Страница 54 из 124
— Мне нравится, когда ты такая, — наконец произнес он неожиданно мягко. — Когда перестаешь воевать с собой.
Я тут же попыталась оттолкнуть его.
На губах Адриана появилась насмешливая улыбка.
— Ну вот, я вижу, ты пришла в себя. Значит, можем продолжить.
Он уложил меня на спину и навис сверху.
Несколькими быстрыми движениями избавился от оставшейся одежды, затем подхватил мои ноги и устроил меня так, что я невольно вспыхнула. Поза казалась слишком откровенной, слишком подчиненной его власти.
Я попыталась возмутиться, но Адриан уже входил в меня — медленно, мощно, удерживая крепко, не давая отстраниться.
На этот раз он не торопился.
Двигался плавно, почти лениво, будто нарочно растягивал каждое мгновение. И вскоре я уже не думала сопротивляться. Наоборот — сама подавалась ему навстречу, желая быстрее почувствовать его ближе, глубже, до той границы, за которой исчезают стыд и разум.
Но перехватить инициативу он не позволил.
Он сам задавал ритм.
Сам решал, когда приблизить меня к наслаждению и когда снова заставить ждать.
Я закусила губу, чтобы сдержать нетерпеливый стон.
Резкий толчок оказался таким неожиданным, что я вскрикнула. Но почти сразу Адриан отстранился, заставив меня разочарованно выдохнуть.
Я услышала его тихий смешок. И в следующий миг он снова оказался во мне. Эта мучительная, дразнящая игра повторялась снова и снова, пока я окончательно не потеряла остатки самообладания.
— Попроси, — хрипло сказал он, заставляя меня смотреть ему в глаза.
— Что? — я не сразу поняла.
— Попроси, — повторил он, замерев. — И я дам тебе все, что ты хочешь.
Я тут же сообразила, на что он намекает.
И замолчала из упрямства.
Адриан усмехнулся и продолжил мучить меня медленными, едва выносимыми прикосновениями. Он доводил до края и не позволял сорваться, словно хотел доказать: даже мое удовольствие теперь в его власти.
— Пожалуйста, хватит, — выдохнула я, сдаваясь окончательно.
Новая волна желания уже поднималась внутри, горячая, неуправляемая.
— Чего ты хочешь, Велея?
Я зажмурилась.
Гордость отчаянно сопротивлялась, но тело уже выбрало за меня.
— Тебя, — почти беззвучно призналась я. — Сейчас.
— Как скажешь.
В его голосе прозвучало довольство. На этот раз он больше не стал дразнить.
Движения постепенно ускорялись. Он подстраивался под мой ритм, а мое тело отвечало ему так послушно, будто всю жизнь знало, как это делать. Новая волна удовольствия оказалась еще сильнее прежней. Какое-то время я почти не могла дышать, судорожно хватая воздух ртом.
А потом снова почувствовала, как Адриан в последний миг отстраняется. Он не позволил себе завершить все внутри меня. И это снова больно кольнуло.
Почему мне было так важно, чтобы он не отступал? Чтобы принял меня полностью? Чтобы признал достойной не только своей постели, но и возможного будущего?
Ответ я уже знала.
Тогда он доказал бы, что я для него больше, чем временное увлечение.
Хотя это только усложнило бы мои планы.
Я ненавидела себя за эти противоречивые, совершенно нелогичные чувства.
Когда я выходила из палатки короля, до рассвета оставалось всего три часа.
Часовые провожали меня тяжелыми, масляными взглядами и едва заметными усмешками. Сомнений не было: они слышали достаточно, чтобы утром лагерь смотрел на меня иначе.
Я снова почувствовала себя оскверненной.
Как я вообще до такого докатилась?
Делю постель с человеком, который разрушил мою жизнь, — и, что хуже всего, нахожу в этом удовольствие.
Утешало одно: это не продлится долго.
Месть очистит меня. Смоет эту слабость. И тогда я смогу простить себе то, что сейчас казалось падением.
Немного воодушевленная этой мыслью, я расправила плечи и сделала вид, будто взгляды королевских солдат меня не задевают.
Подошла к своей палатке и забралась под одеяло рядом с крепко спавшей Лиорой.
Глубокий сон накрыл почти сразу. Только он помог на время отогнать мрачные мысли.