Страница 52 из 91
- Вы совершенно правы. Не один год. Особенно когда нам стал ясен масштаб надвигающегося кризиса. Мы сознательно искали молодых честолюбивых людей с нестандартным мышлением, ну и приверженцев социализма естественно. Видите ли в рамках существующей системы этим людям уже не было хода. Система стала окукливаться и поэтому отторгала их. Они волей не волей оказывались на обочине общественной жизни. Нам оставалось только подобрать их. Надо помнить ещё и тот факт, что партийная разведка оказалась пожалуй единственной структурой которая не подвергалась сталинским чисткам. Даже после расстрела Пятницкого, Сталин не тронул почти никого из тех кто работал с ним. Почему? Мне остаётся только гадать. В результате в нашей службе не было и этакого разрыва в идейной и интеллектуальной преемственности, который пережила вся партия. Нас хотел разгромить Хрущёв, но к счастью это ему не удалось. Брежнев же в конце, концов просто махнул на нас рукой. Михаил Сергеевич конечно очень желает разгромить нас, но увы, мы ему уже не по зубам. И он кажется понял это.
- Вы прямо как какая -то масонская ложа.
- Ну наверное можно сравнить нас и с масонами. Мы выстроили нечто не бывалое, для нашей страны. Горизонтальную, а не вертикальную структуру, причём не имеющую жесткого характера. И такая структура оказалась очень живучей. Я надеюсь, что наша организация ещё скажет своё слово в истории нашей страны.
Вот такой разговор я вёл с Евдокимовым в салоне самолёта ( в котором из пассажиров были лишь мы двое), когда летели в Вильнюс. По окончании его я вдруг подумал, что я капитан КГБ Солдатов по сути своей давно и прочно уже завербован этой самой партийной разведкой. Настолько прочно, что один из её важных руководителей спокойно говорит со мной о тех целях к которым стремится организация которую он представляет.
Когда мы прибыли в Вильнюс то в приёмной Ландсбергиса поначалу встретили нас довольно холодно.
- Витаус Витаустович очень занят, - сказала безбожно коверкая русскую речь смазливая секретарша.
- Хорошо, мы подождём, - как -то даже очень смиренным тоном ответил на это Евдокимов и сел на стул в ожидании когда освободится от своих важных дел глава литовского парламента. Ждать пришлось минут двадцать. С начала с кабинета вышли пара человек, затем секретарша заглянула в него, затем вернувшись назад в приёмную сказала:
- Витаус Витаустович освободился. Но учтите времени у него мало.
- Хорошо.- кратко сказал на это Евдокимов и прошёл в кабинет Ландсбергиса.
В ожидании пока Евдокимов освободится тем не менее прошел почти целый час. Видимо время на него всё — таки нашлось. За это время я пытался несколько раз завязать разговор с интересной секретаршей, но она всё время отвечала мне либо по — литовски, либо на совершенно чудовищном русском так, что я махнул рукой и прекратил все эти мои попытки поболтать с симпатичной девушкой.
Наконец дверь в кабинет Ландсбергиса отворилась и из неё вышел сначала Евдокимов, а затем и сам хозяин кабинета вытиравший своё лицо носовым платком от обильно выступившего пота.
- Хорошо, товарищ Евдокимов, я вас понял. Всё будет сделано именно так, как вы советуете. Не сомневайтесь! Розалия,- обратился он к секретарше,- почему ты так долго задержала гостя из Москвы?
- Витаус Витаустович, но вы же сами распорядились, подержать подольше того, кто приедет к вам из Москвы.- с недоумение в голосе ответила ему секретарша ( самое интересно практически на чистом русском языке).
В ответ Ландсбергис лишь растерянно всплеснул руками. Евдокимов тонко улыбнувшись на всё это, спокойно проследовал к выходу из приёмной.
Ландсбергис и руководимый им «Саюдис» задумали осуществить довольно грязную провокацию в самое ближайшее время. Ну я посоветовал Ландсбергису по возможности, если он не может контролировать радикальных националистов, отойти о участия в ней. Намекнул одновременно, что вопрос о получении независимости Литвой рассматривается в Москве в позитивном ключе.
- То есть Прибалтику решено всё же отпустить? - спросил я его.
- Да.
- Не знаю. Меня это как -то коробит. Столько бились, бились за неё и вдруг всё опустить!
- Ну можно не властвовать, но влиять. И потом независимая Прибалтика занимает очень важное место в концепции Союза государств, который придёт на место СССР,
После этой моей поездки в Литву прошло более полугода. В январе в Литве произошли бурные события закончившееся введением чрезвычайного положения во всех трёх прибалтийских республиках. Самое интересное, что глава литовского парламента с самого начала резко осудил и эти волнения и их организаторов.
-Нам нужно отсечь радикальных националистов в Прибалтике от активного участия в политическом процессе,- сказал как — то мне Евдокимов,- умеренные националисты это те люди с которыми можно и нужно работать. Но вот радикалов надо превратить в маргиналов. Умеренные националисты в принципе согласны с этой точкой зрения. Нам уже удалось установить с ними достаточно тесный контакт, сказал мне как -то Евдокимов. Он кстати был назначен инструктором ЦК по Литве.
От просмотра очередного выпуска « Вестей» меня оторвал телефонный звонок. Недовольно поморщившись я убрал звук и встав с дивана направился в прихожую, где на тумбочке стоял телефон.