Страница 27 из 68
Глава 10
Москва. Октябрь 1986 года.
Саша, Саша, постойте, - услышал я знакомый женский голос за спиной.
Обернувшись я увидел догоняющую меня быстрым шагом Эллину Гольдберг. Увидел и невольно залюбовался. Какая же она красавица! Юля красавица, но Эллина... Жгучая брюнетка, волосы которой водопадом ниспадают на плечи, очень правильные черты лица, выразительные темные глаза, высокая грудь и длинные стройные ноги! А голос, какой у нее бархатный, эротичный голос! Не женщина, а конфетка! Мне вдруг захотелось подойти и крепко обнять ее.
-Саша, мне надо поговорить с вами. Я давно поджидаю здесь вас,- сказала подошедшая ко мне Эллина,- а где Юля? Где ваша супруга?
-Моя супруга, увы задержалась на службе, - ответил ей я, - так, что сегодня я возвращаюсь один- одинешенек.
-Очень жаль, хотя поговорить мне хотелось в первую очередь с вами. Во- первых, здравствуйте Саша!
-Здравствуйте Эллина Владимировна.
-Ах Саша. Ну к чему так официально! Можно просто Эллина. Можно вообще на ты. Между нами не такая уж большая разница в возрасте!
-Можно, пожалуй. Тогда, что во — вторых?
-Что?
-Что во — вторых? Во- первых уже было!
-Ах да, во — вторых! А во — вторых, Саша я хочу с тобой поговорить. Но здесь по моему не очень удобно. Может быть найдем место по лучше?
Я махнул рукой и сказал:
-Здесь есть небольшое кафе, можно посидеть в нем. Пошли?
-Хорошо, пошли. Только веди меня. Я ведь не знаю здешних мест!
И мы пошли. Немного вернулись назад, обошли дом, перешли дорогу и оказались возле небольшого кафе — столовой.
Мы зашли в него я подошел к витрине и сказал:
-О смотри «Жигулевское» привезли. И народа никого нет. Возьмем пару бутылок? Так сказать глотнем с устатку? Заодно и поговорим.
Эллина согласилась со мной. Я подошел к кассе и выбил четыре бутылки пива.
Усевшись за столом, я разлил пиво по стаканам, сделал большой глоток и повернувшись к Эллине спросил:
-Ну, что там у тебя? Долго меня поджидала? А если бы я был с женой все равно подошла бы?
-Мне в принципе без разницы с женой бы ты был или без жены. Хотя без жены лучше. Если бы ты был с Юлей, я просто отозвала бы тебя и мы поговорили. Я думаю, Юля все правильно поняла бы. Все равно ведь ты все расскажешь ей?
-Ну это смотря о чем бы мы разговаривали.
-Рассказал, рассказал бы. Я уверена. Вы относитесь к супружеским парам, которые не держат секретов друг от друга.
-Ты просто видимо не просто проницательный психиатр, а очень проницательный психиатр.
-Ну к психиатрии это имеет очень малое отношение, это скорее относится к психологии. Но дело совсем не в этом.
-Товарищ проницательный психиатр — психолог, кстати предупреждаю, моя жена, очень не любит и тех и этих, вы не будете колоть или подмешивать мне в пиво, ваши препараты, которые так чудесно развязывают язык?
-Нет не буду. Не беспокойся. Но вот об этом я и хотела поговорить с тобой.
-Тогда я весь во внимании!
-Саша,- Эллина выпрямилась и посмотрела мне в глаза,- поверь мне, все, что тогда случилось, как для тебя, так и для меня было полной неожиданностью. Поверь мне. Меня совершенно неожиданно выдернули с работы, причем по приказу человека, ослушаться которого я увы никак не могла, для проведения допроса с применением амитал — натрия. Я понимаю, что это все было совершенно не законно, но человек приказавший мне обладает слишком большой властью, чтобы я могла его ослушаться. Я была потрясена когда увидела, кому буду вводить препарат. Ты веришь мне?
-Конечно верю. Я понимаю, что ты не хотела сделать мне никакого зла. Я только не понимаю, как ты вообще оказалась в одной кампании с этим подонком Соловьевым? Я же успел заметить выражение твоего лица. Ты ведь ненавидишь его! И тем не менее, в том случае, ты была его верной помощницей. И колола и расспрашивала меня. Во общем работала не покладая рук. Как я понял это был не первый такой допрос?
-Саша я попала в руки очень страшного человека. Он крепко держит меня. Я ни в чем не могу его ослушаться.
-Дай я попытаюсь угадать его фамилию. Она часом не Смирнов? Александр Никанорович Смирнов? Я угадал?
-Да угадал. Это он.
-И чем же это он, как ты говоришь «тебя держит». Дай опять угадаю. Ты либо нагрешила как то по своей этой психиатрической части, либо через Смирнова, ты добывала ништяки разного рода. А потом выяснилось, что за них тоже надо платить. И понеслись просьбы тишайшего Александра Никаноровича. Сначала просьбы, а потом и приказы.
-Скорее второе.
-Ну вот, видишь какой я умный! Просто в сердце читаю! Но,что же ты хочешь? А понимаю. Ты пришла, извинится передо мной. Сказать, что ты мол не хотела, не знала, у тебя не было иного выбора и прочее. Ну если это так, то ты напрасно потеряла время, поджидая меня. Все это я понял там, еще тогда. И поэтому никакого зла на тебя не держу. Просто мне все равно не понятно, как ты могла связаться с такими людьми как Смирнов и Соловьев? Что заставило тебя искать их покровительства, хотя вот чувства к ним ты испытываешь явно не самые лучшие. Я этого вашего Никаноровича еще ни разу не видел, но почему то мне кажется, если у него в команде имеются, такие помощнички, как Соловьев, то думаю, что с моралью у него как то не очень. Так это или не так?
Эллина отпила из стакана, а затем посмотрев мне прямо в глаза сказала:
-Ты прав, Саша. В первую очередь, что то не так с моралью именно у меня. Иначе я бы не связалась с этими подонками. Да, когда я познакомилась со Смирновым я подумала, вот этот человек, поможет мне решить без особенных проблем, некоторые э-э-э, бытовые проблемы, ну и заодно поможет мне в некоторых сложных жизненных ситуациях. Тем более, что поначалу он ничего и не требовал взамен. Мы даже не были с ним любовниками, если ты подумал об этом.
-Да, ничего я такого не подумал,- возразил я ей,- но Эллина, продолжила, словно не слыша меня.
-Так вот, мы не были даже любовниками. Хотя любовников у меня было достаточно. Одного из них ты уже видел. Я имею ввиду Фишмана. И я не скрою, что я подходила к выбору любовников весьма прагматично. Они интересовали меня в первую очередь, так сказать с практической стороны. Со стороны той практической пользы, которую я могла бы получить от них.
Тут я уже не выдержал и расхохотался. Эллина осеклась и посмотрела на меня недоуменным взором.