Страница 18 из 69
Ветер.
Голоса людей.
Сотни лиц.
Смех.
Плач.
Истории.
Переходы.
Выборы.
Свобода.
И ещё — тепло чужой руки, которая не удерживает, а идёт рядом.
Её дыхание стало глубоким.
Медленным.
Она закрыла глаза.
И впервые за долгое время… позволила себе не двигаться.
Алёша опустился на колени перед ней.
Его голос был почти шёпотом.
— Моя судьба.
Свет вспыхнул последний раз.
И резко исчез.
Тени вернулись.
Контуры предметов стали чёткими.
Воздух снова стал обычным воздухом.
Но площадь уже была другой.
Анна тяжело выдохнула.
— Это… это… что сейчас было?!
Старший выпрямился.
Посмотрел на них всех.
И произнёс спокойно:
— Круг признания завершён.
Елена прошептала:
— Что это значит…
Он ответил:
— Связь установлена.
Лада медленно сказала:
— А если мы не хотим?
Пауза.
Долгая.
Тяжёлая.
Старший посмотрел на неё внимательно.
— Тогда вы должны разорвать её.
Анна резко:
— КАК?!
И он ответил:
— Через испытание огнём.
И в этот момент в центре площади загорелся новый костёр.
Огонь в центре площади загорелся без треска.
Не было привычного хлопка смолы, не было скачущих языков пламени, не было дыма. Свет просто появился — сразу высоким, ровным, неподвижным столбом, будто кто-то поставил вертикальный поток солнечного света прямо на камень.
Он горел бело-золотым.
И не грел.
Это Елена поняла первой.
Она осторожно протянула ладонь ближе — и остановилась, не дойдя совсем чуть-чуть.
Кожа не ощущала жара.
Но внутри груди стало горячо.
Как будто тепло шло не снаружи, а навстречу изнутри.
Она резко отдёрнула руку.
— Он… не горячий…
Анна шагнула рядом.
— Не бывает не горячего огня.
Она тоже поднесла ладонь.
И мгновенно сжала пальцы.
— Нет… он… он будто… смотрит.
Лада тихо сказала:
— Это не огонь для тела.
Алёша ответил спокойно:
— Для связи.
Пламя не колебалось.
Не реагировало на воздух.
Оно стояло абсолютно неподвижно — идеально ровным цилиндром света, уходящим вверх настолько высоко, что взгляд терял границу.
И внутри него что-то двигалось.
Не формы.
Не тени.
Глубина.
Как если смотреть в прозрачную воду, под которой течение идёт в другом направлении.
Старший подошёл ближе.
Остановился у самой границы света.
— Испытание разрыва, — произнёс он ровно. — Кто не принимает связь — проходит сквозь огонь. Один. Без удержания. Без сопровождения.
Анна резко повернулась к нему.
— А если не пройдёт?
Он ответил без паузы:
— Тогда связь остаётся.
Тишина упала тяжёлая, почти вязкая.
Лада смотрела на огонь не мигая.
— А если… — она медленно выдохнула, — если человек войдёт… и не выйдет?
Старший ответил тихо:
— Тогда свет не отпустил.
Анна резко выдохнула.
— Отлично. Просто отлично. Вы похитили нас из другого мира, привязали к каким-то мужикам и теперь предлагаете пройти через космический костёр, чтобы доказать, что мы не хотим за них замуж.
Её витязь смотрел спокойно.
— Ты не обязана.
Она повернулась к нему резко.
— Ты только что сказал, что если не пройду — связь останется.
— Да.
— Значит обязана.
Он долго молчал.
Потом сказал:
— Если хочешь разорвать.
Елена стояла неподвижно.
Она не смотрела на огонь.
Она смотрела на людей вокруг.
Никто не улыбался.
Никто не выглядел довольным.
Но и никто не сомневался.
Они наблюдали с той серьёзной сосредоточенностью, с какой смотрят на момент, который важнее жизни.
Она тихо спросила своего витязя:
— Ты хочешь… чтобы я прошла?
Он ответил сразу.
— Нет.
Она медленно подняла на него взгляд.
— Почему?
— Потому что свет может забрать.
Слова были сказаны спокойно.
Без драматизма.
Как факт.
Алёша стоял рядом с Ладой, руки за спиной, пальцы сцеплены.
Его плечи были напряжены сильнее, чем раньше.
Она заметила это.
— Ты тоже не хочешь?
Он тихо сказал:
— Не хочу тебя терять.
Она усмехнулась нервно.
— Ты меня ещё не нашёл.
Он посмотрел прямо ей в глаза.
— Уже.
Анна резко развернулась.
— Так. Стоп. Мне нужно подумать.
Она начала ходить по краю круга — быстрыми шагами, резко поворачиваясь, размахивая руками.
— Значит… если я ничего не делаю — я связана. Если я иду в огонь — могу умереть. Если не иду — всё остаётся как есть. Великолепный выбор.
Она резко остановилась перед пламенем.
Свет отражался в её глазах, делая зрачки почти золотыми.
— И вы… просто стоите и смотрите?
Старший ответил:
— Решение должно быть свободным.
— Да вы издеваетесь…
Елена вдруг сделала шаг вперёд.
Никто не ожидал.
Даже она сама.
Она подошла к самому краю света.
Остановилась.
Пламя не шевельнулось.
Оно словно… ждало.
Она тихо сказала:
— Если я войду… я узнаю… что чувствую на самом деле?
Старший кивнул.
— Свет не лжёт.
Лада резко повернула голову.
— Лена…
Но Елена не отрывала взгляд от сияния.
Её витязь сделал шаг вперёд.
Очень осторожно.
— Ты не обязана проверять.
Она ответила тихо:
— Я должна знать.
Анна замерла.
— Подожди. Мы не обсуждали это!
Елена закрыла глаза.
На мгновение.
Вдохнула.
И шагнула ближе.
Так близко, что свет коснулся края её одежды.
Ткань не загорелась.
Но воздух вокруг неё стал ярче.
Её витязь резко протянул руку — но остановился, не коснувшись.
Пальцы зависли в нескольких сантиметрах от её плеча.
Он не имел права удержать.
Лада чувствовала, как сердце колотится в горле.
Алёша рядом с ней был неподвижен, как камень.
Но дыхание его стало тяжёлым.
Елена открыла глаза.
Свет отражался в них чистым золотом.
Она прошептала:
— Если я вернусь… я скажу правду.
И шагнула внутрь.
Свет сомкнулся вокруг неё мгновенно.
Не вспыхнул.
Не ударил.
Просто принял.
Её силуэт стал размытым.
Потом — прозрачным.