Страница 23 из 47
Горожане замкнуты и суеверны, но не так враждебны, как, например, жители Иннсмута. Они живут в предчувствии неведомого и часто страдают от странных снов и глубокого чувства одиночества. Город славится своей богемной, хотя и депрессивной атмосферой. Сюда переселяются художники и поэты, которые ищут вдохновения в туманах, а иногда и теряются между реальностью и сверхъестественным. В Кингспорте нередки аномалии и порой появляются «странные жители», которых видят на улицах только в определенные ночи года. Некоторые из них, по слухам, приходят из иных миров или же обитают между слоями времени и пространства. Случались здесь и загадочные исчезновения: люди пропадали в ночном тумане, нередко после столкновений с таинственными фигурами или участия в древних ритуалах.
Сам Лавкрафт называл Кингспорт «идеализированным Марблхедом», и один из самых ярких эмоциональных моментов своей жизни писатель пережил именно там, впервые увидев заснеженную панораму города на закате.
Город Марблхед, XIX в.
Mi
В Кингспорте расположены мистический маяк и уникальное кладбище, где, как утверждают местные, похоронены предки не только людей, но и существ из других измерений. Из-за густых туманов и сложных рифов в портовой зоне часто случались кораблекрушения, ставшие основой для городских легенд. Многие локации Кингспорта напрямую перекликаются с пейзажами Страны снов из лавкрафтовских сновидческих циклов: двери здесь могут вести в иные миры, а жители иногда исчезают и возвращаются с янтарными глазами древних сновидцев.
Провиденс
Провиденс (Providence) — колыбель Говарда Лавкрафта, столица Род-Айленда, сохранившая колоритную атмосферу старосветской Новой Англии с запутанными улочками и величественной архитектурой XVIII века. Именно здесь прошли лучшие годы писателя, здесь он черпал вдохновение, город стал эпицентром многих его произведений. Более того, Провиденс — одна из немногих локаций в творчестве Лавкрафта, существующих в реальности.
Город расположился на семи холмах (как тут не вспомнить о Риме) в месте слияния трех рек, впадающих в залив Наррагансетт. Провиденс славится старинными особняками в георгианском и федеральном стилях — зданиями, уже видавшими виды, но не потерявшими своего величия. Хороши его мощеные узкие улицы, древние церкви и университетские корпуса. В романе «Случай Чарльза Декстера Варда» дом Вардов на Проспект-стрит — яркий пример этой архитектуры, пронизанной духом ушедшей в прошлое Новой Англии.
Вид на Провиденс с Проспект-Хилл. Гравюра, 1872 г.
The New York Public Library Digital Collections
Кладбище Суон-Пойнт в Провиденсе.
The Library of Congress
Провиденс в творчестве Лавкрафта — это город, где реальность смешивается с мистикой. В его произведениях он населен созданиями иной природы, здесь прячутся тайны древних культов и запрещенных знаний. В рассказе «Из глубин мироздания» Провиденс впервые упоминается как центр мистических событий, а в «Случае Чарльза Декстера Варда» получает свое полное литературное воплощение.
Важный аспект — связь Провиденса с образовательными и научными центрами. В восточной части города расположен Брауновский университет, где работал профессор Джордж Энджелл, персонаж, который часто упоминается в мифах Ктулху. В окрестностях Провиденса сохранились дома со своей сверхъестественной историей, например здание на Бенефит-стрит из рассказа «Заброшенный дом»: он принадлежит семье вампиров и расположен на месте захоронения первых французских поселенцев. Исторически Провиденс сформировался как приют для религиозных диссидентов разных конфессий, что подарило городу дух свободы и тайн, скрытых в недрах общин. Лавкрафт затрагивает эти темы, создавая в Провиденсе атмосферу скрытого, непознанного и запретного, и это гармонично переплетается с реальной историей города.
Брауновский университет в Провиденсе, XIX в.
The New York Public Library Digital Collections
Климат Провиденса умеренно континентальный, с заметным влиянием Атлантики: ему свойственны прохладные влажные зимы и теплое дождливое лето, что усиливает меланхоличное, туманное настроение, столь характерное для лавкрафтовских сюжетов.
Современный Провиденс остается культурным и образовательным центром Новой Англии, сохранившим свой исторический центр с викторианскими и федеральными зданиями. Но также он превратился в место паломничества для почитателей Лавкрафта, которые видят в городе живой памятник наследию писателя. Здесь можно посетить дом Лавкрафта на Энджелл-стрит и кладбище Суон-Пойнт, где покоится автор удивительных мифов.
Каркоза, или Отсылка на отсылку
Вдоль берега разбиваются облачные волны,
Двойные солнца тонут за озером,
Тени удлиняются в Каркозе.
Странная ночь, когда восходят черные звезды,
И странные луны кружат по небу,
Но незнакомец все еще в Потерянной Каркозе.
Песни, которые поют Гиады,
Где развеваются лохмотья короля,
Должен умереть неслыханным в Туманной Каркозе.
Роберт Чемберс. Король в желтом
В самой глубине тьмы, за пределами привычного течения времени, раскинулся древний проклятый город Каркоза (Carcosa). Окутанный жутким ореолом таинственности, он затаился на берегах загадочного озера Хали, которое, кажется, служит вратами в иные миры, где привычные законы реальности теряют свою власть. Обитатели Каркозы — души, заблудившиеся во времени, и тени давно ушедших эпох, навечно заключенные в зыбком мире между сном и безумием.
Пан — древнегреческий бог пастушества.
Saint Louis Art Museum
Впервые этот город предстал перед читателем в рассказе Амброза Бирса «Житель Каркозы» (1886): герой, скитаясь по руинам, видит призрачный образ странного поселения, будто душа теряется в глубинах забытого прошлого. Но настоящий миф о Каркозе сформировался благодаря Роберту Чемберсу и его сборнику «Король в желтом» (1895). Именно здесь Каркоза предстает не просто как город, а как символ безжалостного безумия и невыразимого ужаса. В пьесе «Король в желтом» герои обращаются к Каркозе, к ее теням и к древнему владыке, имя которого страшно произносить вслух.