Страница 32 из 36
Глеб наклоняется ниже. Его губы накрывают мои — медленно, с каким-то тягучим, голодным отчаянием. В этом поцелуе больше нет вчерашней нерешительности или попытки прощупать почву. Только чистый, оголённый нерв и та едва уловимая дрожь в его пальцах, которая выдаёт с головой. Он теряет контроль, и эта капитуляция прекрасна.
Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, он утыкается лбом в мой лоб, тяжело и хрипло выдыхая:
— Спи, пышечка моя сладкая. Я караулю.
Закрываю глаза, впитывая каждой клеточкой кожи его присутствие, его запах, его тепло. Ловлю себя на мысли, что тону в нём без остатка.
Но где-то там, за стенами этой палаты, уже наступает утро. Утро, которое принесёт результаты теста. Утро, где Штернов ждёт нашей ошибки. До родов остались считанные дни, а я так и не знаю, успела ли фикция стать моей единственной осязаемой реальностью. Слишком поздно. Ответы придут завтра, и, возможно, они разрушат всё.