Страница 78 из 116
При осмотре подростков, членов секты «Зелёное братство», в подмышечной области одного из них (несовершеннолетнего г-на Селиванова О.Г. 2007 г.р.) был обнаружен трилистный симбиот, готовый к цветению. При попытке изъять симбиота носитель оказал отчаянное сопротивление. Пришлось прибегнуть к усыплению объекта. В бреду усыплённый юноша произнёс следующее:
«Я — Абелайо, зелёный росток
Плоть и душа аввалонца
Я умираю, лечу на восток
С первой улыбкой Солнца»...
Данную фразу юноша произнёс трижды, прежде чем наступило действие снотворного. Продекламированное стихотворение не заслуживало бы отдельного внимания, если бы не последовавшее позднее трагическое происшествие. Утром 22 —го июня, в 3.55. сердце юноши внезапно остановилось. Никаких существенных причин остановки сердца не выявлено. Однако, следует отметить, что произошло оно одновременно с восходом солнца.
Причины смерти г-на Селиванова О.Г. выясняются.
Старший экзобиолог Фомина Л.И.
Екатеринбург. 22 июня. 19.20.
Ещё в самолёте я успел ознакомиться с откровениями Сохатого и обогатил свой кругозор следующими сведениями: во-первых, персонажа по прозвищу Зондер уже неделю пасла наружка и тот не покидал пределов славного Катера. Во-вторых, зона поисков была преогромной — тысячи полторы гектаров тайги! В-третьих, ареал обитания симбиотов с недавнего времени оцеплен кордонами полиции. Последнее обстоятельство было совсем некстати. Не хотелось мне светить свою ксиву перед каждым встреченным в лесу полицейским.
Из аэропорта я не поехал в местный отдел "ОАЗиС«а, а лишь ограничился звонком вежливости. Взяв такси, я сразу же помчал в гостиницу. Надо было обжиться и подготовиться к предстоящей встрече со сталкером.
Гостиница «Луна», в которой мне был забронирован одноместный «стандарт», считалась заведением строгих правил и, выходя из такси, я не приметил ни одной дежурившей возле дверей путаны. Гостиница предназначалась для семейного отдыха и помимо весьма пристойного ресторана имело игровую площадку, теннисный корт и, даже собственный ледовый дворец.
Вспомнив, как рвалась со мной, узнав о командировке, Вероника, я вздохнул. Ей наверняка бы понравился здешний сервис. Увы, придётся мне поторчать в этом парадизе вынужденным аскетом. Я невольно коснулся рукой подаренного перед самым отъездом кулончика. Золотое сердце с буковкой «В» и алым глазком рубина. Гладкая поверхность кулончика была тёплой, словно Вероника только что согрела его в своей ладони. Ещё раз печально вздохнув, я закинул на плечо дорожную сумку и направился в гостиничный холл.
Проигнорировав буржуазные прелести ресторана, я ограничился скромным ланчем, заказанным прямо в номер. К девяти часам я был сыт, бодр и вполне готов к разговору с Зондером. Немного беспокоила едва зажившая рана, но я прибег к непродолжительной медитации и вскоре восполнил дефицит энергии ци.
Бар «Дельфин» 22.20.
По сведениям, полученным от гражданина Лосева, Зондера можно было разыскать в баре «Дельфин», где сталкер коротал свои холостяцкие вечера. Прежде чем отправиться в не самую фешенебельную часть Катера, я прогуглил информацию о баре и был предупреждён о крайне сомнительной репутации заведения. Помимо сталкеров здесь тусовался весь криминальный бомонд уральской столицы: наркодилеры, скупщики драгметаллов, фармазонщики и авторитетные воры. Немного подумав, я сунул в потайной карман пиджака выкидной нож. Бережёного, как говорят, бог бережёт. Табельный ствол, шокер и баллончик с паралитическим газом я оставил на дне дорожной сумки, искренне полагаясь на местное гостеприимство.
Поездка на такси заняла не менее получаса. И, когда я оказался наконец в нужном месте, на Катер с уральских гор спустилась самая настоящая ночь. Снаружи бар «Дельфин» напоминал скорее заводскую администрацию, нежели обитель наслаждения и порока. Кирпичный фасад, забранные решётками окна, сильно полинявший от солнца плакат с прыгающим из моря дельфином. А вот стоянка перед стеклянной дверью выдавала злачное заведение с потрохами. От припаркованных авто буквально веяло показной роскошью и криминальным богатством. Я расплатился с таксистом и бодро зашагал к мерцающей неоном входной двери.
Человек с приметами нужного мне субъекта сидел за дальним столиком, сразу за бильярдом. Он был один, если не считать дюжины пивных бутылок, парадным строем стоящих перед ним на столе. Большинство из них были уже пусты. Голый череп сталкера озарялся красноватым отсветом от низко висящего плафона.
— Позволите? — спросил я и сел на свободный стул.
Он не удостоил меня ответом, лишь взял за горлышко одну из початых бутылок и поставил передо мной.
— Вам привет от Сохатого, — сказал я, принимая бутылку.
— И ему не хворать, — отозвался, наконец, Зондер низким скрипучим голосом. — Чем обязан?
— Сохатый рекомендовал вас для пеших экскурсий за городом.
— Беру 20 косых до первой поляны. Жратва и бензин мои, — скупо пояснил Зондер.
— О, кей, о цене договоримся.
Я пригубил пиво. На удивление, оно оказалось недурным. Я перегнулся через стол и шепнул Зондеру прямо на ухо: — Только мне нужны не простые «листики», а те, что с тремя листками. Желательно, с бутоном.
Он отшатнулся от меня, как от чумного. За соседним столиком несколько голов повернулись в нашу сторону, но Зондер метнул на них стальной взгляд и, любопытные тотчас потеряли к нам интерес.
— Следите за текстом, мистер, — перед моим носом предупреждающе покачался костлявый палец Зондера. — Не знаю, что обо мне насвистел Сохатый, но уж точно не то, что я конченный псих. Ишь, чего удумал! Трилистники ему подавай! Да ещё, с бутоном!
— Хорошо, — кивнул я, — можно, и без бутонов.
— Доведу до Яшкиной поляны, а дальше — сам. — немного подумав, сказал Зондер. — И это будет уже тридцать пять косорей.
— Тридцать, — сказал я твёрдо, и мы ударили по рукам.
Я назвал Зондеру свою гостиницу и дал номер телефона.
— Выезжать будем засветло, — предупредил он. — Так что ложитесь пораньше, мистер.
Мы попрощались и, я направился к выходу, чувствуя спиной недобрые взгляды местных аборигенов.