Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 21 из 130

Однако архетип Императора имеет теневую сторону как в Таро, так и в мифах и истории человечества. Там, где власть становится абсолютной, закон превращается в оковы, а порядок — в стагнацию. Тогда Император выступает не как защитник цивилизации, а как деспот и тиран. В греческой мифологии это Кронос, отец Зевса, пожирающий собственных детей из страха потерять власть. В египетских мифах можно вспомнить Сета — разрушителя порядка, узурпатора престола Осириса. В истории подобные проявления находят выражение в фигурах императоров-тиранов вроде Нерона или Калигулы, а позже — в диктатурах, где идея закона превращается в культ личности и тотальный контроль.

Все эти образы говорят об одном: Император превращает мир в порядок и утверждает человеческую цивилизацию перед лицом хаоса, однако он также может перейти на темную сторону силы, как Император из классической трилогии фильмов «Звездные войны» Джорджа Лукаса.

Четверка как основа мироздания

В Таро Императору соответствует номер четыре. Это число символической завершенности, возвращающее нас в измерение человеческой реальности. Его геометрический образ — квадрат, в котором заключены закон, структура и порядок, наложенные на изначальный хаос природы.

Четыре стороны света помогают нам не потеряться в мире. Четыре стены комнаты создают ощущение безопасности. Четыре сезона вплетают время в ритм жизни. Четыре простейшие формы — круг, линия, треугольник и квадрат — словно первоэлементы геометрии, на которых держится мир. Четверка — это земная сотворенная реальность. Стоит только оглянуться: наши дома, столы, окна, даже экраны компьютеров — все стремится к квадрату. И все же в духовном устремлении человек всегда ищет союз квадрата и круга — земли и неба, конечного и бесконечного. Эта фигура становится основанием любого храма, где порядок соединяется с сакральностью.

В шаманской традиции число 4 связующее. Говорят, Бог не может обмануть нас в своем пространстве более трех раз, а четвертое всегда указывает на истину. В этом проявляется сила Императора: его число возвращает нас в реальность не как в узилище, а как в надежный оплот.

Три измерения времени — прошлое, настоящее и будущее — остаются лишь абстракциями, пока мы не поместим их в пространство. И наоборот, сами события, существующие в трехмерном мире, обретают реальность лишь тогда, когда мы определяем их во времени. Быть цивилизованным человеком — значит уметь разместить себя в пространстве и времени. Об этой экзистенциальной драме магико-мифологического мышления рассуждает итальянский антрополог и историк религий Эрнесто де Мартино: человек в рамках этой парадигмы верит, что без должного ритуала, соблюдения определенных табу и последовательностей действий мир в буквальном смысле не будет воссоздан заново и прекратит свое существование. «Проблема, стоящая перед магическим мировоззрением, состоит не в том, чтобы “познать” или “изменить” мир, а скорее в том, чтобы гарантировать устойчивость мира… Для магии решение, в результате которого полагается мир, еще не принято, присутствие еще не приняло решение о себе самом и о мире»

[12]

[Де Мартино Э. Магический мир. Введение в историю магического мышления. М.: АСТ, 2025.]

. Император приносит постоянство, стабильность и закон, по которому раз за разом воссоздается окружающая реальность. Он представитель государства, космического и божественного закона.

Логос: реальность, создаваемая словом

Если в связи со Жрицей мы говорили о гнозисе — знании, рождающемся изнутри, естественном и интуитивном, словно тайна, раскрывающаяся в молчании, — то Император воплощает иной принцип: принцип Логоса, изреченного слова. Здесь истина уже не сокрыта в глубинах души, а явлена миру в форме закона, речи, установления. Недаром в «Евангелии от Иоанна» сказано: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Первоначальное слово — символ мысли, дыхания и духа — принадлежало лишь божеству. Но с приходом Императора власть слова передалась человеку: слово стало орудием порядка, законом, способным удерживать хаос.

«Самое древнее значение “Логоса” — “то, с помощью чего выражается внутренняя мысль”. Слова — это основа для всех организованных мыслей всех самоанализов, всех наук, всей письменной истории, всей цивилизации. Они являются инструментами, с помощью которых мы учимся абстрагировать мысль и отделять наши собственные эго от первичного, унитарного мира бессознательного. Тот момент, когда ребенок впервые произносит “Я”, обозначает важный шаг на пути самопознания»

[13]

[Никольс С. Юнг и Таро. Архетипическое путешествие. М.: Касталия, 2018.]

.

Мы привыкли воспринимать слова как средство общения с другими людьми, но прежде всего они нужны нам для разговора с собой. С раннего детства слова становятся ключом к самопознанию и интеллектуальному росту. Именно они помогают нам упорядочить хаотичные образы, собрать воедино мир вокруг нас и постепенно выстроить собственную идентичность. Недаром в мифах о сотворении мира акт называния имен — подобный тому, который был доверен Адаму, — является моментом магического установления порядка. Назвать — значит зафиксировать, придать форму, выделить из безликого хаоса. В этом смысле слово есть новый вид магии, уже не стихия Мага, но дисциплина Императора.

В большинстве древних культур знание истинного имени существа, человека или бога даровало неограниченную власть над ним. Например, в египетской мифологии имя было не просто звуком, а самой сутью существа. Бог Ра, творец мира и владыка богов, хранил свое тайное имя, в котором заключалась его сила. Это имя не знал никто, даже боги называли его лишь титулами и эпитетами.

Однажды мудрая Исида решила обрести власть над Солнцем, чтобы спасти своего мужа Осириса. Она собрала яд змеи, сотканной из глины и дыхания, и положила его на путь, по которому каждый день проходил Ра. Когда Ра был ужален, яд пронзил его тело, и даже всемогущий бог оказался бессилен перед этой магией. Тогда он воззвал к богам о помощи. Но Исида сказала: «Назови мне свое истинное имя, и тогда я исцелю тебя». Ра пытался отговориться, перечислял громкие титулы и звания, но Исида знала: без скрытого имени ее помощь будет бесполезна и для Ра, и для ее подло убитого и расчлененного супруга.