Страница 31 из 77
Ого! Он тоже не избежал увлечения медиумами в начале своего правления. Участвовал в сеансах Даниэля Хьюма из Коннектикута с подачи супруги Марии Александровны. Дух Николая вызывали, совета хотели спросить по поводу реформ.
Это было нечто! Стол взлетел и принялся отбивать ножками «Боже, царя храни!». Раздавались четкие стуки в ответ на вопросы. Царю чудились прозрачные светящиеся пальцы. Очень яркое переживание, он пронес его через всю жизнь.
Но не все так просто.
— У нас даже спиритическая пресса под цензурным запретом. Ты помнишь результат работы комиссии Менделеева? — неуверенно напомнил Кате историю шестилетней давности.
Тогда, в 1875-м, на фоне всеобщего помешательства из-за сеансов «животного магнетизма» была собрана научная комиссия из физиков.
Спиритов защищали публицист Аксаков, химик Бутлеров и биолог Вагнер. Проведенная проверка доказала мистификацию и сопровождалась постоянными скандалами.
В ответ поклонники спиритизма обвинили комиссию в нечестной игре и невежестве. Ох, сколько было криков!
— Саша, — упорствовала дуся. — Оставь свой скепсис хотя бы на час. Если все получится, мы зададим вопросы. Не только о коршуне, но и о тех, кто тебе угрожает. Ты же пошел навстречу покойной супруге, когда она тебя попросила встретится с Хьюмом. Почему мне отказываешь?
Она была настойчива и честна в своем порыве. Суеверие — последнее прибежище отчаявшейся женщины, ее и танком сейчас не остановишь.
— Хорошо, — согласился, и княгиня просияла.
Глупость, конечно, поддаваться женским капризам. Но ведь в 21 веке я никогда не присутствовал на спиритических сеансах, почему бы разок не развлечься.
Боясь, чтоб я не передумал, Катя схватила меня за руку и потащила наверх.
В её покоях все уже было готово. Темная комната, шторы плотно закрыты. Посредине комнаты спиритический стол с доской, на которой были нанесены буквы английского алфавита. Фарфоровое блюдце с наклеенной чёрной стрелочкой на одном из краев. Свечи, расположенные так, чтобы создавать таинственный полумрак. Несколько женщин, включая особу лет за сорок, в скромном платье, без украшений и с убранными в гладкую прическу волосами.
«Мисс Кейт Фокс!» — догадался я.
— Не будем терять времени, — попросил, когда меня представили американке.
Расселись под шуршание женских юбок.
По просьбе медиума образовали «спиритическую цепь», взявшись за руки.
— Когда я вступаю в контакт с духом, — отрывисто поясняла Фокс, не сводя с меня глаз, — для коммуникации используем условный код. Один стук — «да», два — «нет». Для уточнения применим «алфавит духов»: буду последовательно называть буквы, и в ответ на нужную раздастся стук. Так сложим слова и фразы.
Ожидаемо. Интересно, она имитирует стук, щелкая пальцами ноги? Где-то слышал, что подобное практиковалось.
— Возможна частичная материализация духа, — нагнетала Кейт замогильным голосом. — Не нужно этого бояться. Во время сеанса у мистера Ливермора в Нью-Йорке мы увидели недооформившуюся фигуру его супруги Эстеллы. Все закончилось без драмы.
Дамы ахнули. Катя сжала мои пальцы.
Фокс закатила глаза и глухо объявила:
— Духи не хотят общаться со скептиками. Очистите свой разум от сомнений.
В комнате воцарилась тишина. Лишь звуки напряженного дыхания и слабое потрескивание сгорающих свечей.
Я не отрывал глаз от лица Фокс.
Она будто меня не замечала. Вся ушла в себя.
Секунды складывались в минуты…
Общее молчание. Игра теней…
Но что это⁈
Мне показалось, что изо рта Фокс показалась легкая, едва заметная дымка. Нас ждет чревовещание? Или материализация духа, о чем предупредила американка?
Нет, вместо эктоплазмы или загробного голоса мы услышали отчетливый стук. Все вздрогнули. Дамы побледнели.
Стук не прекращался.
Фокс распахнула глаза.
— Дух пришел.
— Кто он? — нарушил тишину дрожащий голос Кати.
— Кто ты? — повторила ее вопрос Фокс.
Снова стук.
— Азбука! Воспользуемся азбукой, — подсказала, капризно кривя губы, Вава и вооружилась блокнотом с карандашом.
Медиум принялась священнодействовать с фарфоровым блюдцем, медленно поворачивая его по часовой стрелке, начав с «Z». Черная стрелочка по очереди указывала на буквы, но в ответ звучало два стука, то есть «нет». Так продолжалось, пока не добрались до буквы «А». Один стук!
Что стоило Фокс стартовать с начала алфавита? Вот же ерунда! Этак мы всю ночь здесь просидим!
Почти угадал. Дело шло туго, но шло. Буквы определялись. До тех пор, пока записывающая Вава с придыханием не воскликнула:
— ALEXANDER!
Все ахнули.
Я почувствовал, как по телу пробежали мурашки.
— Твой дядя? — разволновалась Катя. — Александр Первый?
В отчет раздалось два стука.
— Нет? Какой же тогда? Македонский? Невский? Суворов? Меншиков? — дамы бросились гадать с неподдельным энтузиазмом.
Два стука. Снова и снова. Даже когда Фокс робко предположила:
— Может, Дюма?
Два стука.
— Да что ж такое! — вырвалось у Кати. — Какой Александр⁈
Два стука.
Кейт Фокс задрожала, чуть не опрокинув блюдце. У нее вырвался тихий всхлип. С расширившимися от ужаса глазами она выпалила:
— Второй. Александр Второй!
Один стук!
Все в изумлении уставились на меня, и я почувствовал, что волосы вот-вот встанут дыбом.
Атмосфера в комнате сгустилась. Дамы растерянно переглядывались, бросали на Фокс недоверчивые взгляды. Американка не знала куда глаза девать.
Шарлатанка! — так и читалось в напряженных лицах собравшихся. Они, избегая смотреть друг на друга, выглядели подобно людям, совершившим жуткую бестактность. Или пойманными на месте преступления. В каком-то смысле так оно и вышло. Статья 246 «Уложения о наказаниях» Российской империи — оскорбление словом или символически Государя. Наказание — каторга от 6 до 8 лет. А ну как царь-батюшка осерчает и сгноит спиритистку во глубине сибирских руд.
— Ваше величество… — мертвенно бледная мисс Фокс обхватила себя за плечи и затряслась. — Я думаю, это шутки некоего беса… Злые духи любят шутить, выдавая себя за других… Порой они…
— Хватит! — резко оборвал я ее испуганное бормотание.
Хлопнул рукой по столу. Фарфоровое блюдечко задребезжало.