывком развернулся и резко зашагал прочь. Лэйми удивленно смотрел ему вслед.
– Зачем? – наконец спросил он. – Он нам город хотел показать...
– Угу, – согласился Охэйо. – Он и в самом деле устроил бы тебе экскурсию по городу. И попутно рассказал бы, что хочет поступить в универ, чтобы стать врачом или инженером, – и даже не соврал бы. А кончилось бы всё в какой-нибудь частной клинике, где вам выдали бы справки, что у вас двоих нет никаких болезней, передающихся половым путем. За твой же, естественно, счет.
Лэйми передернуло.
– Ты хочешь сказать, что...
– Ага. Именно это. После клиники милый мальчик вручил бы тебе прайс с твердыми ценами на каждое... э-э-э... действие – начиная от поцелуев и кончая крутым садо-мазо. Для местной «успешной молодежи» это лучший способ заработать на богатых туристах. Многие и едут сюда как раз за этим.
– И это... считается нормальным?
– Официально, конечно, ничего такого вообще нет. Неофициально... раз едут – значит, есть потребность… и пусть лучше извращенцы к извращенцам пристают, а не к юношам невинным.
– Брр!
– Угу. Конец линии.
5.
Как-то незаметно они отправились гулять – конечно, вместе с Вайми. Шагая по улицам Лэйми иногда замечал парней, одетых по пляжному – в плавки и шлепанцы, хотя никакого пляжа рядом точно не было...