Страница 5 из 58
Глава 3. Что значит жить в Вилке
Глава 3. Что значит жить в Вилке
Дом Вэрры был уютным. Скатерти с вышивкой, кружевные салфетки на тумбах, милые безделушки — я с любопытством рассматривала все это, пока хозяйка грохотала банками и собирала мне нехитрую провизию.
— Уж не знаю, готовила ли ты раньше, деточка, с твоим-то прошлым, но знай: местный люд он неприхотлив. Мясо — куском на огне, хлеб да овощи. Соль — редкость. Дорогая для местных. Я тебе отсыпала — сын из города присылает. Огурцы соленые тоже бери. Для Вилки это деликатес, здесь, если и солят, то капусту. О тебе заговорят.
Я со смущенной улыбкой приняла увесистую корзину, накрытую тканью, и едва не охнула от ее веса под насмешливым взглядом благодетельницы.
На мою очередную попытку заверить, что я все верну, она лишь отмахнулась, вновь стягивая на плечи пестрый платок. Погремела посудой и ловким щелчком по какой-то металлической панели разожгла огонь в очаге, куда тут же засунула что-то напоминающее привычный мне походный чайник.
Я наблюдала внимательно, припоминая, что видела похожую панель и в таверне. Значит, это какой-то аналог наших плит. Магия, полагаю, но радует, что не придется разводить огонь руками. А затем испуганно вскрикнула, заметив, как из огня формируется маленькая похожая на ящерку фигурка и быстро начинает бегать по стенкам чайника.
— Да тише ты, что, никогда саламандру не видела? Как же ты планируешь гостей кормить, хозяюшка, — покачала головой Вэрра, смерив меня насмешливым взглядом.
Я слегка стушевалась, чувствуя, как вспыхивают щеки.
— Просто не ожидала. Я… давно не готовила сама. — Вэрра лишь улыбнулась, а я продолжала, как завороженная, наблюдать за ящеркой.
Когда чайник начал посвистывать — ящерка снова слилась с огнем, неразличимая в его сполохах. Красота. А главное, как объяснила мне Вэрра, точно дает понять, что стряпня готова.
Пока хозяйка накрывала стол нехитрыми угощениями и закидывала в чайник какие-то травы, я осторожно попробовала маленькую булочку. Вкусно, но… пресно. Память подкидывает мне несколько воспоминаний из прошлого, и, похоже, Вэрра не обманула — пища в этом мире действительно очень простая.
Это наводит меня на разные размышления, в голове тут же мелькает несколько простых, но интересных рецептов. Из мыслей меня выдернула все та же новая знакомая, которая с неожиданно хмурым видом устроилась на деревянном стуле напротив.
— Вот что, деточка, я хоть и рада, что ты взялась за ум и за себя, но думаю, сказать все же стоит. Каждому иногда нужно услышать что-то подобное. Ты должна все же перестать выживать и начать жить, наплевав на всех.
Я промолчала, хотя бы потому, что пока не слишком понимала, к чему клонит Вэрра. Спорить с ней я не собиралась, тем более что женщина и без того помогла мне гораздо сильнее, чем я могла рассчитывать еще утром.
— Ты знаешь, что значит быть выкинутой? — спросила она вдруг, и я слегка удивленно моргнула, как раз откусывая новый кусочек булочки.
— Наверное… когда тебя бросают выживать в незнакомой деревеньке? — пожала я плечами.
Вэрра фыркнула.
— Нет, девочка. Бросают — это когда тебя все еще обсуждают. А выкидывают — когда делают вид, что тебя никогда и не было. Так что прими как радость, что твой дракон тебя лишь бросил, пусть и не слишком красиво.
Она подалась вперед.
— И все же брошенная жена дракона — это опасный статус. Ты вроде бы уже не при силе, но еще и не простая. Для знати — ты пятно. Для бедных — повод для слухов. Для ушлых — удобный инструмент.
— Инструмент? — переспросила я, изогнув бровь. Судя по тому, в каком состоянии была моя предшественница последние дни, единственное, для чего она годилась, — это жалость.
— Ага. На тебя можно свалить вину. Подставить. Или просто сделать больно, если кому-то неймется.
Мне стало не по себе. Я все еще имела лишь примерные представления о мире вокруг и о своем бывшем муже. Будто бы тело сознательно скрывало от меня часть воспоминаний о нем. Вдруг и эта душа не выдержит? Вдруг снова сломается? Память подкидывала лишь какие-то урывки да самые яркие моменты. А еще я вспомнила о кольце, что нашла в вещах. Мысль, что оно не должно было остаться у Виолетты после развода, не покидала, и после последних слов Вэрры я вновь подумала о том, почему оно оказалось в ее вещах.
— И что… мне теперь бояться?
Вэрра посмотрела на меня внимательно, а потом неожиданно улыбнулась.
— Нет. Тебе теперь плевать.
— Что?
— Слухи, — пояснила она, — они все равно будут. Кто-то скажет, что ты спилась. Кто-то — что из столицы тебя выгнали с позором. А кто-то — что дракон проклял твою таверну.
Я поморщилась.
— Приятно.
— Зато честно, — хмыкнула Вэрра. — Запомни: слухи опасны только тогда, когда ты от них прячешься. Если ты стоишь прямо и не реагируешь — они тебя не кусают. А еще найди здесь друзей. Прачка Марта поможет с бельем, у старика Хольма можешь попросить помощи с починкой мебели. Не бесплатно, конечно, но они помогут и цену назовут честную, не обманут. Ты хоть и чужая тут, девочка, но вовсе не одинока.
В груди вдруг стало очень тепло, и я опять почувствовала, как к глазам подступают слезы. Опустила взгляд на дымящуюся чашку и сморгнула предательскую влагу, надеясь, что сделала это незаметно. Как только почувствовала себя чуточку спокойнее, вновь улыбнулась Вэрре.
— Спасибо. Я запомню. И за помощь спасибо, Вэрра. Без вас бы я...
Женщина рассмеялась, так что ее огромная грудь затряслась, и махнула на меня рукой.
— Справилась бы, милочка, справилась. Я же вижу, какая ты на самом деле. Просто это заняло бы чуть больше времени.
Я сделала глоток чая, чтобы скрыть замешательство и смущение. И снова мне казалось, что Вэрра действительно будто бы знает, кто я. На самом деле вовсе не брошенная и растоптанная аристократка, а обычная девушка без перспектив и амбиций, которой выдался второй шанс.
Мы вернулись в таверну, когда солнце уже начало клониться к закату. По дороге обратно я наконец услышала то, о чем раньше говорила Милка.
— Это она? — прошептала одна женщина, не слишком стараясь говорить тише.
— Та самая, — ответила другая. — Говорят, ведьма.
— А я слышала — изменяла. Потому и выгнали.
— Да нет, — хмыкнул мужик у колодца. — Дракон наигрался да и выкинул. Теперь тут сгинет.
Я шла дальше, чувствуя, как слова липнут к коже, но помнила совет своей неожиданной союзницы. Вэрра, как и я, не подавала виду, что шепот дошел до нее. Слухи уже жили своей жизнью. И оправдываться было бесполезно.