Страница 71 из 91
- Да, я и не обижалась. Дела это хорошо. Плохо когда дел не будет. Тогда киснуть начнём. Эх молодость, молодость! Была ты или не была?! Вроде бы совсем недавно были молодыми. А сейчас, раз! И уже пенсионеры!
- Что -то ты сегодня о грустном. Лучше расскажи, как там твой любимый Ельцин поживает?
- И не любимый он вовсе.
-Ну как же не любимый? С тобой как не начнёшь говорить ты обязательно на Ельцина съезжаешь! А теперь вдруг почему — то не любимый!.
- Да, я уважаю Бориса Николаевича, как политика! Уважаю. Но не люблю его как мужчину. Понятно?
-А кого тогда любишь?
-Своего внука. Не хватало мне ещё в политиков влюбляться! Никогда не понимала дурочек которые влюбляются и бегают за актёрами и спортсменами. А уж в политиков тем более. Любить надо живого человека, а не придуманный образ. Бестелесный и бескостный. Мужа своего любила. Пока он, подлец, по бабам не начал бегать.
- Как же Глеб от такой женщины как ты, бегал, по бабам? - поинтересовался Конашов,- он, что дурак? Не знаю, по молодости с такой как ты, я наверное сутками бы из постели не вылезал.
- А мы и не вылезали по началу. Только к хорошему быстро привыкают, Сёмушка. Да. Только к хорошему привыкают. Причём быстро. Привыкают, это хорошее надоедает и начинаются поиски лучшего на стороне.
Услышав это Семён Сергеевич в ответ лишь покачал головой. Нет, Глеб, покойный муж, Елены точно был идиотом. Бегать налево от такой темпераментной женщины! Интересно, что бы он делал если бы ему досталась жена типа его Лили.
-Я смотрю ты ужин собрался организовать,- сказала ему Елена, - пойдём лучше ко мне. У меня уже всё готово. И получше чем твоя яичница с ветчиной!
Назавтра, с самого раннего утра Конашов вновь, на своей машине стоял возле уже знакомого ему дома. Он вновь. засёк время когда Солдатов и Заварзина вышли из дома и когда они сели в машину выехали со двора, осторожно сопроводил их почти до работы, то есть до площади Дзержинского , тем самым установив их маршрут.
Через два дня было воскресение. Конашов опять с утра был на уже ставшем ему привычным месте. Хорошо, что место из которого он вёл наблюдение было достаточно скрытным, а стёкла его автомобиля тонированными. Иначе существовала опасность попасться. А это было совсем не желательным.
Солдатов вышел из подъезда в двадцать минут одиннадцатого. Он шёл вдвоём с девочкой, которая как понял Конашов, была его дочерью. Он выгнал машину из гаража, посадил туда девочку и выехал со двора.
- Папаша, выгуливает свою дочь, в выходной,- подумал Конашов,- что же логично. Интересно почему он делает это один. Без своей жены.
Солдатов остановил машину возле кафе — мороженного, что тоже было логично. Куда как не сюда вести родителю в случившейся выходной свою дочь? Конашов вылез из своей «тройки», решив, на всякий случай, проследить за парочкой в кафе. Не то,что бы он чувствовал острую необходимость в этом. Нет. Просто так, на всякий случай. Когда он вылезал из машины то краем глаза зацепился, как ему вдруг показалось, за знакомую фигуру.
Осторожно оглянувшись он вдруг увидел ту самую эффектную брюнетку, которую несколько дней назад он встречал в аэропорту и незаметно для неё проводил до гостиницы «Турист». Агнесса Франк. Интересно, что она тут делает? Тоже, что ли мороженного попробовать решила?
В случайность такой встречи Конашов не верил ни секунды. А раз так — это значит только одно. Эта самая Агнесса совсем не случайно появилась здесь. Оставалось только выяснить зачем и для чего.
Брюнетка закрыла свои глаза чёрными, солнцезащитными очками. Не торопясь она шла за Солдатовым. Незаметно пристроился за ней и Семён Сергеевич.
Оказавшись в зале он быстро нашёл и расположился на месте с которого ему открывался хороший обзор и на Солдатова с дочерью и на эту самую Агнессу.
Солдатов взял мороженного и начал оживлённо болтать со своей дочкой. Взяла мороженного и эта самая Агнесса. Ковырнула его ложечкой пару раз и уставилась на Солдатова с девочкой. Прямо глаз с них не сводила. Солдатов пару раз даже встретился с ней взглядом. Конашову всё это стало, напоминать, что -то знакомое. Точно! Сцену из «Семнадцати мгновений весны». Ту самую в которой Штирлиц встречается с женой в кабачке под названием «Элефант».
Подумав об этом Конашов едва — едва не рассмеялся. Тоже мне последователи Штирлица! Правда непонятно, что всё это означает. На встречу со связным всё это как -то не похоже. Но то, что эта самая Агнесса знакома с Солдатовым у него теперь не было никаких сомнений. Знакома то знакома, но ни он ни она при этом вида не подают. Или всё — таки это заранее запланированная встреча с целью обмена информацией?
Солдатов посидел, посидел с дочкой и засобирался на выход. Едва он двинулся наружу, как вскочила с места и эта самая Агнесса, бросив недоеденным своё мороженное. Как только она вышла из -за стола (Солдатов с девочкой в это время уже подходил к входной двери), поднялся и Семён Сергеевич.
Выйдя на улицу он едва не столкнулся с Агнессой. Она вцепившись в перила напряжённо вглядывалась, как Солдатов садится в автомобиль. Конашову на миг показалось, что из под очков у неё текут слёзы.
Приехав домой Сергей Семёнович решил зайти к Елене.
Дверь у неё была открыта и постучав он зашёл в квартиру.
Елену он нашёл сидящей на диване перед включённым телевизором.
- Ну,что? - спросил он её,- всё на своего Ельцина налюбоваться не можешь?
- Причём тут Ельцин? - ответила она ему,-посмотри это пакостник Смирнов.
Конашов бросил взгляд на экран и в самом деле увидел Александра Никаноровича Смирнова, который развалившись в кресле давал интервью.
- Брови у него какие кустистые,-заметил он,- интересно он причёсывает их по утрам?
- Это настоящий негодяй, - запальчиво ответила ему Елена.- представляешь он оказывается начал сколачивать какое -то движение! Коммунисты за демократию кажется! Нет, каков мерзавец! Почему его ещё не изгнали из партии?
- Тебя не спросили. Напиши письмо в ЦРК.
- И напишу! Ты, что думаешь буду молчать! Напишу! Я в конце концов почти четверть века в партии. Имею право голоса.
- Имеешь, имеешь,- сказал ей Конашов,- но всё — таки как там наш Борис Николаевич поживает?
- Слухи ходят,- сказав это Елена боязливо оглянулась по сторонам.
- И какие же?