Страница 95 из 124
Глава 41
Глава 41
Дверь в стене бесшумно открылась, впуская меня в покои короля.
Я шагнула внутрь и тут же замерла.
Из спальни донесся приглушенный рык, низкий и предупреждающий. Через мгновение на пороге показался огромный черный пес.
Клык.
У меня пересохло во рту. Я вдруг очень ясно представила, что случилось бы, если бы собака решила, будто я угрожаю хозяину. После всего пережитого погибнуть от клыков королевского пса было бы поистине нелепым финалом.
Но Клык, узнав меня, перестал рычать. Хвост его дернулся, потом радостно завилял. Пес подошел ближе, ткнулся мокрым носом в мою ладонь и довольно фыркнул.
Я выдохнула с таким облегчением, будто только что избежала смертельной опасности.
И этот непроизвольный страх мгновенно отрезвил.
Что я здесь делаю? Зачем пришла?
Я же собиралась только убедиться, что с Адрианом все в порядке. Издалека. Незаметно. Не будить его, не говорить, не приближаться.
Глупая ложь. Я хотела увидеть его. И именно поэтому мне нужно было немедленно уйти.
Я уже повернулась к тайному ходу, когда из спальни раздался хриплый, но твердый голос:
— Кто там?
Проклятье.
Он проснулся в самый неподходящий момент.
Может, если я сейчас быстро уйду, он решит, что ему показалось?
— Велея, это ты?
Следующая фраза лишила меня последней надежды.
Я мысленно выругалась и, поняв, что бегство будет выглядеть совсем уж жалко, подошла к двери спальни. Остановилась на пороге.
— И как ты понял, что это я? — спросила я, стараясь звучать спокойно.
Клык шел следом, все еще виляя хвостом и время от времени тыкаясь носом мне в руку.
Адриан был все еще бледен, но выглядел гораздо лучше, чем днем. Он сидел на кровати, прислонившись спиной к изголовью, и смотрел на меня слегка насмешливо. Волосы растрепались, рубашка была расстегнута на груди, повязки темнели на боку и плече, но в глазах уже снова появился знакомый живой огонь.
— Во-первых, кроме нас, никто не знает о тайном ходе, — протянул он. — Во-вторых, если бы это был кто-то другой, Клык уже вцепился бы ему в горло.
Пес, услышав свое имя, довольно заворчал.
— А в-третьих? — спросила я, хотя уже пожалела, что подала ему повод продолжить.
Адриан чуть прищурился.
— Твой запах.
Последние слова прозвучали ниже, хриплее. В его взгляде зажглись огни, от которых у меня невольно пересохло в горле.
— Ты учуял меня из другой комнаты? — спросила я, едва скрывая смущение.
— Ты даже не представляешь, как остро я тебя чувствую.
Он протянул руку.
— Подойдешь? Раз уж пришла, составь компанию больному.
Я уловила в его голосе иронию и нахмурилась.
— Еще недавно ты был готов умереть, только бы не признать, что болен, — язвительно заметила я, все же делая несколько шагов вперед. — А теперь пытаешься вызвать во мне сочувствие, притворяясь беспомощным? Я прекрасно знаю, что опасность миновала.
— Ну, по крайней мере, я попытался, — усмехнулся Адриан. — Надо же извлечь хоть какую-то выгоду из своего положения.
— Ты невыносимый эгоист.
— Зато живой.
Эти слова неожиданно больно отозвались в груди.
Я отвела взгляд первой.
Кресло стояло недалеко от кровати. Я уже собиралась сесть туда, но Адриан указал на место рядом с собой.
— Здесь тебе будет удобнее.
— Ты так уверен?
— Я так ослаб, что едва вижу и слышу тебя отсюда, — притворно слабым голосом сказал он. — Прояви милосердие.
Я покачала головой, но губы сами дрогнули.
— Ладно. Пусть будет так. Но если ты хотя бы попытаешься наброситься на меня, я сразу уйду.
Адриан внимательно посмотрел мне в лицо.
— Я уже целую неделю веду себя как примерный мальчик. Разве за это время я дал тебе повод думать, что сделаю что-то против твоей воли?
Я немного помедлила.
Нет, не дал, поэтому я, ненавидя себя за слабость, все-таки села рядом.
Стоило мне опуститься на край кровати, как Адриан взял меня за руку. Крепко, но не больно. Я тут же напряглась и возмущенно посмотрела на него.
— Я просто немного подержу тебя за руку, ладно? — он улыбнулся так обезоруживающе, что у меня перехватило дыхание. — Ты даже не представляешь, как я по тебе скучал.
Большой палец медленно погладил мою кожу.
По телу разлилось приятное тепло.
Не резкое, не опасное, как прежде, а мягкое. Глубокое. Будто где-то внутри отозвалась та самая серебряная нить, которую я почувствовала днем, когда пыталась вытащить яд из его крови.
Я с досадой поняла: страх действительно ушел.
И Адриан это видел.
— Честно говоря, я удивлен, что ты пришла, — осторожно сказал он, пристально глядя мне в лицо.
— Я просто хотела убедиться, что опасность миновала.
Голос прозвучал ровно, но внутри все болезненно сжалось.
Я сглотнула ком, подкативший к горлу, и добавила уже тише:
— И еще… Я так и не поблагодарила тебя. За то, что ты сделал. Ты спас мне жизнь.
Адриан чуть улыбнулся.
— Если бы я знал, что это так на тебя подействует, я бы каждый день убивал по такому чудовищу.
Я посмотрела на него с упреком.
— Я пытаюсь тебя поблагодарить, а ты смеешься. Ты ведь сам едва справился.
Слова вырвались резче, чем я хотела.
Я тут же пожалела.
Глаза Адриана прищурились. Он дернул меня к себе, и я, не успев удержаться, упала на кровать рядом с ним.
— Насколько я помню, ты недавно согласилась, что я накажу тебя за дерзость, — тихо сказал он. — Не бойся, мне это в тебе нравится. Особенно то, что теперь мы оба на «ты».
Он подмигнул.
Я напряглась и попыталась освободиться.
Но король уже не был так слаб, каким выглядел. Я дернулась, оказавшись прижатой к постели его сильным телом, и попыталась ухватиться за прежний страх. За воспоминание о боли. За любую причину, которая могла бы остановить нас обоих.
Но вместо страха внизу живота родилось предательское волнение.
Видимо, сказалась неделя вынужденного отдаления. Мое тело так привыкло к Адриану, что теперь отзывалось на его близость почти мучительной тягой.
Я снова и снова вдыхала знакомый запах: жаркий, терпкий, с дымной горечью и чем-то огненным, опасным. В нем уже проступали нотки желания, и мое тело отвечало на них с пугающей готовностью.
Адриан уткнулся носом мне в шею и глубоко вдохнул.
Потом глухо пробормотал:
— Наконец-то… Ты снова хочешь меня.
— Это не так, — яростно выдохнула я, снова пытаясь вырваться.