Страница 15 из 124
Глава 7
Глава 7
Три года растворились в череде бесконечных, медленно текущих часов. Иногда мне казалось, что все они сложились в один нескончаемый день: колокол к службе, молитвы, холодная вода в кувшине, шорох платов в коридоре, короткие разговоры вполголоса — и снова тишина.
Я изменилась до неузнаваемости.
Каждое утро, глядя в зеркало, я ловила себя на мысли, что смотрю на чужое лицо.
— Если бы король Адриан увидел тебя сейчас, он бы точно не отвернулся, — задумчиво сказала Лиора, отрываясь от вышивания у окна.
Моя рука с гребнем замерла на полпути.
Я криво усмехнулась.
Северина оказалась права. Когда во мне проснулась кровь ледяных драконов, внешность изменилась так резко, что иногда становилось не по себе. Кожа будто светилась изнутри. Фигура обрела плавные, женственные очертания, которые не могло скрыть даже бесформенное платье послушницы.
Но сильнее всего изменилось лицо.
В нем проступило сходство с матерью, хотя тетя уверяла, что я даже превзошла ее. Правильные черты стали резче, выразительнее. Изгиб бровей придавал лицу упрямое, почти дерзкое выражение, а губы, прежде узкие и бледные, стали мягче и ярче.
Волосы из тускло-русых превратились в густые, тяжелые, с холодным лунным отливом. Глаза тоже изменили цвет: из бледно-голубых стали почти стальными. Лиора не раз признавалась, что мой взгляд иногда пугает ее своей остротой.
Я не сомневалась: если бы сейчас предстала перед Адрианом, он бы не отшатнулся.
Но теперь я больше не хотела его внимания.
За эти три года он ни разу не навестил меня. Не написал ни строчки. Не передал ни одного слова. Все, что я знала о его жизни, я узнавала от Кайрана, который часто приезжал в Обитель Семи Огней, якобы навещая свою подопечную.
Поначалу мне даже не верилось, что когда-то я любила Адриана.
Теперь он вызывал во мне такую ненависть, что порой становилось страшно. Она росла с каждым днем, крепла, темнела, пускала корни. И все же иногда я ловила себя на странной мысли: если бы он не был так равнодушен, если бы хоть изредка давал о себе знать, может быть, эта ненависть не стала бы такой всепоглощающей.
Безразличие ранило больнее жестокости.
А новости о том, как часто он меняет любовниц, только подливали масла в огонь. Раяна, говорили, куда-то исчезла: то ли надоела ему, то ли сама не выдержала соперниц. Теперь при дворе шептались, что ни одна женщина не задерживается рядом с королем надолго.
— Плевать, как бы он на меня отреагировал, Лиора, — ответила я сухо. — Вряд ли мы с ним вообще когда-нибудь встретимся. Разве что косвенно — когда я отправлю к нему того, кто его убьет.
Лиора отложила вышивку и внимательно посмотрела на меня.
— Ты все еще не хочешь, чтобы это сделала я?
— Мы уже говорили. Я не позволю тебе рисковать жизнью. Я даже против того, чтобы ты ехала в Северицу вместо меня. Может, все-таки попробуем устроить побег?
Она покачала головой.
Мы обсуждали это с Кайраном не раз. Обитель охранялась слишком хорошо, чтобы вывести отсюда двух женщин незаметно. Ему пришлось бы рискнуть своим положением, а значит, и всем, что он выстраивал эти годы.
К тому же в случае побега Адриан не оставил бы от Обители Семи Огней камня на камне. Северину и других сестер ждала бы суровая кара.
Риск был слишком велик.
— Лорд Тангрид считает, что это необходимо, — мягко сказала Лиора. — И я сама этого хочу.
— Правда хочешь?
Я повернулась к ней и пристально посмотрела в глаза.
— Или просто не хочешь разочаровать Кайрана?
Девушка вспыхнула и опустила взгляд.
— Что и требовалось доказать, — с досадой сказала я. — Где твоя гордость? Ты бегаешь за ним как щенок, ловишь каждый взгляд. Поверь моему опыту: ни один мужчина этого не оценит. Вытрет ноги и пойдет дальше.
— Не надо всех мерить по Адриану! — Лиора вдруг вскинула голову, и в ее глазах сверкнул огонь. — Лорд Тангрид не такой.
— Ну да. Конечно.
Я усмехнулась и снова повернулась к зеркалу.
— Все, что он делает, — ради великой цели, — привычно раздалось у меня за спиной.
Я только закатила глаза.
Ее слепая любовь к Кайрану порой поражала меня. Она будто не видела, что этот человек без колебаний отдал бы ее в руки палачей, если бы того требовал план.
Хотя, если быть честной, иногда я замечала в глазах Кайрана проблески интереса к молодой подопечной. Не нежность — нет. Скорее, короткое смятение, которое он тут же прятал под привычной холодностью. Ее обожание пробивало его броню.
Но влияло ли это на его решения?
Сомневаюсь.
И все же я не могла не восхищаться Кайраном.
За три года он сумел организовать в Земле Льда мощное тайное движение. Восстания вспыхивали то в одном городе, то в другом, и Адриану приходилось тратить силы на их подавление. Особенно удачным ходом стала легенда о Тени Северицы — таинственном предводителе, от имени которого действовали повстанцы.
Истинную личность этой «тени» знали только мы с Кайраном.
Когда придет время, меня объявят последней надеждой Земли Льда. Возможно, я даже лично возглавлю армию, в которую войдут не только повстанцы, но и союзники из других земель. Кайран тайно вел переговоры и, судя по редким намекам, добился немалых успехов.
К моему удивлению, нашлись правители, готовые нас поддержать.
Они видели в Адриане угрозу. Молодой король уже значительно расширил владения и вряд ли собирался останавливаться. Им было выгодно ослабить его чужими руками.
Как Кайрану удалось завоевать доверие Адриана и стать его ближайшим советником, оставалось загадкой. Но чем больше его планы обретали плоть, тем яснее я понимала: он сможет выполнить обещание, данное три года назад.
Однако переходить к открытому противостоянию было рано.
Мое присутствие в обители служило для Адриана залогом. Живая, пусть и нелюбимая жена. Наследница Земли Льда. Пока я здесь, он не станет истреблять повстанцев с особой жестокостью, опасаясь спровоцировать соседей.
Поэтому Кайран не торопился.
А я ждала с замиранием сердца дня, когда муж вспомнит о нежеланной жене и вызовет ее к себе.
Мне уже исполнился двадцать один год, но Адриан молчал. Прошло полтора месяца после полного пробуждения крови, а от него не было ни слуху ни духу.
Я терялась в догадках.
Неужели он решил навсегда оставить меня в Обители Семи Огней и отказаться от своих планов?
В других обстоятельствах я бы обрадовалась.
Сейчас это грозило разрушить все наши замыслы.