Рассвет над Эдемом

Кай подошел к лифту. Кольцо на пальце тускло блеснуло в свете аварийных ламп. Он приложил его к сенсору. Зеленый свет и двери открылись. Он шагнул внутрь. Нажал кнопку и лифт пошел вверх, плавно, бесшумно, как все в этом фальшивом раю.

Кай смотрел на свое отражение в зеркальной стене. Разбитая губа, заплывший глаз, кровь, засохшая на щеке. Он выглядел как мусор, который система перерабатывает в удобрения. Но глаза горели тем холодным, хищным огнем, который не погас, даже когда его пытались потушить.

«Я верну ее, — сказал он себе. — Даже если придется сжечь это место дотла».

Он вспомнил Лейю. Ее тело среди руин. Чип, зажатый в мертвой руке. Свою клятву, которую не сдержал.

«Не сдержал тогда. Сдержу сейчас. Я иду, — сказал он ей мысленно. — Держись. Я иду».

Глава 30

Кай шел быстро, но без спешки. Дроны, что попадались ему по пути, он сбивал без раздумий. Нож летел точно в сенсор, в двигатель, в сочленение корпуса. Машины падали, искря, и он подбирая нож, шел дальше не сбавляя шага.

Один раз чуть не пропустил выпущенный дротик. Тонкая игла просвистела в сантиметре от виска, ушел рефлекторно, пригнувшись. Псы пока не попадались. Видать, Совет был уверен, что в этот сектор никто не доберется. Слишком высокий уровень доступа и много ступеней защиты. Доверились системе. Ошибка, которую Кай собирался использовать.

Но камеры были утыканы повсюду. Он чувствовал их взгляд, десятки крошечных глаз, вмонтированных в стены и потолок. Где-то наверху, в зале Совета или в личных апартаментах, его уже видели и знали, где он. Вопрос, кто успеет первым.

Выйдя в лифтовой холл Кай приложил кольцо к сенсорной панели. Секунда. Другая и загорелся зеленый свет. Двери открылись без звука, но только он хотел войти как за спиной щелкнул затвор.

Звук, который он узнал бы из тысячи. Армейская винтовка, серии «Коготь». Снята с предохранителя, патрон дослан в ствол, который уткнулся ему между лопаток. Туда, где даже импланты не спасут.

— Стоять, — сказал голос. — Руки. И не дергайся.

Кай замер и очень медленно поднял руки. Он узнал этот голос.

— Стивен Кобс, — сказал Кай ровно.

— Какой догадливый, — ответил голос. — Думаешь твои движения не засекли? Думаешь, мне не доложили, что ты активировал лифт на третий уровень? Знал, что Амалия дура, которая думает не тем местом, растерять последнии мозги из-за горы мышц и дать ключ ублюдку из Сопротивления…

Кай стоял не двигаясь, думая и просчитывая варианты как разобраться с этим придурком.

— Молодец что пришел сюда, — сказал Кобс. — Я люблю, когда все решается без протоколов. Просто — ты, я и моя маленькая потайная комната, где мы можем поговорить по душам.

Кобс шагнул ближе и Кай почувствовал его дыхание с запахом табака и перегара. Рядом зашуршала форма, значит были еще двое. Он не видел, но знал: Псы.

— А теперь… медленно. Руки за голову. И пошли.

Кай не двинулся.

— Я сказал…

— Слышал, — перебил Кай. — Интересно, Стив Кобс. Ты всегда так самоуверен? Или только когда за спиной два пса и оружие в руках?

— Что ты сказал? — голос Кобса стал жестче.

— Вроде не глухой… или может тупой? — Кай говорил медленно, растягивая слова.

— Ах ты, выродок…

Кай почувствовал, как приклад винтовки врезался в затылок. В следующую секунду его схватили за плечи, рванули вниз, выкручивая руки за спину. Боль в зашитом плече взорвалась огнем.

— На колени! — рявкнул Кобс.

Его толкнули. Колени ударились о металлический пол, но Кай удержался, не упал лицом вниз. Псы класса «Бета» держали руки, выкрученные за спину, и каждое движение отдавалось в плече иглами боли. Но он терпел, еще не время, нужно чтобы они расслабились, притворится слабым.

Кобс обошел его спереди. Опустился на корточки, заглядывая в лицо.

— Ну что, солдатик, — прошептал он. — Ты кого тут назвал тупым?

И нанес удар. Сначала в лицо кулаком, со всей силы в переносицу. Потом еще раз в скулу, отворачивая голову. Но Кай сплюнув кровь, тихо рассмеялся.

— Тебе смешно? — Кобс замер, в его голосе прорезалось непонимание.

— Смешно, — прохрипел Кай. — Такое впечатление что ты боишься меня. Поэтому… спешишь. Уже зная, кто я, догадываешься, что твоя охрана всего лишь класса «Бета» не помогут. — Он поднял голову, глядя Кобсу прямо в глаза. — Знаешь: если я встану… ты сдохнешь.

Кобс побелев от ярости размахнулся снова, удар пришелся в бровь. Кай почувствовал, как лопается сосуд, как глаз заливает теплым, как мир сдвигается, становясь красным.

— Ты! — Кобс схватил его за волосы, дернул назад, заставляя смотреть в потолок. — Ты — никто! Всего лишь крыса и мясо для Игр! Я сделаю так, что ты будешь умолять убить тебя!

— Это все, что ты умеешь? — выдохнул Кай.

Кобс замахнулся снова, но в этот раз Кай был готов.

Адреналин, который он сдерживал последние минуты, выплеснулся в кровь горячей, обжигающей волной. Импланты в позвоночнике, дремавшие с момента отключения армейских протоколов, проснулись. Мир замедлился и Кай видел каждое движение Кобса: как кулак летит к лицу, как Псы слева и справа чуть ослабляют хватку, предвкушая зрелище.

Он не вставая, нырнул вперед и вниз, уходя от удара. Псы не ожидали и их руки соскользнули с его запястий, и в следующий миг Кай уже был на ногах. Кулак влетел под шлем левому Псу, импланты удвоили силу. Пес рухнул, не успев даже вскрикнуть. Второй успел выхватить нож, но не успел его даже применить. Кай шагнул и перехватив руку с оружием, вывернул и лезвие оказалось в горле. Короткое, резкое движение, и тело оседает на пол, захлебываясь кровью.

Кай повернулся к Кобсу и врезался в него раненым плечом, боль взорвалась ослепительной вспышкой, но адреналин быстро погасил ее. Кобс отлетел к стене, винтовка выпала, застучав по полу.

— Стоять! — заорал Кобс, выхватывая из-за пояса пистолет. — Я убью тебя!

Кай не остановился. Он схватил руку с пистолетом, зажал, выкручивая, и выстрел ушел в потолок. Затем ударил в корпус, под дых, вышибая дыхание, потом локтем в лицо, ломая нос, дальше коленом в пах, от чего Кобс согнулся, выпуская оружие. Кай поймав его за горло прижал к стене.

Кобс хрипел, царапал его руки, но Кай не отпускал. В глазах ублюдка теперь вместо уверенности плескался животный, первобытный ужас.

— Ты… — прохрипел Кобс, — ты не посмеешь… я член Совета… я…

Кай усмехнулся.

— Для меня ты — никто, — сказал он. — Просто мясо.