Страница 15 из 33
Глава 13
Рип
После «Вестсайдской истории» мы провели остаток вечера, разговаривая и смеясь. Такое ощущение, что времени не существует, и мы с ней – единственные люди на планете.
Роуз обещала мне киномарафон, но ни один из нас не готов к очередным эмоциональным «американским горкам». Вместо этого мы относимся к этому легко. Несмотря на то, что она рассказала мне о своих трудностях в детстве, у нее есть несколько забавных историй, которыми она может поделиться.
С двенадцатью братьями и сестрами, независимо от того, сколько трудностей они пережили, были веселые моменты.
– Мы веселились на праздниках: пели, пекли и украшали дом. Несмотря на то, что продюсеры толпились вокруг, нам удавалось чувствовать себя одной семьей.
Она замолкает и смотрит на меня после забавной истории о том, как ее младший брат в спешке намазал бутерброд с арахисовым маслом горячим желе из халапеньо вместо клубничного джема.
– А ты, Рип? Есть что-нибудь для меня?
Я думаю, у нее закончились счастливые истории, и она хочет сменить тему, пока на нее не нахлынули плохие воспоминания.
– Я уверен, что Нью-Йорк сильно изменился за последнее столетие, но в то время, когда я рос, я был в центре толпы нонконформистов. Оба моих родителя были художниками, которые пренебрегали правилами.
Я усмехаюсь, когда понимаю, что мое детство было полной противоположностью ее детству.
– Пока ты была занята соблюдением всех правил из-за страха наказания, мне было позволено разгуливать на свободе. Это был довольно богемный образ жизни.
Я замолкаю, раздумывая, стоит ли делиться своей глубочайшей болью. Конечно, я должен. Разве Роуз не поделилась со мной сегодня десятком своих болезненных воспоминаний?
– Я всегда был самым молодым в своей компании, – усмехнувшись, говорю я. – В моей жизни так много иронии, что теперь я самый старый человек на планете.
Я замираю на мгновение, зная, что то, что последует дальше, вызовет у нее недовольство, независимо от того, насколько сильно изменились обычаи за эти годы.
– У меня были… любовницы.
Я вглядываюсь в ее лицо. В тот момент, когда все рухнет, я попытаюсь исправить ущерб, нанесенный моими словами.
– Конечно, ты это делал. В наше время это не шокирует.
Почему я сомневался в том, что Роуз примет меня? Даже за то короткое время, что мы знакомы, я понял, что она не осудит меня.
– Я был глубоко, безумно влюблен в Изабель Дешам в течение многих лет. Она была на десять лет старше меня. Это было дико и отчаянно и продолжалось более десяти лет. Я думал, что мы будем вместе вечно. Пока она не бросила меня ради парня, едва вышедшего из подросткового возраста.
Я поглаживаю большим пальцем костяшку пальца Роуз, избегая ее взгляда.
– После этого некоторое время я жил в Нью-Йорке, но, когда у меня возникли проблемы с восстановлением самооценки, я купил этот коттедж, чтобы спрятаться на некоторое время. Теперь я понимаю, как глупо было с моей стороны следовать инструкциям на амулете. Кто мог сделать такой идиотский выбор? Мое единственное оправдание в том, что я и представить себе не мог, что заклинание сработает.
– Я так рада, что ты поделился этим со мной, Рип. Мы оба боремся со старыми демонами, но, должна признать, я так рада, что ты здесь.
Роуз поворачивается на своем сиденье, давая понять, что хочет, чтобы я посмотрел на нее. Ее блестящие зеленые глаза сияют. Она облизывает губы и закрывает веки, всем своим видом давая понять, что готова к поцелую.
Я пообещал себе, что не буду торопиться. Я не собираюсь поддаваться на ее сигналы, говорящие об обратном. В глубине души я чувствую, что есть неправильный и правильный способы ухаживать за Роуз Беннетт. Я хочу сделать это правильно. Это будет еще более захватывающе, когда мы наконец будем вместе.
Вместо того, чтобы последовать ее молчаливому приглашению, я одним пальцем поворачиваю ее лицо к себе. Невозможно не заметить разочарование и тоску на ее лице.
– Завтра мы найдем время для твоего первого урока рисования. Я поделюсь с тобой всеми своими художественными секретами.