Страница 30 из 33
Он твердый, толстый и с прожилками. На головке капля жидкости. У меня в голове проносится самая шокирующая мысль – я хочу лизнуть его. На мгновение это кажется неправильным, но потом я соглашаюсь. Еще до конца ночи я узнаю, каков на вкус мой возлюбленный. Так же, как он знает мой вкус.
Моя рука тянется к нему, но я останавливаюсь и бросаю взгляд на Рипа, чтобы убедиться, что не перехожу границы дозволенного.
– Роуз, делай с моим телом все, что захочешь.
Его снисходительный взгляд вскоре сменяется страстью, когда моя рука устремляется, чтобы схватить его за член.
Страсть вспыхивает во мне от одного прикосновения к этой твердой мужской плоти. Я провожу рукой вверх и вниз по его огромной длине, не в силах сдержать восхищенный стон.
Забавно, что для описания этого жесткого мужского отростка я хочу использовать слово «мягкий», но это так неожиданно, что такой твердый ствол оказался бархатистым на ощупь.
Проводя большим пальцем по маленькому отверстию на конце, я собираю скользкую жидкость и подношу ее ко рту так быстро, как будто боюсь, что он собирается отобрать у меня мой приз.
Он солоноватый, но не резкий. Мой клитор трепещет от удовольствия, когда я принимаю в себя эту крошечную частичку его тела – это первое из многих вторжений, которые произойдут сегодня вечером. Я не чувствую к нему ничего, кроме чистого принятия и привязанности.
Рип опускается на колени рядом со мной на матрасе, берет мои руки в свои, затем скользит между моих ног. Его губы находят мои в страстном поцелуе, который пронизывает меня, как лесной пожар, сжигая все оставшиеся сомнения.
Он двигается медленно, наслаждаясь ощущением наших тел, прижатых друг к другу. Его руки обхватывают мое лицо, его большой палец дразнит мою нижнюю губу, когда он шепчет мне на ухо нежные слова любви и преданности.
– Роуз.
Его ладони скользят от моих плеч к ключицам и обхватывают мою грудь.
– Как ты можешь быть такой мягкой и в то же время такой сильной?
Сегодня вечером я произвела на него впечатление. Он знал, как мне было тяжело, и восхищался мной за это. Это только усилило мою привязанность.
Его вкус, прикосновение его кожи к моей, мужской запах его тела. Все, что связано с Рипом, разжигает во мне страстное неистовство. Я хочу его больше, чем когда-либо считала возможным, и, кажется, я наконец готова сделать последний шаг к обретению собственной власти.
Ситуация каким-то образом меняется. Возможно, это битва, которую я только что выиграла со своим отцом и братьями, но я не хочу продолжать в том же духе, когда Рип обращается со мной так, словно я стеклянная.
Моя страсть сильна и горяча, и именно такой я хочу, чтобы меня воспринимали. Я не знаю слов, чтобы выразить это. Возможно, единственный путь, который я могу предпринять, – это показать ему, чего я хочу.
Я использую силу нижней части тела, чтобы показать, что хочу быть сверху. Его глаза вспыхивают от удивления, но он перекатывается вместе со мной.
В тот момент, когда мне в голову приходит следующая идея, я выпаливаю ее.
– Можно мне надеть амулет?
Внезапно мне отчаянно хочется взглянуть на мир другими глазами.
Рип не колеблется. Как только я прошу, он снимает через голову кожаный ремешок и надевает ожерелье на меня. В тот момент, когда оно касается кожи между грудей, мое видение меняется.
Рип прекраснее, чем я когда-либо видела. Комната наполнена красками, как на картине Ван Гога «Звездная ночь». Чувственный гул, пробегающий по каждой жилке и синапсу, усиливается, затем усиливается снова.
Я хочу. Мне нужно. Ощущения отчаяния.
Возможно, я произнесла это последнее слово вслух, а может, он прочитал мои мысли, потому что Рип кивает.
Я прижимаюсь к нему всем телом, наслаждаясь ощущением, как мои соски касаются его покрытой легким пушком груди.
– Рип!
Мои веки распахиваются.
Затем мой таз пробуждается, а за ним и мой трепещущие складки, которые нуждается в его прекрасном члене больше, чем в воздухе для дыхания.
Я сажусь на него верхом и скольжу вдоль его ствола.
– Рай.
Я вся мокрая от желания к нему, так что наши тела сливаются, и это скользкое скольжение. Головка его члена ударяется о мой маленький клитор при каждом движении, заставляя меня подниматься все выше с каждым толчком.
– Посмотрим, сможешь ли ты кончить вот так, – его низкий хрипловатый голос полон ожидания.
Может быть, мне нужно было его нежное побуждение, потому что эти слова что-то высвободили внутри меня. Я прижимаюсь к нему, задыхаясь от того, насколько интенсивными были эти ощущения.
Я меняю угол наклона, двигаю бедрами, ногами и тазом до тех пор, пока мне не начинает казаться, что внутри меня что-то готово взорваться.
Возможно, это из-за амулета в моем воображении вспыхивает ослепительный фейерверк, а может, из-за чисто животной силы того, что мы разделяем. Что бы это ни было, это потрясающе.
Его руки на моих бедрах, он помогает мне, направляет меня, когда моя выносливость падает. Еще одна сильная дрожь в моем влагалище, сигнализирующая о том, что внутри меня разгорается оргазм, и я обретаю второе дыхание.
– Блядь! – кричу я, вжимаясь в него, накапливая удовольствие, пока мое освобождение не обрушивается на меня с силой ураганного ветра. – Рип!
Это так вкусно, даже вкуснее, чем то, что он дал мне вчера своим ртом, потому что это моя победа. Я добилась этого сама. Я сделала так, чтобы это произошло.
Двигаясь с животной грацией, я опускаю грудь, наслаждаясь тем, как мои твердые соски касаются его, как мой клитор прижимается к нему с нужной силой.
Я никогда в жизни не чувствовала себя такой сильной.
А потом эта мысль вылетает у меня из головы, когда я встречаюсь взглядом с Рипом. Я кончаю, кончаю и соединяюсь с Рипом, и краски кружатся, и мое тело парит от удовольствия.
Я содрогаюсь от блаженства, я в объятиях Рипа, и это, без сомнения, лучший момент в моей жизни.
Еще один виток изысканного наслаждения, и я возвращаюсь к нормальной жизни.
Нет. Беру свои слова обратно. После сегодняшнего дня ничто уже не будет нормальным. После этого момента.
Я все еще дрожу, потрясенная тем, что только что сделала, тем, как далеко я вышла из своей зоны комфорта и как сильно я люблю себя.
Я люблю себя. Я никогда не могла сказать этого раньше. Никогда не была способна почувствовать это. Никогда не была способен признать это.
И с этим знанием, кажется, проще всего признать вслух еще одну удивительную вещь.